Плетеная сказка (СИ)

— Поменялись они, Бессмертный, — кивала она с полуулыбкой. — Раньше кроме злата в глазах и голове — не было ничего. А сейчас — есть. Может и получится у тебя, — махнула она рукой.
А я просто промолчал, кивнув. Что хотел делать мой «прототип» с человеками… интересно. Но не настолько, чтобы трясти на информацию бывшую любовницу, которую не только «отверг», но и «забыл». Скажем так, была такая… не сильная, но ревность, чисто женская такая, из серии «мне, конечно, нахрен не надо… но как он смеет не сохнуть и не страдать, гад и подлец?!» Не ярко выраженная, приправленная иронией, но «ворошить воспоминания о себе», а тем более признаваться, что «не помню» вообще ничего — желания не было. И у Зеленки, умницы, тоже ума не ворошить «личное» хватало — вопросы она задавала, но не про меня, а тем более, упаси логика, не про «нас с Малахитницей».
И вот, временами она появляется в Стальном и ряде других городов Конфедерации, отдыхает, веселится, помогает в исследованиях. В общем — живёт, в общем-то, практически как человек. Только в сортир не ходит, хех. Ну и не спит и вообще — это не постоянное, хоть и более или менее регулярное развлечение.
— А ты, Бессмертный, всё над златом чахнешь?
— Не златом, — отмазался я зелёнкиной отмазкой.
— Всё одно. Вложить не желаешь?
— Ээээ… а тебе-то это на кой? — офигел я.
— Так деньги из оборота ушли, копятся, а это компенсировать приходится. Тебе же они не нужны, но и отдать-выкинуть не можешь. А вложишь — я их в дело пущу. Понадобятся — отдам с лихвой накопленной.
— Ну, наверное, я не против, — подумал я, тогда как Ленка с которой я переглянулся, пожала плечами. — А это всё как? — заинтересовался я.
— Так согласен? — уточнила Малахитница, на что я кивнул.
В замке заколебалась небывальщина, а Малахитница вытащила из ридикюля фонящий небывальщиной… ну портсигар, судя по виду-форме.
— Сколь пожелаешь, столько из твоих денег подучишь, стоит только пожелать, — протянула она мне фигулину. — И скажешь, что желаешь на счёт в Медный Банк положить — тотчас гривны у меня и окажутся.
— Прогрессивно, — оценил я, принимая «кошелёк». — А почему не всем?
— Каждому с двумя гривнами? Так маятно и неинтересно. Фирмы счета имеют, богатеи, хоть и немного их. А простым людишкам на кой? Да и мне не нужно, — пожала плечами Малахитница.
— А к моему счёту ещё один приобрести можно? — помахал я портсигаром.
— Для Ленки твоей? — ехидно ухмыльнулась Малахитница, на что я кивнул. — Можно, отчего нельзя. Сам отдашь, — протянула она мне второй портсигар.
— Благодарю, — кивнул я. — И… мне приятно тебя видеть, Малахитница. Но не для того ты пришла, чтобы от злата меня избавить. И не только на меня полюбоваться-себя показать.
— И деньги работать должны, и себя показать приятно. И на тебя полюбоваться можно. Но прав ты, не это причина. Ты, Кащей, наймом подвизаешься. Дело есть.
— Какое? — уже серьёзно заинтересовался я.
Ну просто если дух ТАКОГО уровня ищет помощь… что-то очень интересное. С учётом её сил и интеграции в жизнь Конфедерации — я не представляю, что нужно ей, что не исполнилось бы ордами нечистиков, живущих «её добротой» на её месте. Да и люди бы услугу оказать не отказались бы, практически любую.
— Посмотри-почитай, — извлекла Малахитница из ридикюля толстую папку, больше «вместилища» в разы. — Долго языком трепать, узнала я сие, в деньги играя, да от слуг своих. Узнаешь кто супостат, да накажешь — в долгу не останусь, Бессмертный. А нет — так нет, не моя забота это, если в корень зреть. Пойду я, — поднялась она. — Прощай, Кащей. Прощай Елена Кащея, — подпустила она напоследок шпильку и исчезла.
— Мдя, — констатировала Ленка. — Но она не такая противная, как с начала показалась.
— А даже хуже, — глубокомысленно ответил я. — Она меня не домагивалась! — возмущённо заявил я.
— Ээээ…
— Леночка, ты думаешь, только «любой девушке» приятно внимание? — ехидно припомнил я Зелёнке наш разговор. — Шовинистка! — обвинительно тыкнул я в неё пальцем.
— Ааа… ну… Вот ты злодей, всё-таки, Кащей! — возмущённо выдала она.
 
