Фантастические циклы романов. Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

Все мои плохие предчувствия оправдались единым махом, когда мы прошли по темному коридору и оказались в просторной камере, явно вырубленной прямо в теле скалы. Стены и потолок были разрисованы ломаными линиями, которые светились наподобие мха в трещинах коры баобабов. В углу виднелся рюкзак, который Коломбина сняла с тела своего охранника. Но больше всего внимание привлекала странная конструкция в центре помещения. Казалось, что невысокая, где-то до моего бедра, каменная тумба растрескалась от времени, но один из сегментов, которые и ограничивали трещины, был вынут, и за ним виднелась мешанина из серебристой проволоки. Так что все эти трещины наверняка являлись стыками панелей, защищавших какое-то устройство.
Из-под вскрытой панели выходили смутно знакомые провода. Вероятно, Коломбина все же наведывалась в нашу мастерскую, причем так, что не потревожила ни один из сторожевых менгиров. Учитывая, сколько их осталось, это не такая уж большая проблема. Мысль о том, что все это время вокруг станции шаталась безумная магиня, могли бы меня напугать, но в моем нынешнем состоянии лишь скользнули по краешку сознания.
Венчало эту странную конструкцию углубление в виде чаши. Рядом с таинственным агрегатом кто-то, без сомнения очень сильный, сложил возвышение из увесистых камней. Представить себе хрупкую девушку, таскающую эти камни, довольно трудно, но интуиция подсказывала мне, что так оно и было.
В итоге получился лежак, пугающе похожий на алтарь. Если лечь на самодельное возвышение, то голова как раз окажется в чаше. Для мягкости там лежали куски утеплителя, прикрытые спальным мешком.
Похоже что здесь она и спала.
— Знаешь, что это? — спросила Коломбина с таким видом, будто действительно рассчитывала на мою прозорливость.
Вариантов у меня было не меньше сотни, но также имелась уверенность, что ни один их них не окажется правильным.
— Ты будешь смеяться, но это — простейшая станция слежения за сиринами.
Смеяться мне сейчас хотелось меньше всего. Услышав смутно знакомое слово, любопытство сдавленно пискнуло и умерло окончательно.
— Когда старая паучиха сказала мне, что зверь, пойманный на человеческого живца в Туманной долине, приведет меня к моей мечте, я посчитала, что она окончательно выжила из ума. Как я могла избавиться от изъяна и достичь совершенства в каком-то захолустье? Но реальность оказалась еще нелепее, чем слова жрицы паучьей Матери. У станции слежения за сиринами, которая тысячу лет тупо выполняла заложенную в нее программу, молнией выжгло энерговоды. И ей попросту понадобился обслуживающий персонал. Представь, какой мощью обладали запредельцы, если простенький искусственный интеллект способен на то, перед чем пасовали лучшие умы Китежской академии. Эта нелепая путаница из истинного серебра и кристаллов разблокировала и значительно усилила мои ментальные способности только для того, чтобы иметь возможность установить удаленную связь. Правда, я теперь привязана к этому месту, но ведь мы с тобой сделаем его очень комфортным? К примеру, вокруг скалы в будущем встанет наш дворец.
Коломбину явно несло. Похоже, два дня одиночества сильно повлияли на и без того поврежденный разум. Да еще и запредельский магический компьютер явно там что-то сковырнул. Ей просто хотелось выговориться — вряд ли магиня нуждалась в понимании и поддержке…
Похоже, мои размышления выплеснулись наружу изменением в эмоциях, и Кристина нахмурилась. Или же просто тараканы в ее голове перебежали в другой угол.
— Ложись.
Я даже испугаться не успел, а ноги уже сделали шаг в сторону импровизированного ложа, и мне пришлось приложить все силы для того, чтобы притормозить это движение. Магиня хищно ощерилась, да я и сам понимал, что для сопротивления это был, возможно, наихудший момент. Так что я в который раз отдался на волю страха и перестал трепыхаться. И лишь где-то глубоко в подсознании запутавшимся в паутине мотыльком бились слова старого покалеченного инструктора: «Если бог отмерил тебе вагон везения, у тебя будет одна-две секунды».
