Факультет Выживших (СИ)
— Лорд Балор — мудрейший маг, — произнесла я с уважением. — Я даже не представляю, как должно выглядеть подобное чудо. Не говоря уж о том, чтобы его создать.
— Ну, представлять тебе и не нужно. Я ведь могу просто показать. Если хочешь, — предложил Александр.
Хочу ли я?! Он еще спрашивает!
— Конечно!
Александр понимающе хмыкнул и, сев на кровати, подтянул меня к себе. Потом протянул руку вперед, создавая иллюзию какого-то темного зала. Хотя почему какого-то? Едва завидев впереди знакомую зеркальную раму, по которой, правда вместо ледяной корочки пробегали молнии, я сразу поняла, что это. Зал, где находится артефакт, ведущий в тайник Домена Бури!
— Мы спрятали Призму жидкого огня там, где никто, кроме нас не смог бы ее отыскать. Там, где наше оружие остается в полной безопасности, но при этом всегда готово к активации, — довольно произнес Александр.
Рывок, и иллюзия пересекает зеркальный порог, открывая вид на Зазеркальный зал… совершенно не такой, как у Стужи!
Здесь стены и даже книжные стеллажи были отделаны серым мрамором, по которому тянулись серебристые прожилки, напоминающие молнии, а высоко, под купольным потолком, медленно крутился смерч. Но главное, что притягивало внимание — центральный постамент, над которым парила огромная, сияющая злым электрически-синим пламенем многогранная призма.
Даже ее иллюзия вызывала страх и желание сжаться, спрятаться, оказаться как можно дальше от этого концентрата смертельной магии. О том, каково находиться рядом с ней в реальности, я не хотела даже думать.
«Сумел бы мой Домен защититься от такого? Вряд ли…» — мелькнула мысль.
И тут же пришла вторая: «От такого вообще никакой защиты нет! И хорошо, что мне не придется от него защищаться».
— Это невероятно, — прошептала я и прижалась к Александру, испытывая одновременно восхищение и страх.
— Это реально, — обнимая меня крепче, откликнулся он. — Так что ничего не бойся. Просто знай: мы вернем себе этот мир или уничтожим его.
— Вернем или уничтожим, — эхом повторила я и, улыбнувшись, потянулась к его губам.
Глава 3
Первым, что я ощутила, когда открыла глаза, было отвращение. А еще злость на саму себя. Какого, спрашивается, черта? Почему подсознание опять подсовывает мне сны с Александром? Да теперь к тому же еще и эротические? Ведь даже во сне часть меня понимала, что не желает этого!
Однако вторая «я», напротив, жаждала. И с той же силой, что я ненавидела Александра в реальности, во сне она его почти боготворила.
Меня словно разделило на двух совершенно разных людей!
Застонав, я обхватила гудящую голову руками. Ну вот за что мне еще и это? Мало вокруг гадостей, так еще и во сне с собой теперь бороться? Или…
Или это не сон?
От новой мысли я вздрогнула. А ведь и вправду, слишком странным, слишком ярким и четким было то, что я видела.
«…из Домена Стужи существую только я и та неудачная версия без будущего…»
Сказанная во сне фраза вспыхнула в памяти, заставив сердце на миг замереть, а затем забиться в два раза быстрее от всплеска адреналина. Неудачная версия! А ведь Александр когда-то упоминал о том, что я была не единственной версией Ариэтты! Не первой! Так может, и не последней? Может, после неудачи со мной, они решили переключиться на следующую? И та, вторая «я» во сне, — еще одна воссозданная Ариэтта, которую они смогли по моему опыту инициировать, но полностью преданная Александру?
В таком случае сразу становится ясно, почему на меня махнули рукой, и я стала не нужна. Потому что появилась другая, послушная и преданная, которая вместо меня сможет достать заклинания из схрона Домена Стужи! Значит, мной и пожертвовать можно, когда Алана убью…
И вот тут пришел страх.
Они ведь реально меня убьют, как только стану не нужна! И лорд Балор, говоря об этом тогда, в диртеме, не запугивал, а был абсолютно серьезен! Упоминание второй версии Ариэтты о том, что я — версия без будущего, наилучшее тому доказательство!
