Ноктикадия (ЛП)

— Мисс Веспертин? — спросила она, словно это имя оставило горький привкус на ее языке.
— Да?
— Я Мисси Финч. Я владелица бутика в Эмбервике. Мистер Спенсер Липпинкотт прислал меня снять с вас мерки для платья.
Из меня вышел весь воздух при напоминании о том, что я обязалась участвовать в благотворительном вечере вместе с ним.
— О, Боже.
— Спенсер? — Отвращение, прозвучавшее в голосе Мел, заставило меня вздрогнуть. Не то чтобы меня волновало, что она имеет что-то против него, но момент был немного неподходящий. Мне не нужно было, чтобы она отмалчивалась, когда я был на грани того, чтобы что-то выяснить в своих любопытных расспросах. — Ты серьезно общаешься с этим парнем? Он просто отморозок!
Блондинка перевела взгляд на Мел, и, судя по отталкивающему выражению ее лица, Липпинкотт был не просто каким-то чудаком, который прислал ее для замеров.
— Я прошу прощения.
— Послушайте, это недоразумение, — перебила я, прежде чем в комнате общежития началась потасовка. — Мисс Финч, я благодарна вам за то, что вы зашли, но с меня не нужно снимать мерки.
Ее ярко-голубые глаза вспыхнули от возмущения.
— Я проделала весь этот путь, оставив свой бутик без присмотра, сражаясь с тираном у ворот, а теперь терплю оскорбления от друга семьи.
Раздраженно вздохнув, Мел выскочила из комнаты, и я снова обратила внимание на блондинку.
— Мои извинения. Не могли бы вы оставить меня на минутку?
Она скрестила руки и надменно вздернула подбородок.
— Только минутку.
Я побежала за Мел, которая оказалась всего в трех дверях от меня.
— Подожди. Ты можешь мне объяснить, что, черт возьми, случилось со Спенсером, что ты его так ненавидишь?
— Я все понимаю. Тебе наплевать, что скажет этот урод. Иди и наслаждайся своим маленьким романом с привилегированным сыном проректора.
Эмо Иисус в черном платье, у меня сейчас не было терпения на нее.
— Я всем даю шанс показать себя. В том числе и тебе. Как мне было бы наплевать на то, что кто-то скажет о тебе, не выяснив этого самой, так и в случае с ним я бы хотела быть сама себе судьей.
— Тогда выясняй сама. Но не говори, что я тебя не предупреждала.
— А что насчет встречи? Мы все еще в силе?
Оглянувшись по сторонам, она наклонилась ближе ко мне.
— Ты просишь деликатную информацию. Почему, черт возьми, я должна доверять тебе, если ты так открыто доверяешь другим?
— Потому что ты все еще хочешь знать то, что знаю я. И я никогда не говорила, что полностью доверяю Спенсеру. Там, откуда я родом, за разглашение секретов убивают.
— Как и здесь. — Она провела языком по зубам и, скрестив руки, снова изучила меня, как будто ей нужно было сначала внутренне спросить разрешения у других своих настроений: — Я не знаю, почему я беспокоюсь о тебе, Веспертин. Может быть, потому что ты не претенциозная маленькая сучка с трастовым фондом. Но ты все равно раздражаешь меня до смерти.
— Значит, это «да»?
Она закатила глаза и надулась.
— Да. Наверное.
Слава богу. Вздохнув с облегчением, я вернулась в свою комнату и обнаружила, что Мисси роется в платьях, развешанных в моем шкафу.
— Эй!
— Прошу заменить, что у вас не то чтобы совсем нет вкуса. Вы просто не умеете комбинировать вещи.
— Все я умею.
Она рассматривала меня несколько минут, иногда прищуривая глаза, как бы выражая неодобрение тем мыслям, которые проносились у нее в голове.
— Вы мне кого-то напоминаете. Вы как-то связаны с Корбинами?
— Нет. Но вы уже второй человек, который спрашивает об этом.
— Это необычно. Волосы. — Она указала на свои волосы, нахмурившись, как будто с моими было что-то не так. — Лицо. Глаза. Как будто я снова смотрю прямо на нее.
— На кого?
— Моя старая одноклассница. Ванесса Корбин. Она жила здесь, на острове, несколько лет.
— Она похожа на меня?
— Очень похожа. — Отмахнувшись рукой, она покачала головой. — Давайте покончим с этим, хорошо? Я сниму мерки и у себя в магазине посмотрю, какое платье лучше всего подойдет к вашей фигуре.
— Подождите, подождите, подождите. — Я вскинула руки. — Я не могу выбрать платье?
 
