Плетеная сказка (СИ)

— Жадный ты, Бессмертный.
— Не жадный, а домовитый, — отпарировал я беспочвенный наезд.
В итоге, вяснилось, что «вступать» на тропу нам вообще придётся с той стороны хребта. И Полоз пришипел парочку… вот даже не знаю, как назвать. Одержимых духами слитков золота, в виде змей. Они приползли, куснули себя за хвосты и заметаллели, застыли браслетами, фонящими небывальщиной.
— Пропуск тебе, Бессмертный. И тебе, Вредная, — прошипел Полоз.
На мордочку Зелёнки было смотреть одно удовольствие — и возмущение, и польщение, и интерес. И обещание мне всякого интересного наидине, хех.
— Как на нас делал, — оценил я идеально подходящие браслеты.
— Не «как», а на вас и делал, — занудно уточнил Змеюк. — Вот вход, — ткнул он хвостом в чуть более тёмный камень, скол породы на вид. — Выход над городищем людишек, в скале. Прощай, Бессмертный, прощай Вредная, дела у меня, — деловито ушуршал Полоз в лес.
— Ка-а-ащей, — хищно уставилась на меня зелёная вредина.
— Что «Кащей»? — ехидно полюбопытствовал я. — Сама Имя приняла. Елена Зелёная, Вредная, супруга Кащея Бессмертного, Мудрого.
— Нет ну вообще… Но всё равно! — возмущалась Зелёнка. — И дома…
— Дома я только «за», — веско покивал я.
— И… ну ладно. А вообще и вправду — стильно, — наконец захихикала Ленка.
А после взались мы за руки, и с радостным гоготом, с разбегу, лбами… ничерта не сделали. Ну не идиоты же мы, с разбегу лбами о камень стучаться? Ну я — могу, мне пофиг. Хуже не будет, хех. Но по лбу ленкиному можно только легонько щёлкать, и то только мне, а не каменюкам всяким.
Так что прото подошли, потыкали в камень руками — как сквозь туман в него руки прошли. И мы вошли в камень, точнее… Сложное ощущение. Это было что-то, близкое к сети небывальщины, но гораздо более материальное. И недостаточно материальное для камня. В общем — что-то типо пещеры. Но сопротивление вполне вдыхаемого без проблем воздуха при ходьбе — как у густого киселя. Притом хрен в нём поплаваешь. Ну, в общем, небывальщина.
— Не вижу ничего, — пожаловалась Зелёнка, цепляясь за мою ладонь.
— Аналогично, — признал я, засияв глазами.
— Красиво, — заворожено выдала Ленка, через минуту разглядывания.
— Да, — не нашёл я иных слов.
Пещеры была… золотой. Причём ладно бы просто из золота — ну жёлтый металл и жёлтый металл. Но она была каменной, гранитной, мраморной, да всякой. И золото сплеталось самородками в виде змей, сияло звездами в породе, иной раз просто составляло честь золотистой гранитной глыбы. Очень красиво выходило.
Так что, несмотря на тяжесть «продирания» через кисель, свет в конце туннеля через десять минут мы встретили с некоторым сожалением.
Перереглянулись, улыбнулись и дружно кивнули друг другу.
— Будем сюда приходить, — озвучил я. — Но нечасто. А то сказка пропадёт.
— Нечасто, — согласно махнула ушами Зелёнка. — И задержимся на обратном пути.
— Эммм… ну можно, наверное.
— Нужно, — отрезала Ленка.
А я, в общем, не возражал. Хотя сверхэкзотично, конечно, но почему бы и «да»?
А после принятия этого семейного решения, умастил я свои тросы на край скалы перед «выходом», посадил Ленку на колени, да и высунули мы свои любопытные физиономии.
  
16. Смарградовый дуче
 
Высунули мы с Зелёнкой физиономии и тут же всунули обратно. Небывальщиной под «внешним куполом» фонило знатно, правда, к счастью, не тревожными, а наблюдательными заклятьями. И духи какие-то шарайопились в немалых количествах.
— Заметили? — волновалась Ленка.
— Не успели, мы скрылись вовремя. И колебаний небывальщины почти не было, — озвучил я. — Правда, разглядеть немного успел.
— Это-то как раз не проблема, — надулась Зелёнка. — Схема, правда только внешняя есть. И образы… ну фотографии, считай.
— Показывай, — заинтересовался я, посмотрел на ехидную мордочку заёрзавшей у меня на коленях вредины и уточнил. — Схемы и фото.
— Показываю.
Стали мы разглядывать фото. И стопроцентно не гнумская застройка. Пара пятиэтажных зданий-бараков. Вышки, причём не только вовне, но и внутрь направленные. Многоэтажная гидропонная теплица: довольно типичный для Стального образец здания. И башня, метров ста квадратов у основания. Этакая «башня чародея», но тяжеловесная. Ну и люди, стопроцентно. Одетые в однотонную одежду, по сути — форму.
 