Хорошо, что я все-таки успела попасть в Зазеркальный зал первой. Спасибо тебе, похититель, помог хоть в этом. И правильно, что я уговорила Айландира сходить за искаритами. Теперь они хотя бы Александру не достанутся. Вот только…
Александр ведь догадается, что я их забрала!
Я тихонько ругнулась. И как не подумала об этом раньше! А теперь «дядя» точно примчится узнавать, что произошло!
Мысли закрутились в голове с сумасшедшей скоростью. Я лихорадочно перебирала варианты для самооправдания.
Выдавать Айландира нельзя. Нельзя вообще рассказывать о том, что на самом деле случилось. Потому что, если я права и вторая версия Ариэтты действительно существует, после такого признания не спасет даже помолвка с Камерано. Если Александр хотя бы предположит вероятность того, что мы с тленниками стали союзниками, и я могу передать им защитные заклинания Стужи, то заберет меня отсюда и… и больше не будет ничего. Меня вообще больше не будет.
Но не признаваться же, что я обладаю искаритами? Еще потребует их ему передать!
Может, этого и нельзя сделать, но… а вдруг можно? Обмануть-то Александра теперь не получится. Вторая копия Ариэтты тоже имеет доступ к архивам Стужи, ей перепроверить мои слова ничего не стоит.
Вариант оставался только один: утверждать, что и эти искариты уничтожены. Сказать, что похититель хотел заставить меня достать их ему, поэтому искаритами пришлось пожертвовать.
Главное, чтобы та, другая, не увидела меня во сне так же, как я ее, и не рассказала Александру лишнего…
Я поежилась. А вдруг и вправду? Конечно, на мне стоит ментальный блок, который закрывает мои мысли и меня, но достаточно ли этого для защиты от своей копии? Надеюсь, что да. Сейчас нужно просто постараться, чтобы ничем себя не выдать. Пока я считаюсь невестой Алана, без весомых причин Александр и лорд Балор на прямой конфликт с Камерано идти не посмеют. И на гимназию эту закрытую нужно согласиться. Там явно будет безопаснее, по крайней мере первое время, а уж потом Айландир придумает как помочь.
Так, обдумывая и выстраивая линию поведения, я провела все время до завтрака. На завтраке же вела себя предельно вежливо и тактично, стараясь провести на миледи Сесилию Камерано наилучшее впечатление. Я внимала ее поучениям, отвечала на ее вопросы то, что она хотела слышать, и полностью признавала правоту миледи Камерано во всем.
Жаль отца Алана не было — как мне сказали, из-за загруженности работой он вообще редко появлялся на семейных застольях. Но и без того получалось неплохо. Мать Алана выглядела все более довольной, а сам Алан начал поглядывать на меня со смесью легкого удивления и уважения. Видимо, мало кто мог понравиться его матери.
А когда мы заканчивали пить као, вошедший слуга объявил, что прибыл лорд Александер Лиард.
Я оказалась права.
Учитывая, что об отказе заклинания в библиотеке Совета Содружества «дядя» наверняка узнал почти сразу, даже странно, что он вчера на ужин не заявился.
«И ничего не странно, — шепнул внутренний голос. — Вчера здесь был лорд Камерано, а с ним после недавной договоренности о твоем нахождении в Пепельных горах обсуждать ту же тему еще раз не имело смысла».
С трудом сдерживая дрожь, я наблюдала, как Александр, хмурый и сосредоточенный, входит в столовую. А затем совершила то, чего «дядя» точно не ожидал: подскочив из-за стола, коротко всхлипнула и бросилась к нему.
Александр обнял меня инстинктивно, потому что не мог не обнять. А я, прижавшись, тихо-тихо, чтобы слышал только он, зачастила:
— Я так боялась! Я пыталась звать на помощь, но связь не работала! Это было так ужасно! И вчера нам даже не удалось поговорить, а столько всего случилось!
— Ну-ну, успокойся. Все уже позади, — в голосе мужчины зазвучали заботливые нотки.
Однако в то же время я ощутила, что на самом деле ему на меня плевать. Раздражение и злость — вот все, что Александр сейчас чувствовал, а заботу демонстрировал только на публику. Но самое жуткое — моя «пиявка» сидела смирно, даже не пытаясь что-либо предпринять. Это значило только одно: еще одна копия Ариэтты действительно существует, и Александр получил от нее, а заодно и от меня, защиту.