Квинт (СИ)

— Куда?
— Навестим этого старого хрыча Они еще раз. Он же хотел местоположение Квинта? Ну вот и получит!
  
Глава 14
 
— И все же, Илья, это было грубо с твоей стороны.
— Что было грубо? — усмехнулся я.
— Что ты не пришел на помощь сразу, как только я угодила в папоротник.
Мы пробирались по темной пещере. Маски флагелляторов давали достаточный обзор, чтобы не тыкаться в темноте, слепыми щенками. А то обстоятельство, что пещера вела вверх, а не под землю, радовало. Видимо, мы были на верном пути.
— Ну, ты мне не сказала, об этом. И более того, заявила, что выберешь сама. Хотя знала же, что не сможешь. Почему нельзя было просто попросить помощь? Думаешь, я бы отказал тебе?
Варвара не ответила.
— Ну, — я обернулся, — и чего молчишь?
— Меня так воспитали. В бою и жизни можно рассчитывать только на себя.
— Отголоски, — серьезно сказал я, — гражданской аристократической жизни. Они там грызться друг с другом, как псы за кость. И раздроблены. В Империи нет единства. Это же перешло и на армию. Скажи, в твоей семье есть еще военные?
— Нет.
— Отец заставил.
— Это так очевидно? — замялась Варвара, — он хочет иметь своего отпрыска в высоких чинах армии. Это полезно для бизнеса.
— Хех. Ну и засунул бы тебя в артиллерию. Почему флагелляторы?
— Флагелляторы, — она взглянула на меня через маску. Эмоций я не видел, но чувствовал их в ее голосе. Варваре было горько говорить об этом, — быстро растут по службе.
— Или быстро погибают.
— На это, — она посмотрела куда-то вдаль, туда, куда вела пещера, — у отца есть еще один отпрыск. Мой младший брат. Его муштруют не хуже меня. И если я провалюсь, — мне показалось, что ее голос задрожал, — в дело вступит он.
— Сколько детей у вас в роду?
— Семеро.
— Возможно, — серьезно сказал я, — у нас с тобой гораздо больше общего, чем ты думаешь, Варя. Выбрось из головы всю эту бредятину о том, что ты одиночка. Иначе точно провалишься.
Варя не ответила, она шла рядом. Сначала, она держалась на некотором расстоянии, но сейчас, будто бы приблизилась ко мне.
— Когда я был один, то легко попал в беду. Меня некому было защитить. — Я взглянул на Варвару, — а прошедшие семь лет я смог пережить, лишь потому, что был не одинок.
Некоторое время, продвигаясь вперед, мы молчали.
— Спасибо Илья, — смягчившимся голосом сказала Варвара. Ты спас меня дважды.
— Пожалуйста, — мне было жаль, что она не видит, как я улыбаюсь.
Я сказал ей правду. Странно, что это меня пробила на душевные разговоры? Видимо дело было в том, что из Вари тоже сделали оружие. Иронично было то, что в данный момент одиноким остался я. Это предполагает моя цель. Ведь пробраться в крепость и убить отца проще в одиночку. Никто не может мне в этом помочь.
— Эй!
Никто, кроме тебя, Вергилий.
— То-то же. Без меня ты и шага теперь не ступишь.
Верно. Но кто-то другой, если захочет помочь, то это, скорее всего, будет самоубийственный поступок. Да и бессмысленный, учитывая то, что я намерен сделать после смерти Тиберия.
— Что это там? Свет что ли?
Действительно, пещера уходила налево, и там, за поворотом, виднелось теплое свечение. Такое, какое бывает лишь в жилищах.
— Бункер, — проговорила Варя.
— А может, и нет.
— Под землей водятся огромные огнедышащие крысы. Ну… Формально это не крысы, но похожи. У них жопы светятся, чтоб в темноте друг друга узнавать.
Это оказалась не крыса со светящейся жопой, а грубо сколоченные из больших сучковатых досок ворота. Они были настолько дырявые, что сквозь них проходил яркий плотный свет жилища.
— Не похоже, будто это дверь в бункер, — тихо сказал я, — нужно проверить.
Варвара не ответила. Мы приблизились, я стал у правой створки, девушка притаилась сзади. Я попробовал нажать. Не поддается. Ворота закрыты. Я всмотрелся в щель. С другой стороны их удерживал, то ли засов, то ли большой крюк.
Вергилий, мне нужен хлыст.
— Хрен тебе, а не хлыст. Я устал!
 