— Зона, — еле удержался я от плевка.
А то чёрт знает, как небывальско-заплетёная топология нутра скалы себя поведёт. Харкнёт обратно, а нам с этим жить.
— Ну, не совсем, — указала на копошащихся карапузов Ленка. — И вон, — потыкала она в несколько явно пинающих балду деятелей.
— Лен, это именно Зона. И то, что камер нет — фигня. Единая форма, вышки, направленные вовнутрь. Когда население контролирует армия — это Зона Заключения. Армия должна защищать от внешних угроз, когда она воюет внутри страны — это либо оккупация, либо тюрьма.
— Ну хорошо, пусть тюрьма. Думаешь, местные хозяева удерживают людей силой?
— Скорее всего — нет. Защищаются от людей — это да, но не удерживают. Сами удерживаются, в массе. А единичные свободолюбцы — к стенке, остальные не помогают. Ладно, это херня, — махнул я рукой. — Живут как живут. Вопрос в другом — что мы имеем по этой тюряге?
— Очень плотные… а ты знаешь, похоже на тюрьму. Масса заклинаний для наблюдения за людьми, да и духи вроде тем же заняты.
— Пофиг пока, Лен. Попасть внутрь необнаруженным реально?
— Очень сложно, Кащей. Тревожных заклятий на проникновение нет, но скрыть наличие лишнего человека — практически нереально. Как и укрыться, хотя я подумаю. А маги сильные?
— Маг, Лен. Один и чертовски сильный, посильнее Матвея из восточного. И несколько десятков — послабее тебя.
— Слабосилков, — озвучила Ленка, на что я кивнул.
— Так, давай смотреть что у них с защитой, если проникновение проблемно. Надо эту богадельню прикрывать, — отрезал я.
— Надо, — согласилась Ленка. — Но с защитами там никак, Кащей. Только деактивированные щиты на башне, ну и общие над поселением. А вот оружие неприятное.
— Какое? — заинтересовался я. — Я что-то почувствовал, но так, не особо успел разобраться.
— Не знаю, — на синем глазу выдала Зелёнка. — Но очень энергонасыщенное, подозреваю — на изумрудах или подобного типа кристаллах. Местная разработка.
— Ну да, у других дураков столько драгоценных кристаллов нет. Не понравились мне и моим тросам эти турели, Лен.
— Мне тоже, — кивнула Зелёнка.
В общем, сидели-обсуждали. Я несколько от вида Смарграда отошёл, обдумал ситуацию. Вообще — почти гарантированно сволочи и гады. Но вот кто конкретно? Пока кроме обитателя башни — никто в голову не приходил, а значит, начинать тотальный геноцид изумрудного Мухосранска несколько нелюбезно.
При этом, стоит учитывать тот момент, что главная задница вообще может быть «не при делах». А злогействует с диверсиями один или несколько «слабосилков». Вполне возможный вариант.
В общем, добавлять к своим титулам «Палач Смарграда» — как минимум рановато. Надо разбираться, а вот с «разбираться» выходило кисло. Большой брат следил за городишком, без всяких кавычек. И если скрыть от «камер» внешность и силу в небывальщине можно, то скрыться как объект типа «человек» — никак. Ну а от пристального внимания сильного мага меня никакие ухищрения не укроют. Тень в небывальщине, прогиб пелены… тут только мощные площадные заклинания укрыть могут, сам факт которых — уже причина для алярма.
— Я пойду? — предположила Ленка.
— Гоблин. В город расистов. Притом, тебя как объект-человек не спрячешь, — ровно ответил я. — Лен, давай я не буду тебе говорить, всё что думаю об этой «удачной» идее.
— И не говори, я сама это подумала про эту идею, — согласно махнула ушами Зелёнка. — Дух… хотя нет, от духов тут хорошая защита. Остаётся только атака, хотя…
— Ммм?
— Не знаю, Кащей. Понимаешь, в этом случае никаких гарантий, одни предположения — ситуация с твоими отделёнными тросами аномальная, — задумчиво протянула Ленка.