 
И каждый следующий миг мог стать для меня либо губительно преждевременным действием, либо бездарно упущенным шансом.
Как я и предполагал, когда тело оказалось в горизонтальном положении, затылок как раз лег в чашу. Сразу же появилось ощущение, что рядом находится могущественное, но какое-то равнодушное существо. Чтобы ощутить его, мне не понадобились никакие дополнительные артефакты.
Это существо за пару секунд просканировало меня, проанализировало и классифицировало. Надеюсь, не как простейший и примитивный организм.
Я настолько отвлекся, что вздрогнул, когда прохладные пальцы Коломбины легли мне на виски. Вокруг резко похолодало — истинная магиня сделала энергетический вдох. Ей это далось до обидного легко и непринужденно. Мне, чтобы расширить свой запас для зарядки эфирной фанаты, нужно изрядно напрячься и потратить секунды три-четыре — непозволительно долгий срок при таких обстоятельствах.
— Не вздумай дергаться, — послышался напряженный голос этой ведьмы. — Ты мне нужен в сознании.
Кристина наклонилась надо мной. Ее свесившиеся волосы легли на мои щеки и шею. Внезапно глаза магини показались мне прекраснейшими на свете. Душу заполнил невероятный восторг перед великолепием этой богини.
Здравый смысл тихо застонал где-то на задворках сознания, но этого хватило, чтобы душу сковал дикий страх. И когда он достиг казавшегося невозможным пика, из глубин сознания вверх рванула злость, перерастающая в ярость. Она в мгновение выморозила все другие чувства, включая страх. Горизонты очистились. Мысли уже не текли, а летали вольными стрижами. И теперь прежний я у себя нынешнего вызывал только гадливое чувство непонимания.
Как могла напугать меня эта самка, коей великий дар волшебства достался явно по недоразумению? То, что я считал победившим в ней магическим безумием, было лишь слабостью теплокровного животного, которому до человека, а тем более до мага — как до неба ползком.
Ментальные оковы контрольных конструктов в моем сознании скользнули по тому месту, где должен был находиться страх и, потеряв опору, опали. Меня больше ничего не сдерживало — ни чужая воля, ни собственная слабость, от которой не осталось и следа. Казалось, что я сумел сделать следующий шаг в человеческой эволюции. Решения давались неимоверно легко, потому что их не сдерживали сомнения, а память работала как идеальная операционная система, откликаясь на малейший запрос.
Зачем мне тратить время на энергетический вдох, если эта дурочка, соединив наши ауры, дала мне доступ к собранной ею энергии?
Оттуда и я черпнул, щедро направляя силу в эфирную гранату. Тряхнуло знатно: хаос внутри ауры — дело крайне неприятное, но мне уже доводилось испытывать нечто подобное, а вот для увлекшейся изменениями в моем сознании магини эфирный взрыв стал полным сюрпризом. Волна прокатилась по моему телу от ног и ударила в магиню, пройдя сквозь стык наших аур.
Все, теперь на три секунды мы с ней оба всего лишь простые люди.
Наслаждаться ее болью и растерянностью не было ни времени, ни желания — пусть и по недоразумению, но ей все же даровано больше, чем мне, и когда она сможет обуздать взбесившуюся стихию, то просто разорвет меня, как ту кикимору. Правая нога послушно подогнулась, и я ухватился пальцами за отверстие в торчащем из ботинка ноже. Я так старался отвлечься от мыслей об эфирной гранате, что напрочь забыл о клинке. В новом состоянии запамятовать что-либо у меня не получилось бы даже при очень большом желании.
Пока правая рука извлекала нож, пальцы левой ухватили за волосы попытавшуюся отшатнуться магиню. Резкий рывок и короткий взмах клинком вызвали бурный поток крови, брызнувший мне прямо в лицо. Солоноватый привкус на губах принес странное удовлетворение.
Крик Коломбины напугал бы меня прежнего, но сейчас такая непонятная смесь из сипения, мычания и бульканья лишь приободрила.
Магиня так сильно дернулась, что оставила в моей руке клок волос, а сама завалилась на пол.