Игра Хаоса. Книга десятая (СИ)

Внимание! На поединщиков наложены дополнительные ограничения: бой объявлен чистым».
Получилось! Диния быстро свернула Книгу, висевшую перед ней. Она должна была убедиться, что ловушка сработала. Старая карта действия, Определенность, ждала своего часа в сокровищнице Дома Ящеров не меньше десяти веков с момента ее получения. Она позволяла выбрать конкретную арену и установить одно, зато любое ограничение на предстоящий бой. В паре же с картой Вызов вне времени получилась идеальная связка: Вызов открыл доступ ко всем аренам, что когда-либо существовали в Игре, а не только к тем, что есть сейчас на Колесе судьбы. Это позволило назначить место со своим собственным уникальным набором ограничений. Быть готовым к подобному невозможно.
Первоначально эту связку планировали использовать против Шепчущего, но так и не нашли никого достаточно сильного, кто согласился бы рискнуть и сразиться с ним, пусть и на заранее выбранной арене с ограничением по рангу карт и запретом на внешние источники силы. Наг слишком опасен и хитер, поэтому решили устранить того, до кого добраться проще, убрать фигуру, слишком многое смешавшую на игровом столе. Диния хорошо помнила разговор с владыкой Газарахом, предшествующий схватке. Дому Ящеров нужно вновь показать свою силу другим кланам и Игрокам, и устранение вражеского чемпиона станет одним из важных шагов, что позволят изменить сложившуюся ситуацию. Они больше не имели права проигрывать, положение стало угрожающим: триумф Летунов, их флаги на Арене — и вчерашние союзники начали шептаться за спиной, враги подняли головы, те, кто раньше бессильно шипел за спиной, теперь в открытую бросали вызов. Если ничего не изменить, то все станет куда опаснее. Кланы наемников, главные союзники в грядущей войне, могут запросто перейти на сторону сильнейшего… И это лишь часть возможных проблем, которые должен предотвратить ее бой.
Призрачное пламя жизни пробежало по телу волной потустороннего холода и мурашек — карта маскировки скрыла внешнее проявление ее жизненных сил. Теперь все карты поиска, так или иначе ориентированные на определение Жизни, не смогут ее обнаружить. Синайский уловитель тонких следов оставил в ладони закрученную спиралью каплю, что позволяла чувствовать направление, расстояние и рисунок отражающихся на тонких гранях реальности всплесков сил Хаоса. Опытный Игрок с ее помощью мог не просто узнать о применении карт противником, но и даже определить их направленность. Обычно радиус его действия стандартен для поисковых карт, но мощнейшие камни усиления смогли расширить его до четырехсот шагов. Этого все еще недостаточно, чтобы покрыть всю территорию храма, но в большинстве случаев она сможет мгновенно вычислить точку появления противника.
Диния резким движением прикрепила артефакт себе на висок и запустила трансформацию тела. Сдерживать ее и дальше не было сил. Стройная женщина замерла в прохладной воде, что начала постепенно наполнять храм. Сейчас волны едва закрывали щиколотку, но скоро уровень воды начнет создавать дополнительные сложности ее врагу. Диния не знала, какими точно способностями обладал Рэнион. Собранному на него досье далеко до завершенности, в нем полно пробелов: изученные техники боя, текущий набор атакующих карт, призываемые существа, а самое главное — описание награды, полученной им на турнире. Слишком многое неизвестно, отчасти поэтому и были выставлены столь строгие ограничения на арене.
У победителя турнира наверняка полно золотых карт, трофеи с поверженных противников, награда Владыки, и кто знает, что еще он смог получить за время прохождения испытаний. Схлестнуться с таким врагом в равной схватке — крайне опасно. Чтобы продавить его в поединке, нужны карты, не уступающие ни по мощи, ни по разнообразию, ни по возможным комбинациям. А лучше — превосходящие. Да и то, не факт что поможет. Проигрыш же будет серьезным ударом: допустить, чтобы такое количество сильнейших карт ушло в руки врага Дом Ящеров позволить себе не может. Так что в ход пойдут обычные карты, пусть и тщательно подобранные и заранее усиленные еще дома.
