Фантастические циклы романов. Компиляция. Книги 1-25 (СИ)
Долго тосковать в будуаре мне не пришлось. Хоть Глаша и не смогла тотчас покинуть гостей, но забежала Ласточка, она же Дуня Зыкина, принесла ужин. Стрельнув в меня глазками, девушка убежала. Большего она позволить себе не могла – хозяйка в отношении меня была ревнива до одурения.
Глаша прибежала минут через десять и с порога радостно заявила:
– Есть новый рекорд!
Благодаря нашему общению ее словарный запас значительно расширился, как и мировоззрение. Да и сама бордель-мадам в последнее время полюбила чтение. Суть ее возгласа вполне понятна, так что я ограничился лишь вопросительно поднятой бровью.
– Тысяча двести! – выпалила Глаша.
– Ого!
– Единовременно! – выдержав эффектную паузу, добавила девушка. – И триста рублей ежемесячного содержания.
– Вот ведь людям деньги некуда девать, – проворчал я, но больше для проформы.
Меня самого забавляла эта игра. Несмотря на то что все знали, что девушка под моим покровительством, топинские сластолюбцы все еще пытались соблазнить Глашу деньгами и различными посулами. Кто-то предлагал ей весомые суммы за ночь, а некоторые, как нынешний претендент, сулили место содержанки. Можно, конечно, тешить себя мыслью, что она не изменит мне ни за какие деньги, но это смешно. И дело не в принципиальности сибирской гетеры, а в том, что даже сейчас ее доход как основной собственницы борделя составлял больше пятисот рублей ежемесячно.
– Ты считаешь, что я этого не стою? – притворно надула губки Глафира Тимофеевна.
– Не говори глупостей. Человек стоит ровно столько, во сколько сам себя оценивает. Уверен, это не меньше миллиона.
Не знаю, чему она так обрадовалась.
Пронзительно взвизгнув, девушка запрыгнула на меня, сбив на кровать и навалившись всем телом. С разбегу это получилось довольно весомо, но говорить ей об этом я не собираюсь. Да и вообще посторонние мысли организованно покинули мою голову.
Не знаю, зачем бог даровал мужчин женщинам, но нам милые дамы ниспосланы как верное средство коррекции эмоционального состояния. Непринужденно и без особых усилий Глаша стряхнула с меня все напряжение последних дней. И дело даже не в телесной близости. Она окутала меня заботой и теплой нежностью, буквально растворяя в себе весь негатив. Но при этом не стоит забывать, что у каждой медали есть другая сторона. С точно такой же легкостью любая женщина может взболтать душевное равновесие мужика как коктейль в шейкере. Так что обращаться со столь опасным оружием нужно бережно и умеючи.
Глава 7
Хорошо и приятно медленно уплывать в сон под аккомпанемент умильно сопящей тебе в щеку красавицы, но кроме приятных вещей в мире слишком много факторов нестабильности, которых нам не дано ни контролировать, ни предвидеть. Причем вестника подобных неприятностей я притащил сюда собственными руками. Очень уж хотелось держать руку на пульсе событий. Вот теперь и расплачиваюсь.
Задребезжавший телефон не только прервал мое погружение в сон, но и заставил всплыть из его глубин Глашу.
– Что такое?
– Спи, – сказал я, вылезая из постели.
– Чертова тарахтелка.
– Это ты о себе? – вернул я шпильку подруге. – Господин Тарновский жалуется, что ты подолгу занимаешь линию, чтобы поболтать с Дариной или Фросей.
Названные дамы были бывшими работницами «Русалки», сумевшими окрутить довольно солидных купцов. В нашем городе аналоги истории, рассказанной в фильме «Красотка», не такая уж редкость.
– Плевать, – лениво отмахнулась Глаша, утыкаясь лицом в подушку.
– Вот и я ему сказал то же самое.
Мой голос звучал беззаботно, а на душе стало муторно. Вроде для сатанистов еще очень рано, даже гульба этажом ниже лишь набирала обороты, но все равно морозец по коже пробежал. От мысли, что близится момент второй осечки моего дара, становилось зябко.
– У аппарата Силаев, – ответил я, тем самым давая телефонистке сигнал к соединению с инициатором звонка.
