Устаревшая модель жены (СИ)

Игорь с Женей договорились о встрече послезавтра утром, и Игорь уехал домой.
Через день Игорь сдал анализы, а затем ему сделали МРТ. Результаты Морозову не понравились, Игорь понял это по глазам и по голосу семейного врача. Однако решено было ждать ещё неделю, до логического завершения обследований.
По пути в офис Игорь свернул к набережной и долго сидел, глядя на свинцово-синюю гладь и снующих над ней крикливых чаек. Он пытался поймать хоть какие-то ощущения или предчувствия по поводу дальнейшего развития событий, однако чувствовал лишь усталость и опустошение.
А если?.. И сколько ему отмерено жизни? Вот так бежишь, вечно куда-то спешишь, постоянно откладываешь что-то на потом. А будет ли это "потом"? Настанет ли нужный момент? Не получится ли так, что не сбылось именно самое главное? Не сбылось, потому что ты тупо не успел?
Как в бородатом анекдоте…
"— У вас было лето в этом году?
— Было, но я в этот день работал".
Вот так и он, Игорь. Уже девять месяцев он откладывает "на потом" главное — отношения с Алиной, их чувства. А ведь Алина не раз говорила ему о том, что любит его и хочет постоянно быть рядом с ним. О том, что она мечтает стать его женой, родить для него сына и дочь.
Конечно, у него есть дочь и сын. И родила их любимая женщина. Но дети давно выросли, а жизнь такова, что всё может измениться в одночасье. Теперь его любимая женщина — Алина. Он и сам не ожидал такого, был уверен, что всегда будет любить только Галю.
Имеет ли он право морочить всем голову? Лишать Алину возможности стать его женой и родить от него ребёнка? Хотя бы одного?
Конечно, об этом нужно было думать раньше, а не сейчас, когда он запутался и увяз дальше некуда. Но он не мог сказать Гале правду, язык не поворачивался. И кардинально изменить жизнь он не был готов.
А теперь у него просто нет иного выхода. Он не знает, сколько ему осталось. В принципе, никто никогда этого не знает, но не перед каждым реальность встаёт вот так, в полный рост, и бьёт наотмашь.
Игорь решительно встал со скамейки и пошёл к машине.
Хватит. Он сегодня же поговорит с Галей. Соберётся и уйдет к Алине. Дети поймут, они уже не маленькие. Пора развязать этот узел.
* * * * * * * * *
… Галя выслушала его на редкость спокойно, даже не заплакала. Обычно она была очень эмоциональна, выражала свои чувства открыто и ярко.
А сейчас слушала его и внимательно смотрела своими огромными светло-карими глазами.
О предполагаемой болезни Игорь ничего не сказал. Как и о том, что именно сподвигло его на принятие непростого решения.
— То есть, это продолжается с осени? — это были первые слова, которые сказала Галя.
— Да, — Игорь опустил голову, не в силах выдерживать её слишком спокойный голос и внимательный взгляд.
— Жаль. Не думала, что ты когда-нибудь настолько разочаруешь меня, Игорь. Всё же я считала, что прожила больше двадцати лет с мужчиной, а не с подлецом и слабаком. Не с тряпкой. Не с лжецом, который обманывал сразу двух женщин в течение длительного времени. Использовал их. Конечно, это классика жанра. Иные годами так живут. Но всегда же надеешься на лучшее, и я надеялась. Верила, что ты у меня другой, красивый во всех смыслах, и даже если изменишь, то красиво, а не так вот. Не банально и по́шло. Почему ты сразу не ушёл, когда понял, что любишь её, а меня — нет?
— Не знаю, — Игорь проглотил комок в горле. — Не смог.
— Ну сейчас ведь смог? Почему ещё пару-тройку лет не подождал? Или подруга поставила вопрос ребром?
— Нет, не поставила. Я устал. Устал, сил больше нет жить двойной жизнью.
— Так долго были силы, а теперь нет?
— Ребята… Соня и Стёпа…
— Что "ребята"? Им не по десять лет, и даже не по пятнадцать. Ты думаешь, им доставит удовольствие тот факт, что отец в течение девяти месяцев лгал? Жил на два дома? Уверена, Соня и Стёпа предпочли бы правду.
Игорь молчал.
— Надеюсь, на развод и раздел сам подашь? Избавишь меня хотя бы от этого?
— На развод подам, — кивнул Игорь. — А делить ничего не будем.
 
