Ноктикадия (ЛП)

Она опустила взгляд, словно обдумывая вопрос. Как будто обдумывая этот гребаный вопрос?
 Какого хрена? 
Альтернативой был уютный вечный сон.
Когда она снова подняла взгляд, каждый мускул в моем теле напрягся, не зная, что, черт возьми, скажет эта непредсказуемая девушка.
— Я хочу, чтобы мою стипендию восстановили. Все четыре года и степень магистра. И я хочу получить дом моего детства. Полностью оплаченный.
 Дерзкая маленькая соплячка. 
И снова мне пришлось скрывать улыбку, которая так и норовила вырваться наружу, и гордость, которая, черт побери, чуть было не выплеснулась из меня.
— А-а-а, и я чувствую себя смелой, обращаясь с подобными просьбами, исходя из значимости моего вклада. Доказано, что он поддерживает действие токсина, обеспечивая его успех. — Она нервничала, руки тряслись, но в то же время была удивительно смелой.
— Вы согласны с этим утверждением, доктор Брамвелл? — спросил председатель Уинтроп, возвращая мое внимание к Воронам.
— Согласен. К концу недели я представлю отчет с предварительными результатами внутри живого организма. Уверяю вас, они будут весьма благоприятными.
— Тогда мы проведем голосование по вопросу о принятии мисс Лилии Веспертин в члены Общества Семи Воронов с предоставлением условий, о которых она так нагло просит.
Все могло сложиться по-разному. До нее в обществе была только одна женщина — безжалостная, с гораздо большим состоянием, чем у Лилии. Они могли легко сказать ей, чтобы она пошла на хрен, убить ее и попытаться заставить меня рассказать о том, что я нашел черный камень. Конечно, в этом случае им пришлось бы меня пытать. Я бы ни за что не отдал им то, что они хотели, если бы они посмели хоть пальцем тронуть ее. Я бы унес эту информацию в могилу, пообещав, что мы с Лилией воссоединимся в загробном мире.
Каждый из Воронов снял значки с мантий.
Сердце бешено колотилось в груди, ударяясь о кости. Я знал каждое лицо за каждой маской, и я выслежу каждого из них, начиная с Уинтропа. Я бы начал собирать коллекцию содранной кожи и отрезанных языков, если бы они осмелились вынести смертный приговор прямо сейчас.
Один за другим каждый из Воронов положил свои значки на стол.
Все они были золотыми.

ГЛАВА 67
ЛИЛИЯ
В животе у меня заурчало, когда клеймо с тошнотворным шипением вдавилось в кожу. Ощущения были похожи на раскаленные ножи, глубоко вонзившиеся в мою плоть, и моя рука задрожала, когда Деврик взял ее в свою, пристально глядя на меня.
Впившись ногтями в его ладонь, я тихо вскрикнула от боли, когда обжигающий жар пробрал меня до костей.
Он послал клеймящему меня человеку убийственный взгляд, и он отпустил раскаленный металл, оставив после себя невыносимую боль, от которой у меня закружилась голова.
— Посмотри на меня, Лилия. Все кончено. Все кончено. — Деврик откинул волосы с моего лица, которое, должно быть, в этот момент было белым как снег.
Я подавила позыв к рвоте, когда мужчина, стоящий передо мной, одернул мою рубашку на место, прикрыв отметину, которую он только что выжег у меня под ключицей.
— Дело сделано, — сказал один из мужчин в маске, его голос был ровным. — Приняв нашу клятву и заклеймив свою плоть, вы стали членом Общества Семи Воронов. Добро пожаловать, мисс Веспертин.
Окружающие Вороны захлопали, а я тяжело дышала через нос, стараясь не потерять сознание. Я понятия не имела, что все это значит, на что я согласилась, но догадывалась, что несогласие с их членством привело бы к смерти. Не то чтобы я могла разглядеть их лица за масками, но мне показалось, что эти люди не шутили.
Особенно дикий блеск загорелся в глазах Деврика, когда он поднял меня на ноги, которые поначалу казались неустойчивыми. Колени зашатались, и от прилива кислоты к горлу я тяжело сглотнула, отчаянно пытаясь не заблевать весь кафель внизу. Один из людей в масках подошел ко мне и протянул мою аккуратно сложенную маску и мантию.
 
