Синтетик (СИ)
Места здесь оказалось меньше, чем у него в лавке, но оно было отдельное и весьма комфортное. Слово комфорт я слышал не раз и только теперь, стало понятным его значение. Непривычно мягкие лежаки, колонны, шедшие от пола до потолка и мебель в виде шкафов, стульев и стола, очень тонкой, резной работы. Мне было непривычно видеть все это … изящество, вспомнил я слово, которое как-то слышал от Каса. Осмотрев новое жилище, перекусив, повалявшись на мягком, решительно встал и направился к выходу. Было не холодно, я оставил куртку и панаму дома, а на голову накинул капюшон от кофты, в которой и вышел наружу. Закрыв дверь, положил ключ в один из карманов и запомнив какой мой дом по счету, направился дальше по улице, решив пройти ее до конца. Вскоре строения закончились и передо мной предстала другая картина. Дома, въевшиеся в скалу, уходили ввысь и зияли в ней пустотой многочисленных входов, некоторые из которых были все же прикрыты дверями. Я пошел еще дальше и перед тем, как зайти на маленькую площадь, увидел на столбе указатель со стрелками.
Почта мне была не нужна, магазины, лавки, тоже, а вот название трактир оказалось знакомым. Я не раз слышал от тех, кто ходил с Касом в город про подобные заведения и решил туда зайти. Деревянный дом, выполненный из бревен и покрашенный в светлый цвет, выглядел странным и маленьким на фоне каменного большинства. Над входом висела табличка.
«Добро пожаловать в трактир Белый дом».
Я толкнул дверь и вошел. В ноздри сразу ударил сильный запах человеческого пота, перемешанного с табаком и перегаром. Полумрак помешал разглядеть внутренность, но длинную стойку передо мной, не заметить было невозможно.
Я направился к ней, помня по рассказам, что именно там наливают разные виды алкоголя, а не только наливку, которой почти не было альтернативы в нашей деревне. Я взял с собой несколько мелких монет, оставленных Сайрисом и подошел к высокому, густо заросшему бородой человеку.
— Чего будешь парень? — прокаркал тот, насмешливо оглядывая меня из-под кустистых бровей.
— Пиво, — сказал я как можно уверенней, зная только это единственное название из всего что слышал.
— Какое тебе малыш? — хмыкнул в усы спросивший.
Да чтоб тебя! — подумал я и ответил:
— Давай любое, только не очень дорогое.
Передо мной появилась большая, стеклянная кружка и в нее из какой-то странной емкости прямо на стойке, полился пенистый напиток.
Я положил монету на стол, бородач кивнул, принимая плату и перекрыл краник с льющимся пивом. У нас в деревне денег не было. Конечно, Кас мне их показывал, но я не понимал и удивлялся таким сложностям расчета между людьми.
В городе все оказалось за деньги и теперь мне стало понятней, как это работает.
Следуя примеру немногочисленных посетителей, уселся за свободный столик в углу и начал рассматривать трактир и тех, кто в нем находился. Отхлебнув пива скривился и отставил в сторону. Это был второй раз за всю мою жизнь, когда я пробовал алкоголь. И на свадьбе и сейчас, мне не понравилось. В большинстве своем люди сидели по двое, но были компании и многочисленней. Именно они смеялись и говорили громче чем следовало. Хмель, как я знал влиял на голову и человек становился способным на разные поступки, как правило глупые и необдуманные. Я хорошо запомнил один момент из своего детства.
Был большой и шумный деревенский праздник. После застолья, плясок и песен, разгорелся веселый спор между двумя уважаемыми людьми, который перешел в яростную перепалку. Один говорил, что нельзя голыми руками убить мутанта, а другой утверждал наоборот. Закончилось все плохо. В пьяном виде, один из них ушел воплощать свою уверенность в лес и был найден с оторванной рукой и полностью съеденным лицом. Я слышал начало спора и хорошо запомнил страшный конец. Дело было даже не в том, возможно или невозможно сделать то, о чем они спорили. Тогда-то я понял и усвоил одну простую истину. «В пьяном виде человек обречен». Я помню многих валяющихся в грязи, после обильного возлияния наливкой. Помню смертельные оскорбления, драки озверевших людей. Но та смерть, в общем-то хорошего человека, повлияла на меня очень сильно. Правды ради надо сказать, ни разу за свою жизнь, не видел Каса не то что пьяным, но даже выпившим.