– Командир, – послышался в трубке голос, Чижа, – у нас ЧП.
Измученная паранойей фантазия начала рисовать в голове страшные картины.
– Что случилось?
– Ваш друг, тот, что инженер, устроил бузу в Белых Дачах.
От сердца тут же отлегло.
– Откуда вести?
– Приезжал один из охранников от Магды. Кажется, его зовут Пахом. Я пообещал передать вам все честь по чести.
Да уж, сложная ситуация. После подставы на разоренном хуторе бирюков чуйка вела себя практически истерично.
– Глаша, – прикрыв рукой микрофон, позвал я, – Глаша!
– Да? – сонно ответила девушка.
– Ты давно видела Бориса?
– Дня четыре как не захаживали.
И это тоже странно. Похоже, Боря все же обиделся на меня – понять бы еще, за что именно. Мог ли он в таком случае оказаться в Белых Дачах? Да запросто! Особенно потому, что я там уже давно не показываюсь. Так что история вполне правдоподобная.
И все же…
– Чиж, наш постоялец дома?
– Да, я проверил, – отозвался голос Осипа.
– Скажи ему, пусть ждет меня на дороге у Нового погоста.
– Принято, – четко ответил мой воспитанник и оборвал связь.
Какой-то он в последнее время резкий стал. Видно, переходный возраст замучил.
– Глаша, – опять побеспокоил я девушку, – мне нужно уехать.
– Я вниз не пойду, – глухо, в подушку ответила она.
– Кто бы спорил, – пожал я плечами, быстро одеваясь.
Еще в самом начале моей карьеры видока стало понятно, что тихими и мирными мои рабочие будни не станут, и выходные тоже. Так что оружие для меня стало в буквальном смысле жизненно важным инструментом. В итоге свой железный шкаф с немалым арсеналом имелся в любом месте, где я мог ночевать. Перейдя в соседнюю комнату, я быстро снарядился по второму списку – то есть всего пара револьверов и взрывная фляга. Одежды менять не стал, потому что в дебри я все равно лезть не собираюсь. К тому же и прикрытие у меня неплохое.
Издавая нечто похожее на сопение, паромобиль весело катил по улицам Топинска. Было еще не очень поздно, и по тротуарам в свете фонарей двигались припозднившиеся пешеходы. До Нового погоста я добрался за пятнадцать минут – и все равно Мыкола оказался там раньше меня.
Половинчатый серп луны подозрительно посматривал на ряды каменных крестов за кованой оградой заросшего невысокой травой кладбища. И на подобном фоне фигура упыря выглядела очень гармонично. Более зловещей картинка могла бы получиться, назначь я встречу у старого городского кладбища. Вот где бродить жутковато даже днем. Там еще хватало склепов и могил, в которых хранились кости постояльцев. В новые времена покойников сжигали в городском крематории, трубу которого я сейчас наблюдал в лунном свете.
Конечно, церковным ортодоксам сие новшество понравиться не могло по определению. Но тут уж не до канонов, особенно если те, кому положено спокойно лежать до Второго пришествия, вдруг начинают лезть наружу, когда им вздумается. Если в других местах Империи для подобной пакости необходимо активное содействие некроманта, то рядом с местом Силы покойники могут выйти погулять и совершенно спонтанным образом.
Хорошо хоть шатуны из Топи в неживом виде возвращались очень редко, потому что аппетит у тамошних тварей был отличный и тела они подчищали лучше любого крематория.
Притормозив рядом со слабо освещенной фигурой, я нагнулся, чтобы открыть пассажирскую дверь. Сейчас Мыкола выглядел словно загулявший казак, который зачем-то спрятал лицо под низко надвинутым башлыком, еще и замотавшись его концами.
Как обычно, наше общение многословностью не поражало. Мыкола без единого звука забрался на сиденье, а я так же молча тронул с места паромобиль. Теперь идея взять с собой стригоя не казалась такой уж разумной. Накатывающая на Топинск ночь буквально навевала умиротворение. Нападений по дороге к пансионату не было уже очень давно. Даже мощная артефактная ограда «Белых дач» не активировалась больше двух лет. И все же это не повод для беспечности, особенно в нынешней ситуации.