Не выделывайся. Мне нужно только острие.
— Ладно. Но закинь че-нибудь в топку. Жрать хочется, сил нет никаких.
Я знаю. Ты чувствуешь мой желудок. Давай клинок! Я раскрыл ладонь и из нее тут же выдвинулась острая рабочая часть кнута. Я сунул ее между створками, поддел запирающий механизм, дернул вверх. С той стороны что-то лязгнуло.
Я медленно приоткрыл створку.
— Пойдем, бросил я Варваре.
В пещере было светло, и мы выключили ночной режим масок. Действительно, здесь кто-то жил. И жилище это, представляло собой большую округлую каменистую нору с высоким потолком.
Здесь расположились: деревянный стол, два стула, грубого вида шкаф, большой сундук у дальней стены. На столе, под большим стеклянным колпаком стояло странное растение. Именно оно освещало все помещение. Цветок, напоминающий помесь розы с укропом, ярко горел молодыми бутонами.
— Ого! Игнитум! Редкая штука. И очень дорогая. Я даже боюсь предположить, что пришлось сделать тому, кто притащил это сюда. Такое хрен достанешь!
Игнитум? Мда удивительное растение. Никогда таких не видел.
— Растение? Я разве сказал, что это растение? Это… Хотя нет, не буду говорить. А то тебе тошно станет, и жрать не сможешь.
Решив, что аргумент здравый, я не стал больше расспрашивать об игнитуме.
Мы прошли немного вперед, углубились в каменистую полость. Здесь тоже был переход в другую часть комнаты.
Большой дверной проем, по размерам больше подходил игмариту, чем человеку. Я напрягся. Варя тоже. Я видел, как она достала хлыст, намотала на предплечье, взяла кинжальную часть обратным хватом.
Проем закрывала нормальная деревянная дверь. Плотная, крепкая и добротно сбитая, она, тем не менее, была приоткрыта.
— Ты слышишь? — Варвара замерла. Чьи-то стоны.
— Да, серьезно сказал я, — кажется, там кого-то пытают.
Из-за стены раздавались жалобные мужские стоны и вздохи.
Вергилий, ты не чувствуешь демонов поблизости? Бичи демонов должны это уметь, разве нет?
— Быстро ты хочешь. Я еще недостаточно сросся с твоей нервной системой, чтобы так делать.
— Я думаю, — Варвара сдвинула маску на лоб, закусила губу, — дело тут не в пытках.
— Сейчас проверим, — я серьезно взглянул на нее, — встань за мной. Будем штурмовать.
Она кивнула, надела маску, притаилась за моей спиной.
— Насчет три. Раз, два, три…
Я пнул дверь ногой, ворвался внутрь, держа наготове клинок. Варвара, выпустила рабочую часть на небольшую длину, зажужжала ей, вращая. Хлыст осветил полутемное помещение бордовым светом.
Почти сразу, я опустил оружие. Комната оказалась спальней. На большой кровати сидела на ком-то верхом обнаженная игмаритка. Ее мощные мускулы были напряжены, красная кожа покрыта испариной. Она сразу соскочила с кровати, приняв угрожающую позу, повернулась к нам, оскалилась.
— Агата?
— Агата! — крикнул обнаженный мужчина, приняв сидячее положение.
Худенький мужик средних лет, с черными с отчетливой проседью волосами, пышными усами и синей щетиной на лице, весьма забавно смотрелся на фоне крупной игмаритки с рельефными мышцами, тонкой талией и объемными женскими прелестями. Изящные, загнутые вперед, рога унизаны браслетами, копыта украшены золотыми пластинами. На хвосте и в маленьких рудиментарных крылышках — кольца.
— Это свежеватель душ! — она яростно скривила красивое даже по человеческим меркам красноглазое лицо, — они нашли нас, Калистрат! Уходи, любовь моя, я их задержу!
— Вот откуда мне известны эти завитки на копытах! Это ж Агата! Боги, как давно это было! Я совсем ее забыл. Будто это было в другой жизни! Стоп. Так и есть, ха-ха! Что ж, я рад за нее…
— Калистрат?! — в унисон воскликнули мы.
— Грач? Это вы? — добавил я.
— Это я во всем виноват! — вскрикнул Грач, явно не слушая нас, и подскочил с постели, — я предатель человечества! Прошу, накажите меня! — он закрыл тщедушным телом могучую игмаритку.