Игра Хаоса. Книга десятая (СИ)

Тонкое лезвие вскрыло хитин. Я не люблю подобным заниматься, но в Городе-в-Пустоте готовы очень хорошо платить за некоторые органы королев. За время, проведенное на Румии, я невольно столкнулся со своеобразной культурой инсектоидов, по крайней мере, данного вида, и узнал, что они относятся к останкам своих собратьев абсолютно равнодушно: охотно используют их в качестве еды, для переработки и экспериментов. Они даже над живыми постоянно экспериментируют, что уж говорить про ценные ткани наиболее сложных особей. Развитие собственного клана требует все больше и больше вложений, так что пришлось наступить на горло своим принципам: все-таки это не обращение разумных в рабство, правильнее будет использовать ресурс, чем просто оставить его здесь гнить. Если же смотреть на мои действия как на промышленный шпионаж (а у инсектов он выглядит именно так), то поступок почти приемлемый.
Гремлины еще потрошили кладовые, когда я закончил и связался с Меджем. Коробочка переговорника, закрепленного на шее, слегка вибрировала, передавая его слова.
— У меня все, готов выдвигаться к вам, — коротко обрисовал ситуацию ему я.
— Быстро ты, — уважительно хмыкнул Медж. — Тогда ждем у нас.
Половинка Кольца перехода, вытащенная из сумки, приступает к формированию портала. Руны, выгравированные на ее крутых боках, начинают светиться, по срезам, разделившим «бублик», гуляют крохотные молнии, что, вырастая, тянутся сквозь пространство к своей единственной и неизменной цели.
Перед тем как связаться с другом, я проверил, что происходит наверху: огненный дух бушует, продолжая сжигать все вокруг себя, рабочие особи, что все это время дуром перли на него и каменных элементалей, выполняя последние команды какого-то мыслителя, пали бессмысленной смертью. Пятерка Ульфреда, активно собиравшая урожай жизней, осталась почти без дела: улей опустел, остались лишь не имеющие ценности для Игроков биоконструкты да небольшие разрозненные группки рабочих, не подпавших под приказ и пытающихся выполнять свои обычные функции. И хотя один из подчиненных Седого умудрился получить ранение, звезда справится здесь сама: зелья лечения и регенерации никто не отменял, остатки обычных жуков без поддержки воинов и команд мыслителей им не противники. Пламя здесь все очистит, и, может, лет через пять, люди, окончательно убрав следы деятельности насекомых, сделают шаг вперед, возвращая часть утраченного дома.
Можно уходить, мне пора двигаться дальше. Серебристый серп артефакта снова становится кольцом, но его далекая вторая половинка пока похожа на собственное отражение в темной глади воды. Изображение Меджа, один в один повторяющего мою позу, зыбкое и эфемерное, наливается красками. Проступают его пальцы, крепко сжимающие путеводный талисман, доспех, довольный оскал. Дневной свет из-за его спины разгоняет полумрак подземелья, с громким щелчком половинки Диска, притягиваясь, соединяются, и, спустя миг, я уже рядом с другом, в окружении его бойцов.
  
Глава 12. За и против
 
— Держи клинок ровнее, а локоть чуть ниже, он должен быть на высоте груди, а не перед носом.
Меджех несильно ударил по предплечью, опустив руку новичка до приемлемого уровня, а затем шагнул назад и скомандовал:
— Теперь повтори.
Рука с ножом скользнула вперед, пытаясь изобразить косой удар, способный, в теории, распахать противника от горла до паха.
— Теперь обратный удар, перехват, укол, — наставник резко бросал команды, наблюдая за действиями подопечного. Получалось пока медленно и не слишком точно, но это основа. Для начала нужно выставить технику, а уже потом придет и скорость, и отточенность действий — тело будет реагировать само, на одних инстинктах, минуя разум. Тренировка продолжалась минут пять, Медж постепенно повышал темп команд, заставляя ученика выкладываться на полную, нащупывая предел его скорости, и лишь когда первые бусинки пота выступили на лбу новобранца, скомандовал:
— Достаточно.
Невысокий гарфлинг устало опустился на траву, переводя дыхание, а тигролюд громко рыкнул:
 
