Ноктикадия (ЛП)

Я вышла на каменистый берег, и две птицы взмыли в небо. Передо мной расстилались просторы океана. Прекрасно, но в то же время совершенно пугающе. Робкие волны подступали к моим ногам, но я отступала, не позволяя воде коснуться меня. Может быть, когда-нибудь я буду достаточно смелой, чтобы окунуть пальцы ног в воду, но не сегодня. Не сегодня, когда вода могла легко утащить меня, и никому не было бы до этого дела, и никто не подумал бы меня искать.
С окружающими меня скалами, деревьями за спиной, этот участок пляжа хранил мирное спокойствие. Я пошла по изгибу бухты к массиву скал, и тут надо мной раздался сильный стук. На краткий миг я вспомнила плакат о розыске, который видела в городе.
 Что, если это был насильник? Что, если он прячется в лесу? 
Городская девочка внутри меня умоляла меня уйти, одновременно укоряя за то, что я не захватила нож.
Мелькнувшее над головой движение привлекло мое внимание к плоской вершине скалы, где мускулистая фигура в черной футболке набирала воду в бутылку и смотрела на море.
Охваченная любопытством, я вскарабкалась вверх по неровным валунам, осторожно ступая. Как только я взобралась на его вершину, обзор стал более широкий, и я увидела профессора Брамвелла примерно в двадцати пяти ярдах от себя.
Прижав руку ко рту, я пригнулась к скале, задыхаясь. Не то чтобы я была шокирована, увидев кого-то на общественном пляже. Это был тот самый человек, которого я видела. При звуке удаляющихся шагов я выглянула из-за скалы и увидела, что он застыл в позе, держа что-то в руке. Солнечный свет сверкал на его стальной поверхности.
 Клинок. 
Он выхватил его и метнул в сторону одного из деревьев.
С земли он подхватил другой клинок и метнул его тоже. Я проследила за траекторией его броска и увидела, что первый приземлился прямо посредине ствола дерева. Второй — прямо рядом с ним. Я наблюдала, как он бросил третий, который приземлился рядом с первыми двумя.
Но не клинок привлек мое внимание. Под этими скромными рубашками, которые он надевал на занятия, мужчина, очевидно, обладал рельефным телосложением, которое растягивало ткань его футболки. В сочетании с небрежным беспорядком в его обычно идеальных волосах и повседневными джинсами, низко висящими на бедрах, он привел меня в восторг.
Я уставилась на своего профессора.
 Остановись, Лилия. 
Я чувствовала себя хищником, наблюдая за ним.
То, как он легко управлялся с оружием, заставило меня убедиться, что он часто тренируется. Хобби? Наверное, это уместно для человека, который зарабатывает на жизнь вскрытием трупов.
От этой мысли у меня по спине пробежал холодок. У нормального человека это вызвало бы желание убраться оттуда подальше, потому что какой, к черту, человек оказался бы на скалистом утесе, в лесу, с человеком, который по ночам разделывает трупы? С человеком, который, казалось, исключительно хорошо владеет своим оружием.
Очевидно, я, поскольку я продолжала смотреть, как он сделал еще несколько бросков, делая выпады и повороты, и ни один клинок не отскочил от ствола. По причинам, которые я не могла объяснить, я была заворожена его мастерством.
Я была сбита с толку, но очарована.
Он отбросил клинок и повернулся к краю обрыва, напротив меня, где выступ скалы торчал над морем. В тот момент, когда его пальцы зацепили подол футболки, словно он собирался раздеться, я пригнулась.
 О, Боже. 
Мой мозг призывал меня уйти и дать этому человеку немного покоя, но когда я оттолкнулась от скалы, чтобы убедиться, что он не увидит, как я ухожу, его там не было. Только его выброшенная одежда лежала в куче.
Я бросилась вперед, вниз по неровному склону, пока не заметила часть его тела, бросившегося в волны. Вернув взгляд назад, на вершину скалы, я прикинула, что до нее около пятидесяти, а то и больше, футов.
— О, черт! — Я вскарабкалась по скале обратно на каменистый берег и стала искать его. Секунды шли, и ужасное осознание того, что я, возможно, только что была свидетелем того, как этот человек прыгнул в воду навстречу своей смерти, терзало мою совесть.
 
