Райдзин. Сияние (СИ)

— Какая прекрасная история, — с сарказмом, совсем негромко, произнес Магнуссон.
Гэндзи резко к нему обернулся. За забралами лиц не видно, но японец редко может скрывать эмоции, так что выражение у него, наверное, сейчас весьма говорящее и откровенное.
— Позже обсудим, — шагнул я между Гэндзи и Магнуссоном.
Голова альбиноса, с глядящей на меня маской демона на забрале, чуть наклонилась в невысказанном вопросе. Я успокаивающе поднял руку и пожал плечами. Строить Гэндзи, тем более здесь и сейчас, мне не хотелось. Совершенно. У самурая цели нет, только путь — и свой путь, похоже, Гэндзи Маэда выбрал. Если, конечно, у него действительно не сработал приступ боевого бешенства. Хотя я, как и Магнуссон, в это не верю — вот кажется, что специально он подобное исполнил, демонстративно нарушая мои приказы.
Но с этим действительно можно разобраться позже, сейчас не время.
Когда мы дошли до точки сбора, здесь уже были техники из группы обеспечения. Проверили как мы меняем расстрелянные магазины, поменяли нам аккумуляторы в броне. Пусть у троих из нас ресурс практически не израсходован, таков регламент. Я вдруг вспомнил, что отключил всей команде голос нашего спонсора и вернул его обратно. Василий, похоже, даже не заметил, что мы его не слышали и не слушали — как раз сейчас он отдавал последние особо ценные наставления, и не дожидаясь ответа отключился с пожеланием удачи.
Снова перед глазами возникли большие цифры «01:00», снова начался отсчет времени. Снова я открыл тактическое меню и метками обозначил продвижение команды. Троих — Гэндзи, Магнуссона и да Сильву, отправил по недавнему маршруту нашего противника, себе же обозначил тот самый предполагаемый путь, от которого охранял базу недавно.
Две маски демонов — Магнуссон и да Сильва, между тем повернулись ко мне. Молчат, но что они хотя спросить, я хорошо догадываюсь.
— Гэндзи? — посмотрел я на японца.
— Да.
Гэндзи Маэда стоит спокойно, смотрит прямо перед собой. Голос ровный, что у него сейчас на уме после недавней эмоциональной вспышки не понять. Да и вообще его не понять — за пару дней я понял о нем только то, что это довольно странный парень.
— Гэндзи, у тебя все в порядке?
— Да.
— Ты себя контролируешь?
— Сейчас да.
— Ладно.
В ответ на прямые взгляды да Сильвы и Магнуссона я только постучал пальцем по виску, потом пожал плечами и развел руками. Если у нашего самурая один раз уже рвануло кукушку, вполне возможно случится это и во второй раз. Подумав немного, я пришел к выводу, что случится что-то экстраординарное не «вполне возможно», а скорее всего.
В этот момент мне в голову вдруг пришла неожиданная идея. Не можешь предотвратить, возглавь — так что я просто отменил предыдущее целеуказание для Гэндзи, и в дополненной реальности тактической сети прочертил ему практически прямую линию через двор. Японец на это не отреагировал, так и стоял без движения глядя перед собой.
Когда завершился финальный отсчет и красные стены дополненной реальности погасли, мы втроем без задержек побежали по сторонам, двигаясь к тактическим меткам. Гэндзи Маэда — неожиданно — остался на месте, без движения. Он, получается, реально мне в пику действует?
Несколько секунд Гэндзи так и стоял, пока мы добежали до стен зданий, после чего все же включился — с громким воплем «бандзай» снова устремился вперед. И, кстати, не по тому пути, который обозначил я — предполагающему несколько условных укрытий. Безо всякой фантазии Гэндзи ломанулся напрямую через кусты, по совершенно прямой линии.
Успел пробежать он две трети двора, пока в команде противника поняли, что происходит. В одном из окон — прямо в проеме, появилась подсвеченная контуром красного фигура, прозвучала короткая очередь. Гэндзи, бегущий с оружием наперевес, получил пару пуль и покатился по земле. В этот момент загремел пулемет — да Сильва засек стрелка; я тоже его засек, так что стрелять начал одновременно с бразильцем.
Система прицеливания бронекостюма — при активном экзоскелете, позволяет вести огонь с удивительной точностью, так что ни одна из выпущенных пуль не прошла мимо.