— Мисс Веспертин, вам будет предоставлен доступ на сайт, защищенный паролем, — сказал тот, кого я узнала как председателя Уинтропа. — Там вы найдете справочник и ресурсы, которые будут в вашем распоряжении. Заседание закрыто.
Все семь человек, стоявшие у входа в зал, вышли.
Окружающие лица в масках тоже вышли.
 Ресурсы в моем распоряжении? 
Деврик взял меня за руку и вывел из зала. Вместо того чтобы последовать за остальной толпой к выходу, он повел меня по коридору в противоположном направлении. Мы вдвоем проскользнули в темную комнату, похожую на ту, из которой мы только что вышли, и он прижал меня к стене.
— Ты в порядке?
— Да, немного жжет, но я уверена, что все заживет.
— Нет. Я имею в виду, кто-нибудь... причинил тебе боль?
— Ты спрашиваешь, обидел ли меня Кейдмон? Нет. Он не обижал. Никто меня не обижал. — Я сильно толкнула его в грудь. — Кроме тебя. Ты лгал мне, Деврик. Ты сказал мне, что все это было в моей голове!
— Ш-ш-ш. Я сделал это, чтобы защитить тебя, и это было неправильно, но, черт возьми, Лилия. Ты не знаешь этих ублюдков. Ты не знаешь, на что они способны. — Его брови сошлись в напряженной гримасе. — Если бы они причинили тебе вред, я бы оказался в очень опасном месте.
Судя по тому, что я уже видела, и по тому, как они, похоже, защищали свою личность, я понимала его беспокойство. Даже сообщив Дину Лэнгмору о костюме человека-птицы, который я видела в тот торжественный вечер, чтобы отвести их от Деврика, я, вероятно, ходила по тонкому льду.
— Лэнгмор — член клуба?
— Да. Возможно, один из самых дипломатичных.
— Что они подразумевают под ресурсами в моем распоряжении?
— Как член клуба, ты будешь иметь доступ ко всему, что захочешь. В этой организации много денег и много власти, Лилия. Я подозреваю, что они сделали тебя членом организации, основываясь на потенциале того, что принесут исследования.
Казалось, что они предлагают мир за ложь.
— Но ты был не прав. Это не мое исследование. Я здесь всего лишь студент.
— Который играет очень важную роль в моей лаборатории.
Я опустила взгляд на его рубашку, заметив лишь красное пятно на воротнике.
— Что с тобой случилось? — Я откинула его пальто и увидела гораздо большее пятно, определенно похожее на кровь, и он издал стон.
— В меня стреляли. Похоже, твоему отцу не очень понравился коктейль из червей, который я ему приготовил.
— Стреляли? — Паника заставила меня рвануть пуговицы на его рубашке, пытаясь увидеть все своими глазами.
Он схватил меня за запястья и поцеловал костяшки пальцев.
— Все в порядке. Я в порядке. Больно, конечно, но жить буду.
Я отказалась от своей миссии осмотреть его, но не могла оторвать глаз от крови, которая растеклась по его плечу. Кровь, на которую остальные в комнате не обратили внимания.
— Ты собирался сделать Липпинкотта одним из своих подопытных?
— Мне показалось, что убивать его не стоит.
— Вы больной человек, Доктор Смерть. — Я обвила руками его шею, стараясь не касаться его плеча, и притянула его для поцелуя. — По-моему, ты просто сумасшедший.
— Да. Достаточно сумасшедший, чтобы признать, что минуту назад я убил бы каждого человека в этой комнате. Я бы убил Липпинкотта, Гилкрист, моего родного брата, если бы он хоть пальцем тебя тронул.
Мои брови сошлись в недоумении. Хотя я подозревала, что занимаю более высокое положение, чем Липпинкотт или Гилкрист, я и представить себе не могла, что этот человек может убить своего собственного близнеца.
— Я готов заявить на тебя свои права, Лилия. Да поможет тебе Бог.
— Я прекрасно справляюсь и без Божьей помощи, — сказала я, прижимаясь к его губам. — У меня только одна просьба. Можно мы сегодня не будем ночевать там, где находится Анжело?
— Мы останемся на ночь в моем лабораторном кабинете. С Анджело я разберусь завтра. Если хочешь, я могу забрать твои личные вещи из дома.