— А то, — покивал я. — Ладно, можно оставить папку, посмотрим, как вернёмся…
— Хватит издеваться, — буквально с места перепрыгнула Зелёнка мне на колени, прям телепортация какая-то. — Открывай и давай читать!
Ну и открыл я папку из… а вот чёрт знает, пергаментной толщины зеленовато-белый кристалл, с вытравленными вычурными буквами. И язык местами архаичный, но понятный.
И была эта папка этаким «обзором происшествий» и потоков денег. По всей Конфедерации, которая оказалась полностью на владениях Хозяйки, что на хребте, что с обеих сторон.
— Это же какой сволочи так неймётся-то? — через десяток страниц уточнил я. — И вообще — нахрена?
— Не знаю, — задумчиво произнесла Ленка. — Заметь, часть происшествий с нечистиками и духами…
— Судя по появившимся у не самых чистоплотных магов и шаманов деньгам — ни черта не «происшествие с нечистиками», а целенаправленная диверсия. И всё равно — на кой? И стопэ! Наши расследования, Лен!
— Так, — зашуршала листами Зелёнка. — Со снепперами непонятно, слишком рано всё началось. С Воздушным… Есть! Быстрый, Кащей!
— Ну ка, что у нас там, — всмотрелся я. — Наёмники обычные. А почему один маг? — задумался я.
— А зачем больше?
— Потому, Лен, что маг, считай, снайпер.
— Сэкономить хотели, — пожала плечами подруга.
— Или дилетанты, — хмыкнул я. — Ладно, а с этими, свинотрахами беровскими что?
— Ничего, вроде бы, — шуршала каменными страницами Ленка. — Я в сеть данные загоню?
— Защищено? — уточнил я, не без опасений. — Лен, тут какой-то хмырь на уровне всей Конфедерации творит диверсии, причём источники денег — нормальные и естественные. Если бы не Малахитница… Хм… а вообще, почему она не пнула ту же стражу Стального?
— Я думаю не очень доверяет «людишкам», она всё таки «играет».
— Подколка засчитана, — оценил я. — Возможно, но не очень верю.
— Скорее всего — не могла, Кащей, — уже серьёзно выдала Ленка.
— Так, — включил мудрый мозг я. — Основу банковской системы и договоров составили местные мудрилы. И, скорее всего, просто обеспечили «банковскую тайну». Просто как условие, может — даже не задумываясь.
— Я тоже так думаю.
— А это… хотя да. Я — не человек.
— И она ушла, передав папку. Тотчас же, как передала, Кащей.
— Думаешь, чтобы «не видеть», как отданное «нечистику Кащею» будет продемонстрировано «человеку Зелёнке»?
— Думаю — да, — согласно помахала ушами Зелёнка.
— Изящно, — признал я. — Ладно, Лен. Для Малахитницы это и вправду не слишком важно, помеха в её игре-развлечении. А мы что будем делать?
  
11. Злодейски некта
 
Выходила у нас, судя по представленному Малахитницей, такая фигня. Некий некта тратит немалые деньги, чтобы ухудшать жизнь разумных в Конфедерации. Использует наёмников, часто вполне вменяемых, но результат деятельности ведёт к гадостям.
Вообще, вся нектина диверсионная деятельность, похоже, вела к уничтожению поселений, как структур. По крайней мере, в масштабе это выглядело так: не всех убить, а например чтобы конкретный Мухосранск (и куча таких же) просто перестал существовать. Стал невыгоден, неприятен, некомфортен. Люди в процессе мёрли, но явно не как основная цель — с теми ресурсами, что располагал, некта можно было кровавую резню с полпинка учинить, но этого не делалось.
Далее, имени «главного злодея», непосредственного источника финансов — папка не содержала. Можно было бы вообще рассмотреть все описанные происшествия-переводы как нормальную жизнь свинотрахов, в стиле «соседняя деревня должна гореть», но не выходило. Диверсионная деятельность в ряде случаев велась либо ухудшая жизнь вообще всех, либо против тех, кто вообще никому не мешают даже теоретически. И о которых и не знает большая часть народа толком.
— Как ты думаешь, Кащей, почему она не описала кто это конкретно? — протянула Зелёнка.