Фантастические циклы романов. Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

Второй шок старый лорд испытал, глядя на стены ведущего в сокровищницу прохода. Легендарная «смертельная лиана», вселяющая ужас в сердца врагов клана, бессильно повисла, как болезненный вьюнок. Из рваных прорех плетения высыпалась сухая земля. Но даже здесь Аил не позволил удивлению остановить себя — король мчался в глубь тоннеля, и лорда с новой силой захлестнуло чувство опасности.
Внутрь тоннеля побежали только Аил и двое телохранителей, остальным еще предстояло перебороть шок от понимания того, что растение, хранившее их дом с самого детства и внушавшее чувство надежности и защищенности, может оказаться настолько слабым.
Аил еще надеялся на Стража, но его надежда умерла, как только он спустился к арке входа в сокровищницу. Страж по-прежнему закрывал собой арку, но он уже умирал, а в центре ранее незыблемой преграды выгнила большая двухметровая дыра. Аил судорожно выдохнул, но больше облегченно, чем удивленно: вид поверженного растения-монстра подействовал на короля отрезвляюще. Эдерай замер на пороге, и в саму сокровищницу эльфы вошли уже все вместе.
Светящиеся грибы послушно разгорались, открывая кошмарную картину. Вокруг все еще дышало волшебной жизнью, но прямо посредине всего этого благоухания вниз, к центру зала, вела мертвая полоса. Словно кто-то в насмешку мазнул коричневой краской по великолепному холсту. И этот кто-то прямо сейчас подходил к огромному саркофагу. Звериная лапа потянулась к крышке, у лорда-разведчика потемнело в глазах от ненависти и предчувствия беды.
— Аданаил!!! — Этот крик должен был вылететь из горла Аила, но закричал все же король.
Зверь резко развернулся. Тело лорда забила дрожь бессильной злобы, и тут же, словно утешение богов, прямо возле уха заскрипела тетива. Аил повернул голову и увидел, что один из телохранителей короля натягивает лук.
«Он не промахнется, а пропитанная магией артефактная стрела убьет любого, даже просто оцарапав его», — подумал старый лорд, и эта мысль стала для него последней. Тихо тренькнула тетива, стрела, словно луч темного солнца, мелькнула в воздухе, перечеркивая расстояние между высокородными и зверем. Зверь качнулся, а у него под грудью выросло оперение стрелы. Аданаил сделал шаг назад, еще один и, пытаясь удержать равновесие, ухватился за торчащий из крышки артефакт.
— Нет!!! — второй раз за этот день крикнул король. Похоже, он уже догадался, что сейчас произойдет. В его голосе было столько смертной тоски, что она могла затопить весь Город Грез. В следующий миг все вокруг утонуло в ослепительной вспышке.
Он моргнул еще раз, пытаясь прогнать темные пятна из глаз, и оглянулся вокруг. Он совершенно не понимал, что происходит, но, судя по всему, его смерть немного откладывалась.
«Опять?» — недовольно заворчал кто-то внутри.
— Да, опять, — прохрипел сам себе Андрей и посмотрел на торчащую между ребрами стрелу. Как ни странно, его сейчас больше занимала не рана, а то, что он сжимал в руке, и чувство, которое при этом испытывал. Нечто подобное Андрей уже ощущал, когда впервые взял в руки свой клинок: еще секунду холодный металл остается олицетворением враждебной ему магии — и вдруг превращается в надежного друга. Так и теперь. Эта странная шишка стояла на крышке похожего на гроб ящика определенно не просто так. Андрей чувствовал, что она просто переполнена энергией. Но как только он ухватился за шероховатую поверхность артефакта… в общем, фейерверк бы еще тот, и теперь Андрей ощущал в этом куске металла некое родство. Рассматривая артефакт, он неловко шевельнулся, и стрела тут же напомнила о себе, впрочем, как и о том, кто отправил к нему вестницу смерти.
«А ведь мог бы и в глаз попасть, впрочем, вариант с пробитым легким тоже не фонтан», — подумал Убивец, рассматривая вход в подземную залу. У самой арки он увидел четыре лежащих на земле тела.
— Ладно, будем решать проблемы по степени важности, — резюмировал Корчак и повернулся к металлическому гробу. Этого дела он не мог откладывать, потому что звуки, доходящие до него изнутри саркофага, оптимизма не внушали. Стоны девочки были наполнены такой мукой, что у Андрея по спине побежал мороз.