 
Несмотря на скудность сведений, все аналитики сходились в одном: Рэнион — заклинатель, возможно неплохой призыватель, но точно не боец ближнего боя. Дом Ящеров потратил немало дайнов, чтобы сделать этот вывод: были опрошены наемники из Клинков Арендейла и бывшие соклановцы, что знали его лично и не раз ходили с ним в рейды. Все в один голос твердили, что он избегал ближних схваток, стараясь держать дистанцию в бою. А кардинально изменить стиль боя за несколько больших циклов просто невозможно.
Поэтому Диния старалась использовать по полной преимущества принудительного вызова на поединок, поместив противника в максимально некомфортную для него среду и навязав схватку наиболее неудобным для него оружием. Благо, примененная связка карт это позволяла. Правда, выставленные ограничения действовали на обоих участников, но, если ты заранее к ним готов, открывается немалый простор для маневров. Жаль, конечно, что пришлось потратить уникальную золотую карту действия, единственную в своем роде, личный дар Смеющегося Господина одному из владык Дома Ящеров, но важность поединка потерю оправдывала.
Тело заканчивало преображение: кожа потемнела и покрылась чешуей, изменялись пропорции, а глаза перестраивались, и темнота постепенно отступала. Скоро она сможет видеть тепло ее противника. Преобразование на этот раз было сложнее обычного из-за двух последовательных смен обликов, но Диния справилась — она давно стала в этом мастером. Трансформация тела была уникальной особенностью ее расы, что позволяла перестраивать свой организм, адаптируясь под среду или принимая форму и вид врагов. Все, что для этого нужно — отведать плоти того, чей облик собираешься принять. У нее во рту до сих пор остался прогорклый вкус далфера, тело которого она выбрала для этого боя. Их часто называют скальниками за привычку жить в скалах возле моря. Быстрые, юркие создания, питающиеся в основном рыбой, достаточно сильные и способные дышать под водой. Кроме того, их зрение позволяло видеть в темноте, что также было немаловажным преимуществом, учитывая специфику этого места. Арену не просто так назвали Храмом темных вод. Здесь практически отсутствуют источники света — небольшие тусклые фонари, висящие вдоль стен, попадаются очень редко.
Преобразование почти завершено, противник же пока ничего не предпринял или находится так далеко, что ее артефакт не смог это засечь: ни одного всплеска Хаоса вокруг. Диния представила, какая у него сейчас, наверное, паника, и как она медленно нарастает, по мере осознания того, куда он попал. Она не раз и не два сталкивалась в бою с заклинателями и теми, кто слишком часто полагается на чужую силу. Она убивала их по-разному: иногда одной мощной атакой в самый неподходящий для врага момент, иногда наоборот, выслеживая и подкрадываясь со спины. Один раз она почти два малых цикла жила бок о бок с одним гладкокожим, делила с ним стол и постель. Его подругу выкрали агенты Ящеров, и после того как менталисты считали память, а Диния смогла добиться стопроцентного сходства в трансформации — устранили. Внедриться удалось без проблем, но операция длилась дольше запланированного, ей все не давали нужной команды, приходилось до конца отыгрывать свою роль в затянувшемся спектакле, и она это сделала — жертва так ничего и не заподозрила до самого последнего момента. Боль и изумление от предательства того, кому верил, в туманящемся взгляде умирающего принесли истинное удовлетворение и стали неплохой компенсацией за вынужденные неудобства.
Диния ответственно готовилась к каждому заданию, но конкретно в этом поединке она не видела никаких особых проблем для себя, скорее, даже испытывала разочарование: лично ей бы хотелось схватки равных, здесь же она чувствовала себя палачом, которого подвели к опутанному с головы до ног узами запретов врагу. Все что ей остается — лишь вонзить нож ему в горло. Ни сладости схватки, ни вкуса победы, единственная радость, что погибнет тот, кто отнял у нее победу в турнире. Хотя, может и к лучшему, что она туда не попала. Обманывать саму себя не хотелось: зная заранее, в каком именно формате будет проходить турнир, она бы на него не пошла. Это был не честный бой сильнейших, где опытом и упорством ковалась победа, а скорее крысиный забег, в котором побеждает тот, кто быстрее добежит до щели, ведущей наверх. Пусть то, что она убьет сумевшего выжить и победить там, послужит ей небольшим утешением — в какой-то мере она превзойдет лучшего из лучших.