 Ну же. Не умирай. Не умирай. 
Чуть в стороне он вынырнул. От расстояния до берега у меня по позвоночнику пробежал холодок, когда я представила, какая там глубина и какие существа могли скрываться под ним.
Я зажмурила глаза, задыхаясь от дрожи, и когда он начал плыть обратно к скале, я решила, что с меня хватит волнений.
И снова, чем больше я наблюдала, тем больше недоумевала.
Кем был этот человек?
Поднимаясь обратно по лестнице к своему велосипеду, я решила, что, наблюдая за ним издалека, я никогда не найду ответов на эти вопросы. Мне нужно было подобраться ближе.
А это означало, что мне нужно было записаться на ужасную встречу в рабочее время.

ГЛАВА 21
ЛИЛИЯ
Потребовалась чертова неделя, чтобы добиться встречи с доктором Брамвеллом. Он не отвечал ни на электронную почту, ни на телефонный номер, указанный в учебном плане. Когда я жаловалась Джейде, она посоветовала мне быть смелой в общении с мужчинами, занимающими высокие посты. Поэтому через пять минут после начала лекции я смело спросила его, могу ли я договориться о встрече, и в ответ он наградил меня пристальным взглядом.
Затем он согласился встретиться со мной после занятий.
Со вспотевшими ладонями я следовала за ним из аудитории до самого его кабинета. В животе завязались узлы, и как бы вкусно ни пах его одеколон, он только усиливал тошноту.
Пристальное внимание к окружающим комнатам не позволяло мне смотреть на то, как двигается его задница в черных брюках. Безусловно, она была упругой, если учесть, что я видела те обтягивающие джинсы, в которых он был еще на скале.
 Прекрати, Лилия! 
Поморщившись, я мысленно приказала своим глазам не смотреть на него снова, но это была проблема моего мозга. Как только я подумала об этом, я уже не могла отказаться от этой мысли, и попытки игнорировать проблему превращались в опасную игру.
К счастью, мы добрались до его кабинета, где он вставил похожий на скелет ключ в черный железный замок и дверь со скрипом распахнулась. Кабинет был относительно небольшим, но наполненным медицинскими текстами и журналами, которые аккуратными стопками лежали на столе и полу.
Человек любил порядок.
Я села на один из стульев напротив него, а он опустился на свое место по другую сторону.
— Мисс Веспертин, я отвожу на эту встречу пятнадцать минут. Успейте ими воспользоваться.
Я не стала терять времени.
— Как я понимаю, Ноктисома редко проявляется у людей. Как она появилась?
Откинувшись на спинку стула, он сцепил пальцы, уставившись на меня, и я поняла, что не рассчитала, насколько интенсивным будет его пристальное внимание. Насколько поглощающим и угрожающим одновременно.
— Я расскажу об истории Ноктисомы на предстоящей лекции.
— Я понимаю, и я с нетерпением жду этого занятия, но, согласно вашему учебному плану, вы будете читать его только в декабре.
Он прищурился.
— И что?
— Ну, я спрашиваю по личным причинам. — В основном, по причине того, что занятия идут два семестра подряд, и я могу не получить нужную мне информацию, если по какой-то причине моя плата за обучение не покроет второй семестр.
Раздражение отразилось на его лице, и он вздохнул.
— В колониальную эпоху считалось, что болезнь распространяли туземцы, которые стреляли личинками с помощью дротиков в тех, кого считали угрозой. Трудно сказать, сколько случаев заболевания появилось после гибели племени, поскольку остров оставался заброшенным в течение нескольких лет. Заболевание вновь проявилось около тридцати лет назад, когда один странник, разбивший лагерь в лесу, наткнулся на ягоды, похожие на личинку, и съел их.
— Вы работаете над лекарством от этого заболевания, не так ли? В своей лаборатории? Поэтому вы удаляете личинки?