Она посмотрела в сторону моего наряда и обратно.
— Я не думаю, что это хорошая идея.
— Ну, я очень трепетно отношусь к тому, что я ношу. И я не в том положении, чтобы тратить...
Она вскинула руку, не желая слушать, что я хочу сказать.
— Расходы несущественны. Как я уже сказала, Липпинкотты — мои друзья.
— Хорошо. Хорошо. Но я бы хотела сначала примерить его перед мероприятием. Я отказываюсь носить то, что доставляет мне неудобства.
— Ничего не поделаешь, дорогая. В зависимости от платья, корректировки могут занять меня вплоть до самого вечера.
— Хорошо. — Если бы случилось так, что платье мне не понравилось, я бы надела свое собственное или притворилась бы больной. В любом случае, эта женщина не будет диктовать мне, что надевать.
Когда она схватила меня за плечи и заставила подняться, ее взгляд остановился на моей шее, и она нахмурилась, подняв маленький пузырек с прахом моей матери, висевший на цепочке с бусинами.
— Что это?
— Это принадлежало моей матери, — неубедительно ответила я.
— Придется его убрать, в ночь гала-концерта. Оно, несомненно, не будет хорошо сочетаться с любым моим платьем.
Я застонала и покачала головой.
— Ладно. Может быть, мы просто начнем снимать мерки?
В течение следующих двадцати минут она сняла, наверное, около сотни различных мерок, как будто собиралась клонировать трехмерную версию меня в своем магазине. Я с нетерпением ждала, пока она закончит, слегка раздраженная тем, что она двигалась так медленно.
Когда она, наконец, закончила и вышла из моей комнаты, мне уже не терпелось снова окунуться в симбиоз насекомых.
И я бы с головой окунулась в эти исследования, если бы не увидела профессора Брамвелла, читающего под деревом во дворе. Необычно, поскольку, по моим наблюдениям за последние пару недель, он редко проводил время вне своего кабинета или лаборатории.
Этот парень был просто восхитителен с книгой в руках, и мне захотелось выцарапать себе глаза. Я перекусила яблоком, сидя на подоконнике и наблюдая за ним, ненавидя то, что мое стремление сосредоточиться было полностью разрушено этим мужчиной.
 Да, мужчиной. Не мальчиком. Не однокурсником. 
Мой профессор, о котором я думала гораздо больше, чем следовало бы.
То, что началось как любопытство по поводу того, что он читает, быстро переросло в мысли о том, каково это — быть единственным объектом его внимания, как та книга. Я представляла его напряженным. Страстно читающим каждую страницу, отчаянно пытающимся впитать в себя как можно больше слов.
Пристально вглядываясь, я провела большим пальцем по своей нижней губе, представляя, как он зажимает ее между зубами.
Вдруг он поднял взгляд и посмотрел на меня.
Вскрикнув от унижения, я вздрогнула и упала с подоконника, рухнув на пол подо мной.
Острая боль пронзила мою задницу до позвоночника, и я поморщилась, потирая щеку, которая приняла на себя основной удар при падении.
— Супер. Действительно супер.

ГЛАВА 33
ЛИЛИЯ
 Тик. Тик. Тик. 
Я смотрела на часы, пока ровно в десять ноль-восемь не направилась к комнате Мел в общежитии. В коридорах никогда не было тихо, всегда царила суета из-за поздних ночных занятий. Общая комната в конце коридора гудела от тех же студентов-физиков, готовящихся к очередному экзамену, как и неделю назад. Это было очевидно, потому что каждый из них исписал доску своими уравнениями и часто кричал «бац!» как из сериала «Теория большого взрыва», когда решали вопрос правильно. Это был единственный раз, когда во всем коридоре пахло травкой.
Когда я добралась до комнаты Мел, мне пришлось постучать всего один раз, прежде чем дверь распахнулась, и она выглянула в коридор, глядя направо и налево. Резкий рывок за руку заставил меня влететь в комнату.