 
Минус один.
Гэндзи, которому пара попаданий даже половину ресурса силовых щитов не сняло, уже вскочил на ноги и снова с пронзительным криком мчался вперед. Да Сильва, прикрывая его забег, стрелял по окнам. Гэндзи уже был рядом со стеной здания — он даже не отклонился от прямой линии маршрута, чтобы через дверь зайти. Как бежал, так и прыгнул — влетая в здание вместе с деревянной рамой. Надо же, я на короткий миг подумал, что попытается стену головой пробить.
Выбитое окно с рамой Гэндзи чуть притормозило, так что он, запрыгнув на подоконник, остался стоять в оконном проеме. И уже стрелял вглубь помещения.
Минус два — кого-то он там разобрал только что. Минус три — это Магнуссон, даже не заходя в здание быстро пробежал вдоль стены и влетев через открытую дверь удивил противников, заходя с фланга.
Гэндзи так и стоял в оконном проеме, меняя магазин. В этот момент в грудь ему, из полумрака помещения, ударил столб огня. Из дробовика выстрел, последний оставшийся активным противник проявился. Японец как стоял в оконном проеме, так и вылетел на улицу спиной вперед. Выстреливший в него противник так хотел хоть какого-то реванша, что совершенно безбоязненно — или не осознавая опасность такого действия, высунулся в оконный проем чтобы добить Гэндзи.
Вместе с да Сильвой мы снова начали стрелять одновременно. Минус четыре. Но и смелый парень с дробовиком выстрелить успел: активная иконка Гэндзи в тактической сети погасла.
Странное чувство. Вроде бы быстрая победа в двух раундах, счет восемь-один в нашу пользу… Но у меня ощущение, как будто пришел на шахматный турнир, но решил играть не по правилам и просто разнес всех соперников доской. Да, два забега Гэндзи с криками «бандзай!» выглядели конечно эпично, но… черт побери, это порнуха какая-то. С другой стороны, если это выглядит глупо, но работает, значит это не глупо. Можно вообще с серьезным лицом делать вид, что все так и задумано было.
Так. А вот что-то мне в этом во всем не нравится: после того, как выбыл последний противник, в эфире тишина вот уже более пяти секунд. В прошлом раунде, едва погасла последняя активная иконка, Василий сразу же заорал нам поздравления.
— Внимание! — произнес я, держа оружие наготове и оглядываясь по сторонам.
Гэндзи Маэда лежал на земле без движения. Система управления матчем как заблокировала его бронекостюм, так до сих пор он обездвижен. Противники, суяд по серым контурам в тактической сети — Магнуссон в здании, их наблюдает, тоже признаков движения не показывают, лежат смирно.
Вот не нравится мне это. Похоже, началась третья часть матча — вот так вот без предупреждения, и думаю, что отбиваться от демонических тварей придется нам троим.
Окликнув да Сильву, я показал ему на Гэндзи и махнул в сторону здания. Тот понял, схватил японца за эвакуационную стропу на спине и потащил к крыльцу. Сам я уже бежал обратно к точке начала раунда во внутреннем дворе — откуда недалеко до места, где лежат наши рюкзаки. Магнуссон, выбив пару стекол, выпрыгнул из окна и бежал за мной следом. Забрав рюкзаки — схватив по два, мы без задержек побежали обратно.
Да Сильва уже не только затащил в здание по-прежнему обездвиженного Гэндзи, но и приволок сюда троих противников — четвертого пока не успел, как раз за ним пошел. В эфире по-прежнему полная тишина, бронекостюмы выбывших по-прежнему заблокированы — они как замершие куклы все лежат в неестественных позах.
Гэндзи вывели из строя в момент, когда он лежал на спине. И он еще, как сейчас вижу, в относительно удобной позиции замер. А вот, например, две девушки из команды противника обездвижены в крайне неудобных позах — в которых замерли во время уничтожения ресурса щитов.
Коротко поглядывая на обездвиженных участников, я уже сидел на одном колене и распихивал магазины по креплениям на кирасе доспеха; да Сильва с Магнуссоном занимались тем же самым, явно торопясь. Выбывшие бойцы команды противника, как и Гэндзи, так и лежали замершими статуями без движения.