Ноктикадия (ЛП)

Осталась только блаженная тишина.
Через пару часов большинство червей сбегут в воду, а я соберу их и дам им возможность спариться с другими червями, которых я собрал. Затем я отнесу его в комнату для вскрытия и вскрою, чтобы взять образцы мозга и печени, где токсин будет наиболее сильным для выделения и очистки.
Каждый раз, когда черви заражали человека, их токсины становились более специфичными для человеческой генетики, и эликсиры становились более эффективными. Эффект длился дольше.
К сожалению, у меня заканчивались подопытные. Мне удалось оправдать поиски людей, похитивших моего брата, но, получив известие о пропаже Анджело, я мог только молиться, чтобы последний эликсир оказался удачным. В противном случае мне пришлось бы искать другую жертву.

ГЛАВА 38
ЛИЛИЯ
 Просто дыши. Просто. Дыши. 
Я сидела на заднем сиденье университетского автобуса, надеясь избежать любого внимания. Спенсер предложил заехать за мной в общежитие, но это показалось мне слишком похожим на свидание. Оглядываясь назад, учитывая количество глаз, приковавшихся ко мне в этот момент, я пожалела об этом решении.
Ноги под пышным тюлем беспрестанно тряслись от толчков автобуса, и я молилась, чтобы одна из моей груди не выскочила, потому что это было бы уже не то, что надо.
Автобус замедлил ход и остановился у Кармади Холл. Еще одна остановка, и я наконец-то избавлюсь от пристальных взглядов других студентов, возвращающихся в общежитие после вечерних занятий. Они даже не стеснялись этого, черт возьми, и мне приходилось все время смотреть в окно, чтобы не выдать себя какими-нибудь оскорбительными высказываниями.
Автобус снова пришел в движение, моя грудь покачивалась, испытывая на прочность каждый шов лифа. Спасибо Мисси за волшебные нити, которые она использовала, чтобы сохранить все в целости.
Следующей остановкой был Джексстоун-холл, но поскольку автобус из кампуса не доезжал до Уоттскрик-холла, где должно было состояться торжественное мероприятие, мне пришлось идти через Кентерберийские сады. Это была десятиминутная прогулка, мимо старого мавзолея.
 Немного жутковато. 
Конечно, я была не совсем глупа. У меня был перцовый баллончик, засунутый в ленту на поясе, тот самый, который мне подарила Джейда перед отъездом в Дракадию.
Когда автобус наконец остановился, я едва не вскочила на ноги. К счастью, Мисси позволила мне обойтись черными украшенными туфлями, когда я рассказала ей о том, что на каблуках я часто попадала в неприятные ситуации. Она была не в восторге, но уступила без лишнего ворчания.
— Можно узнать твой номер? — спросил один из пассажиров, когда я пронеслась мимо. Наверное, первокурсник.
Я не стала оборачиваться и смотреть на него, выскочив из автобуса, пока волнение, охватившее меня, не вывело меня из равновесия и не заставило упасть на землю. Оказавшись на твердой земле, я закрыла глаза и перевела дыхание, но при звуке закрывающейся двери повернулась и постучала по стеклу.
Водитель автобуса с явно раздраженным лицом снова открыл дверь.
— Когда последний рейс? — спросила я, нервно теребя тюль юбки.
— Вы на него смотрите.
— Подождите, вы больше здесь не проезжаете?
— Нет. Вас нужно отвезти обратно? Придется вызвать ДракУбер.
— ДракУбер? — Из всех дурацких названий... — Это... как Убер?
— Что-то вроде этого. — Она захлопнула дверцу, обдав меня потоком воздуха, который взъерошил мои волосы, и унеслась по улице.
У меня не было с собой денег, чтобы вызвать такси. Черт.
Температура немного понизилась, но, несмотря на унизительную поездку на автобусе, мне было приятно и жарко, когда я ступила на дорожку сада. Платье шуршало по бетону, и я была благодарна Мисси, что она не видит меня в этот момент, иначе она бы наверняка устроила скандал из-за того, что подол был порван. Над головой, слава богу, светила луна, иначе пришлось бы идти в кромешной тьме по тому месту, которое когда-то служило местом захоронения.
 
Ходить одной в темноте для меня было не в новинку, я столько раз делала это дома, что это даже не казалось чем-то ненормальным или необычным. Хотя я и сталкивалась со всякими странными людьми, мне никогда не причиняли вреда.
Однако я еще никогда не надевала шикарное бальное платье, из которого наполовину торчала моя грудь.
Несколько прядей, свисавших из заколотых французских локонов, встали дыбом, а мои мышцы напряглись, готовые в случае необходимости пустить в ход перцовый баллончик.
В саду было спокойно.
 Безмятежно. 
Это было похоже на то, как будто я во сне гуляю по нетронутому староанглийскому дворику с идеально подстриженными живыми изгородями, яркими розами и красочными цветами конца лета. Мне не терпелось увидеть университет в разгар осени. Как красиво он будет выглядеть в огненно-оранжевых и красных тонах.
Звук хрустящей листвы заставил меня остановиться, и я обернулась, сканируя взглядом окружающие кусты и деревья. Я наблюдала за любым признаком движения, но ничего не обнаружила. Не желая задерживаться, я продолжила путь через сад, напрягая слух в поисках любого другого звука.
Впереди забрезжил свет, и я разглядела нечто похожее на закрытый стеклянную террасу. Сердце застучало в груди, и я остановилась. Со своего места я увидела толпу людей в шикарных платьях и смокингах, хрустящие белые скатерти под мягким сиянием свечей. От этого места веяло богатством.
 О, Боже. Что я делаю? 
Это было слишком шикарно. Слишком шикарно для меня.
Я уже повернулась, чтобы уйти, но остановила взгляд на человеке, стоящем у входа в террасу. С сигаретой в руке он смотрел на звезды, но от вида его идеально сидящего черного пальто и брюк у меня сердце застучало в груди.
 Брамвелл.  
Подведя глаза тушью, я трижды глубоко вдохнула и покачнулась, когда на меня накатила волна головокружения. Стряхнув его, я, не отрывая глаз от спины профессора Брамвелла, вышла из сада на террасу, всего в нескольких футах от того места, где он стоял. Словно почувствовав мое присутствие, он откинул голову в сторону, еще не повернувшись, чтобы посмотреть на меня, и паника зародилась в моем животе, когда я увидела его идеальный профиль и достойную линию челюсти.
Спрячься, — подсказал мне мозг. Не позволяй ему видеть тебя такой.
Но как только он повернулся, было уже поздно. Наши глаза встретились. Холодок пробежал у меня по спине, когда я увидела выражение его лица. Это был не обмен взглядами между студентом и профессором, а словно двух незнакомцев. Намеренный и напряженный. Мне захотелось заползти внутрь себя и стать невидимой, потому что его взгляд пожирал меня.
Его широкие плечи сужались к узкой талии, в одной руке он держал бокал, в другой — сигарету. Я никогда не видела, чтобы он выглядел так непринужденно и в то же время внушительно. В его костюме чувствовалась резкая, смертоносная грация и властность.
От этого зрелища у меня сжались бедра.
Мир вокруг меня погрузился в тишину, темная галактика вращалась с гравитационной силой, которая притягивала меня ближе. Каждый нерв пробудился к жизни под его пристальным взглядом, и по моей коже побежали мурашки.
— Лилия? — Голос сзади обрушился на меня, как ведро холодной воды, и я повернулась, чтобы увидеть Спенсера, также одетого в смокинг. Его глаза просканировали меня с ног до головы, они были полны восхищения. — Господи. Ты выглядишь... вау.
Оглянувшись через плечо, я увидела, что профессор Брамвелл снова повернулся к звездам, несомненно, не заинтересованный в нашей встрече.
— Ты пришла сюда пешком? — спросил Спенсер, глядя мимо меня в сторону сада.
Выйдя из оцепенения, я покачала головой.
— Нет. На автобусе.
— Ты ехала на автобусе? — Его брови взметнулись вверх, и он покачал головой. — Ладно, решено. Я отвезу тебя домой.
— У тебя есть машина? Я думала, что студентам не разрешается иметь машины на острове.