При мысли о нем настроение ухудшилось. Я загрустил и меня стала давить вся эта пьяная веселость. Она нарастала все больше, по мере того, как зал наполнялся новыми и новыми людьми. Я оставил стоять кружку, так больше к ней и не притронувшись. Выйдя на улицу, с удовольствием вдохнул всей грудью. Захотелось справить нужду. Посмотрев по сторонам, понял, что никто на меня не смотрит и быстро завернул за угол трактира. Когда я вернулся, перед входом стояло несколько человек и на повышенных тонах о чем-то спорили. Хотел пройти мимо, но поневоле прислушался и замедлил шаг. Четверо пристали к среднего роста мужичку, который был совершенно спокоен и пытался воззвать к разуму крепких парней. Чем-то он им не понравился и они встали около входа, преградив дорогу.
— Послушайте парни, зачем вы нарываетесь, я вам ведь ничего не сделал.
— Слышь упырь усатый, вот такие как ты ходят и портят воздух своим отвратным видом. Ты нам не нравишься и ни за что не войдешь внутрь.
— Уверен? — спросил человек, с тонкой полоской усов над верхней губой.
Голос его оставался по прежнему спокойным и в нем не было ни угрозы, ни раздражения.
Я видел как он ударил, отскочил и встал в стойку, выставив вперед руки. Получивший удар потрогал лицо, сплюнул и со злой радостью произнес:
— Ну вот и все, тебе конец.
По тому, как четверо синхронно рассыпались, я понял, что они это проделывали не раз и действуют очень слаженно.
Как ни странно, догадался и усатый, хотя у меня сложилось впечатление, что он полный профан в драках. Я ошибся и это очень удивило. Обычно по первым движениям, можно определить на что способен человек. Просчитались и нападавшие. Усатый стал перемещаться совершенно не так, как двигался несколько секунд назад.
Он притворялся, — осенило меня. Вот так ход, браво.
Это перерождение дало ему преимущество и пока нападавшие поняли, от неуклюжести того, к кому они пристали, не осталось и следа. Он вырубил двоих, используя только удары руками. У одного из оставшихся стоять, я увидел прижатый к предплечью нож и именно он оказался за спиной усатого, который отвлекся, вырубая другого противника. Секунда и я перехватил руку, увел вниз и резко в сторону. Тело нападавшего, следуя заданной мной инерции перевернулось через голову и шмякнулось на спину. Падение было болезненным, но спасенный мной не дал подняться несостоявшемуся убийце, а сильно и безжалостно добил ногой в лицо.
— Давай быстро, дернули отсюда, — сказал он и схватив за рукав потащил за собой.
Мы пробирались хитрыми лабиринтами улочек и минут через пятнадцать уже сидели в другом питейном заведении, название которого я не успел разглядеть. Внутри было гораздо светлее, можно сказать просторнее и у меня здесь не появилось ощущение дискомфорта.
Моего спутника знали и он продвигаясь через зал, кивнул некоторым сидящим за столиками, а подойдя к стойке поздоровался и стал заказывать:
— Здорово Фрат.
— Привет Рупер.
— Та-ак, — протянул он, — давай нам по две кружке темного, соленого мяса, ну и сообрази еще чего-нибудь как обычно.
— Подожди, — я тронул его за плечо и остановил жестом человека за стойкой. — Я не буду пить.
— Как это? — не понял усатый, удивленно уставившись на меня.
— Я не люблю алкоголь.
— Вот так новость, — он на секунду задумался. — Ну хоть посидишь со мной, поедим, поговорим?
— Это можно, — улыбнулся я.
— Другое дело, — обрадовался спутник, подхватил свои налитые кружки и направился за свободный столик.
Мы уселись и он протянул руку представляясь:
— Рупер.
— Свит.
— Спасибо тебе парень, — он поднял кружку и не отрываясь выпил сразу половину, вытер усы и довольно откинувшись на спинку спросил: