Фантастические циклы романов. Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

— Ты хотел убить меня, — совсем тихо сказал Андрей, когда староста выдохся. — За что?
— Не докажешь! Все равно ты будешь выглядеть как отмороженный захватчик.
— Я и не собираюсь ничего доказывать. Люди, похожие на меня, поймут все правильно, а те, кто похож на тебя, все равно верят только в то, что сами придумали. Им мои слова до одного места, так что я и стараться не буду. Но я спросил не об этом.
— Да пошел ты, вонючий урод, поганый… — следующего эпитета Краснов так и не закончил. Внезапно его глаза остекленели и уставились куда-то за спину князя. Андрей не стал оборачиваться: не было нужды — он и так знал, кто там стоит.
— Ес-сли ты, меш-шок с-с фекалиями, еще рас-с ляпне-ш-шь такое… Кадык вырву.
Сашат был очень расстроен, Андрей буквально спиной чувствовал его ярость и понимал, что эти шипящие звуки — отнюдь не клоунада.
— Ну что ж, не хочешь говорить со мной — поговоришь со следователем, а возможно, что и с ним, — ткнул большим пальцем за спину князь и увидел в глазах Краснова панику.
«Да что же там такое творится с Вини?» — подумал он, медленно повернулся и едва удержался от того, чтобы не вздрогнуть. На Сашата было страшно смотреть — вены на висках вздулись, часть татуировок, которая была нанесена на лицо, потемнела, а места, где раньше росли костяные пластины, посерели и загрубели. В общем, кошмар, да и только.
— Успокойся, — тихо сказал Андрей и положил руку на плечо друга.
— Они могли убить тебя.
Перед Андреем сейчас был далеко не тот Вини, которого он знал год назад. Эльфийские маги надломили его независимость и искалечили дух, но, несмотря на все это, маленький егерь по-настоящему переживал за старого друга — не за свое будущее, как витязи, а именно за друга. И если бы Андрей умер, Вини не стал бы вести переговоров под лозунгом «его ведь все равно не вернешь», а утопил бы весь город в крови.
— Ну не убили же. Ты когда сдернул со своей машины?
— Когда услышал Зверя по рации. На само веселье я не успел. Когда начали штурм, ты сидел в коробке, так что я не совался: угрозы-то не было. А вот этот хмырь вывел меня окончательно. — Сашат начал отходить от приступа и говорил почти нормально.
— Ладно, будь рядом, у нас еще много дел, — кивнул Андрей, выходя из тронного зала: ему уже не хотелось ни распекать Сашата за ошибку с Леной, ни воспитывать его.
«Док был прав — нельзя отпускать Сашата далеко от себя. Да он уже и не отойдет», — подумал Убивец и вдруг понял, что теперь ему значительно спокойнее.
Через пару минут в резиденцию Краснова ввалился Гаврилов с «кавалерией».
— Андрей Андреич, что будем делать? В принципе я могу раскатать этот городок по камешкам, но потом вони будет выше крыши.
— Раскатывать никого не будем, но под контроль надо взять. Если не закрепиться здесь сегодня, то завтра будем иметь под боком врагов.
— А если закрепиться, то будем иметь геморрой по самое «не хочу», — в тон высказался Гаврилов.
— Поэтому поступим хитрее. Отправь телегу на конезавод за тамошним смотрителем. Знаешь, где это?
— Знаю, а если старик упрется?
— Пусть передадут, что я очень просил, — сказал Андрей. Он не сомневался, что на «особую просьбу» бывший местный староста откликнется.
Год назад, после возвращения в Шишкино, князь отыскал Петра Егоровича и предложил переехать в антимагическую зону, но тот отказался. Возможно, это к лучшему — теперь у него был хоть какой-то козырь для разговора с местными.
— После того как по улицам пройдут бэтэры с объявлением, пусть оцепление входит в город и занимает ключевые точки. Всех, кто с оружием, разоружать, а тех, кто это оружие вздумает применить, валите на месте, — отдал решительный приказ Андрей. Он не хотел лишней крови, но и платить за мирное урегулирование конфликта жизнями своих людей тоже не собирался.