— А дом?
— Дом останется вам с ребятами, это справедливо.
— Вообще, конечно, да. Будь я новой женой, не захотела бы, наверно, жить с тобой в том доме, в котором ты жил с бывшей.
— Машину свою возьму только.
— А ту, что мне подарил?
— Галя! — выпрямился Игорь. — Можешь считать меня подлецом, но хотя бы не мелочным и не мелким!
— Хорошо, буду считать тебя великодушным и крупным подлецом. То есть, суда не будет? Разведёмся через ЗАГС?
— Да. Думаю, да, через ЗАГС.
— Отлично. Но у меня есть одно условие. Нет, даже два.
— Какие, Галя?
— Ребятам я расскажу сама. Тогда, когда посчитаю нужным. Как только расскажу, сообщу тебе. До этого момента ты не должен ни слова говорить о нашем расставании и о твоей новой жизни ни Соне, ни Стёпе.
— Хорошо. Я понял. Буду молчать об этом.
Галя избавила его от самого страшного. Игорь даже представить не мог, как заговорит с детьми о своём поступке.
— А второе условие, Галя?
— Ты должен поклясться в том, что не передумаешь. Не изменишь решение. Я никогда и ни при каких условиях не впущу тебя обратно в свою жизнь, Игорь! Потому, даже если ты вдруг передумаешь, или что-то пойдёт не так, избавь меня от этого знания. Переваривай и переживай это сам. Решай всё сам.
— Да. Хорошо, Галя. Я клянусь, что не передумаю и никогда не сделаю попытку вернуться в твою жизнь.
— Вот и ладно. Иди, собирайся. Если уж решил начать новую жизнь, начинай сейчас. Немедленно. Ты и так выжидал слишком долго.
Через два часа Игорь, собрав вещи, уехал из дома, оставив за спиной Галю и более двадцати лет счастливой семейной жизни.
  
Глава вторая
 
Алина с удивлением и радостью смотрела на Игоря, который появился в её дверях с вещами. Она выглядела просто потрясающе в облегающих джинсах, клетчатой рубашке, завязанной под высокой грудью, и с небрежно убранными светлыми волосами.
У Игоря впервые за этот тяжёлый день стало тепло и легко на душе.
— Что же ты не предупредил, любимый? Я бы продукты купила. А так у меня только яблоки и кефир. Ты же знаешь, я не ужинаю.
Алина, действительно, очень строго следила за своим питанием. Если им с Игорем случалось ужинать в ресторане, она всегда вяло жевала какой-нибудь зелёный салат без заправки. А когда Игорь периодически жил у Алины "в командировках", сам заботился о пропитании и по вечерам готовил себе салат, яичницу или жарил картошку.
Правда, кашами на воде по утрам Алина его кормила. Игорь давился, но ел, чтобы не расстраивать любимую. Он вообще-то с детства терпеть не мог каши, тем более, без молока. "Зато полезно", — успокаивал себя Игорь.
Сегодня ему было не до ужина, о чём он Алине и сообщил.
— Я бы чаю выпил. Больше ничего не хочется.
Чай оказался китайский зелёный, и Игорь поморщился. Ему почему-то всегда казалось, что он пьёт запаренное сено, когда он пил любой зелёный чай. Надо будет завтра после работы как следует затариться продуктами.
— Неужели ты всё-таки принял решение, Игорь? — улыбаясь, спросила Алина.
— Да, я поговорил с женой. В ближайшее время подам на развод, — Игорь отодвинул чашку, из которой сделал всего пару глотков.
— Наконец-то, — Алина звонко откусила от яблока принялась энергично жевать.
— Да. Решили, что будем разводиться через ЗАГС. Потому всё произойдёт достаточно быстро. Месяц, и я свободен.
— Как это? — Алина отложила яблоко. — У неё совсем нет имущественных претензий?
— Это у меня их нет. Я забрал только машину и личные вещи. Всё остальное оставил жене и детям.
— Бывшей жене, ты хотел сказать?
— Да.
Слава Богу, дети не могут стать "бывшими" даже в случае развода с их матерью.
— А почему оставил? Она не соглашалась давать развод? Тебе пришлось откупаться?