— Следующий!
В бойцовский круг азартно впрыгнула высокая рыжеволосая девушка и, не дожидаясь команды учителя, сразу разразилась целым каскадом движений. Ее парные клинки со свистом кромсали воздух, а Дайя словно вытанцовывала, не снижая темпа, переходила то в нижнюю, то в верхнюю плоскость, а затем провела серию круговых атак, будто сражаясь сразу с несколькими противниками, окружившими ее.
— Молодец, — одобрительно кивнул Медж, пристально наблюдавший за ученицей. — Вижу, что тренировки для тебя прошли не зря. Но запомни: у тебя пока что недостаточный уровень выносливости, при таком темпе надолго ее не хватит. Если противник уйдет в оборону и сможет выдержать все атаки, минут через пять он тебя голыми руками возьмет — ты сама ему под ноги свалишься.
Дайя от этих слов смущенно опустила голову, а затем в полупоклоне склонила ее перед наставником, благодаря за его мудрость.
— Реф, — громко скомандовал Ментор, вызывая в круг следующего ученика.
— Не понимаю, зачем вообще это нужно? — раздраженно фыркнул Беддин, отжимаясь на траве и громко сопя. — Глупый атавизм и дикарство, любая нормальная схватка должна решаться на расстоянии. Против Огненной стрелы нож просто не пляшет: меня враг до корочки прожарит, пока я до него добегу.
— Чтобы сделать из тебя бойца, Беддин, негромко произнес Медж, наблюдая, как вызванный в круг ученик проводит серию ударов. — Им ты можешь стать только постепенно закаляя тело и душу, Активатор и карты в нем тут не помогут. Настоящий воин способен сражаться везде, при любых условиях — он сам по себе оружие, с Активатором или без. Мне нужно укрепить ваше тело, постепенно готовя разум, чтобы вы смогли сражаться за свою жизнь, за жизни ваших товарищей, где бы вы ни были и что бы с вами ни происходило. Игра Хаоса полна неожиданностей, никто не знает, как и при каких условиях вас настигнет противник, и я хочу, чтобы вы были готовы использовать все, что у вас есть, вплоть до зубов. А для этого нужна внутренняя готовность преодолевать страх, усталость или боль. Вы должны сами находить в себе опору и силу, чтобы сражаться до конца, цепляясь за малейший шанс, а если суждено погибнуть, то с улыбкой принять смерть, гордо подняв голову.
Медж закончил говорить, и в воздухе повисла тишина, словно каждый из учеников примерял на себя путь, к которому их готовил наставник.
— Это сложно, — наконец выдохнул Коттар. Гарфлинг все это время боялся даже вдохнуть лишний раз, внимательно слушая слова старого кота. — Я не знаю, буду ли я хоть когда-то готов к подобному.
— А мне нравится, — задумчиво произнесла Дайя, откинувшись на траву и наблюдая за плывущими в небе облаками. — Все так легко и просто: живи пока живешь, сражайся, смейся, люби, а потом раз — и все, тебя уже нет. А самое главное — нет и этого вечного страха перед смертью.
— С таким подходом тебе надо было к наемникам, а не к нам, — буркнул Беддин, не прервавший отжиманий даже на время разговора. Учитель был строг и требовал беспрекословного выполнения своих распоряжений во время тренировки, а еще сотню подъемов он не выдержит, лапы и так уже дрожат. — Там тебе было бы самое место — пей, гуляй, воюй, пока где-нибудь не угробят.
— А я там уже была, и мне не понравилось, — брезгливо скривилась и невольно передернула плечами девушка, вспомнив свое пребывание в Топорах Эсхиля. — Ничему толком не учат, все время командуют, вечно всем должна, да еще и спать со всякими уродами надо, а если нет — то в мусорную звезду поставят, где будешь до конца жизни караваны охранять да со сборщиками на помойках ковыряться. Мне здесь хорошо, — она, довольно зажмурившись, вытянулась на траве. В новом клане ей и вправду нравилось: обучение, тренировки, нормальное снаряжение и, самое главное, к ней никто не приставал. Она начала свою жизнь в роли постельной игрушки специально подготовленной для продажи, потом, оказалась в боевых ямах Тамруза из-за строптивого характера, оттуда ее и призвал портал открыв Дорогу в Двойную спираль, и здесь она научилась ценить саму возможность и право говорить «нет», которое она готова отстоять любой ценной.