Гаврилов молча кивнул и направился на выход. Позже он наверняка задаст много вопросов и выскажет не меньшее количество упреков, но в критические моменты полковник предпочитал действовать. В том, что люди Гаврилова задавят любое сопротивление, Андрей не сомневался. За полгода пограничник собрал действительно боеспособную часть, которая насчитывала более полутысячи бойцов, и их количество постоянно увеличивалось. Это позволило бороться с бандитами и открыло для княжества множество возможностей. Одна узловая железнодорожная станция давала серьезное количество ресурсов, а продуктовые склады и склад армейского резерва позволял поставить на полное довольствие любое количество боеспособных профессионалов. Андрей не знал, как обстоят дела у дальних соседей, но Демидово значительно отставало от княжества по военной силе. Что уж говорить о наличии таких козырей, как огнестрельное оружие и бронетранспортеры.
 
Андрей стоял у большого окна, расположенного на втором этаже резиденции теперь уже бывшего старосты. Он смотрел на крыши одноэтажных домиков, утопающих в зелени садов. Казалось, мир совсем не изменился и передряги, вывернувшие наизнанку все человечество, прошли мимо этого городка. Но фиолетовые оттенки в привычной зелени говорили о том, что яблони и груши теперь использовались местными садоводами не для получения сочных и вкусных плодов, а как основа для эльфийских растений-паразитов. Он понимал — пути назад нет и никто теперь не станет три года выращивать яблоню, чтобы потом получать с нее урожай всего лишь один раз в год. Ведь значительно проще подсадить в любое дерево семя растения-паразита — и через два месяца снимать урожай каждую неделю. Никто пока не знает, как впоследствии повлияют эти плоды на человеческий организм, некоторые даже замечали оздоровительный эффект.
Андрей смотрел на городок и предавался философским размышлениям. Возможно, причиной этому было то, что полчаса назад смерть прошла буквально в метре от него, или же это были мысли получившего еще одно владение правителя, который взвалил на плечи судьбы тысяч людей — жителей теперь уже его города. Впрочем, город пока еще не покорился. Словно чтобы подтвердить этот факт, в улочке мелькнул корпус бронетранспортера, направляющегося из одной части поселения в другую. Из динамика звучал зычный голос одного из бойцов Гаврилова, которого Беня уже успел окрестить Левитаном. Парень действительно обладал бархатным баритоном, звучавшим очень солидно. Сейчас новоявленный Левитан, наверное, в сотый раз проговаривал в микрофон обращение к жителям, написанное князем Корчаком. Машина отдалялась от резиденции старосты, но текст был слышен четко.
— Жители Демидова, сохраняйте спокойствие. Вам ничто не угрожает. В городе объявлен комендантский час. Мы убедительно просим вас не выходить из домов. Уже вечером княжеские войска покинут город, вернув власть в ваши руки. Сохраняйте спокойствие. Внимание! Ваши дома неприкосновенны, но любой появившийся на улице с оружием в руках будет задержан и обезврежен. Жители Демидова…
«Нужно возродить радио и поставить этого парня диктором», — подумал Андрей, поражаясь выдержке и силе голоса оратора. Конечно, было бы проще записать обращение на какой-нибудь проигрыватель, но все делалось в спешке, и необходимой аппаратуры под рукой не было.
Андрей сделал глубокий вдох, с наслаждением ощущая ароматы цветов и нагретой солнцем травы, — здесь, в бревенчатом крыле дома, уже не ощущался запах пороховой гари и крови, но все это никуда не делось, и будущие отношения с горожанами навсегда будут испорчены недавними событиями.
Нахмурившись, он повернулся к столу. Там уже лежала немалая стопка бумаг с экспресс-отчетами Быстрицкого. Следователь подтверждал свою фамилию, и собранные им сведения нарастали как снежный ком.
Князь присел за стол и взялся за верхний листок. Это оказался список людей, задержанных в городском пансионате — том самом трехэтажном здании на торговой площади. Самый большой дом в городке и до войны был гостиницей, а теперь стал пансионатом с полным обслуживанием для помощников Краснова и его гостей. Устроились они совсем неплохо. Сам Андрей там не был, но короткой записки Быстрицкого хватило, чтобы ощутить размах: прекрасная мебель, водопровод, душ с горячей водой, нормальные санузлы и полное обслуживание специально отобранными женщинами. Данные не были пока еще полностью проверены, но, если верить словам персонала, обслуживание было абсолютно «полным». Конечно, хозяин-барин, но, по мнению Андрея, это уже перебор.