 
— Сейчас, солнышко, я быстро, — прошептал Андрей и, не обращая внимания на боль, ухватился за крышку. Зажатая в руке шишка мешала, но ему даже в голову не пришло выбросить свою находку. Целых карманов на комбинезоне уже не оставалось, он просто засунул артефакт за пазуху и опять взялся за крышку. Та поддалась на удивление легко. Массивная плита скользнула по краю саркофага и упала с другой стороны. Перед глазами Андрея предстало жуткое зрелище. Это была Света. От молчаливого, но все же живого и здорового ребенка осталась лишь тень. Все тело обнаженной девочки покрывали татуировки, а ее живот явственно выдавал беременность. Девочка страшно стонала и корчилась от боли.
— Вот суки, — прошипел сквозь зубы Андрей и почувствовал, как вновь оказался на грани звериного безумия. По эту сторону его удержало то самое чувство, которое привело в это подземелье.
Когда завалившаяся назад сирена рухнула внутрь комнаты, он перевернулся на спину, отбросил винтовку и посмотрел в серовато-голубое небо.
«У Лизы были глаза такого же цвета, — подумал Андрей и улыбнулся. Он понимал, что осталось совсем немного — сейчас на крышу заберется парочка стрелков и сделает из него ежика. — Лиза любила ежиков».
На глаза Андрея навернулись слезы, все вокруг помутнело. И вдруг, на долю секунды, ему показалось, что это не облака, а чье-то лицо. Ее лицо. Призрачный образ Лизы заглянул в его глаза серовато-голубым, как небеса над Парижем, взглядом. Она смотрела так, как делала это всегда, словно стараясь что-то найти в его глазах, и на этот раз нашла. Андрей прерывисто выдохнул воздух, и слезы покатились из уголков глаз, окончательно размывая картинку неба, но ощущение взгляда осталось. Из неимоверных далей до него долетели… нет, не слова, обрывки мыслей:
«Ты нужен здесь, останься».
— Но я не хочу!
«Останься».
И все. Небо вновь стало просто небом, а мир вокруг — необычным, разноцветным и до бесконечности омерзительным. Где-то в самой клоаке этого волшебно-уродливого города мучился ребенок. В страхе и боли. Андрей вдруг понял, зачем шел сюда, и смерть сирены со всем этим переполохом в стане врага была лишь приятным бонусом.
Через секунду он стремительно перетек в вертикальное положение и отправился на охоту. Он уже знал, что нужно делать.
«Это так приятно, когда знаешь».
Перепуганного фэйри Андрей заарканил, спустившись на два этажа ниже. Проблема с немотой решилась просто — бешеное лицо аданаила, короткий приказ — и фэйри, как собачка на поводке, повел врага эльфов по тайным переходам рабов.
Очередной стон вырвался из груди Светы, и Андрей вздрогнул.
«Не тормозить!» — мысленно пнул себя Убивец и протянул руки внутрь саркофага. Резкая боль, словно гранатой, разорвалась под ребрами, и он понял, что раной все же придется заняться прямо сейчас.
Ранец снялся с трудом — хорошо хоть, что стрела не пришпилила к телу лямки рюкзака и крепления меча. Острие вошло над нижним ребром с правой стороны и прошло навылет, но, к счастью, у самого края туловища. Пока он доставал пластырь, из открытого саркофага вновь послышались стоны.
— Сейчас, солнышко, одну секунду, — прошептал Андрей и рывком обломил древко стрелы. Мир вокруг потемнел, а зубы так сильно сжались, что едва не раскрошились. Боль вызвала кашель, и Андрей с опасением плюнул на землю. Крови нет, это хорошо.
«Можно подумать, ты в этом разбираешься, лучше бы о зубах позаботился», — ехидно подумал он и решил изменить тактику. Зажав обломанное древко стрелы между зубами, Андрей завел руку за спину и ухватился за наконечник. Только после этого до него дошло, что стрелу удобнее было бы тянуть спереди.
«Раньше надо было умничать», — подумал он и дернул за наконечник. Вперемешку с чавкающим звуком и стоном послышался треск — это раздробилось древко стрелы между зубами.