Гремучий Коктейль 2 (СИ)
— Господа, её надо вскрыть! — раздраженно произносит Кармиан Делирий, один из самых молодых магов-с-башней за всю историю расы волшебников. Юноше на вид не более пятнадцати лет, хотя, на самом деле, далеко за тридцать.
— Вскрыть⁈ Уникальное существо, которое не встречалось даже мне⁈ — Захарий Аквилонский воинственно шевелит бровями, — Архипреступно! Особенно по отношению к совершенно безопасной и склонной к сотрудничеству особи!
— Она нас сейчас с ума сведёт! — не сдается молодежь, обвинительно тыкая пальцем в невозмутимую жабу, — Сколько мы уже тут⁈ Что мы только не перепробовали! Эффекты всегда одни и те же!
— Успокойтесь, господа! — мерно произносит другой маг, предпочитавший молчать с самого начала этого необычного сеанса познания, — Нам просто следует сделать перерыв, обдумать уже увиденное, набросать план дальнейших действий, поспрашивать у знакомых новые заклинания. Давайте передохнем. Жаба никуда не денется.
Именно последние слова, утихомирившие начинающуюся перебранку между столь высокомудрыми и могущественными личностями, вскоре начали претендовать на звание самой магической фразы, когда-либо произнесенной под небом этого мира.
Глава 22
У подземного города, пусть даже и недостроенного, масса плюсов по сравнению туннелями, проложенными близко к канализации. Суше воздух, шире проходы (намного шире!), присутствует небольшое освещение о люминесцирующих полос плесени, проложенных на потолке и стенах. Совсем не большое, но вполне достаточное, чтобы даже с потушенным фонарем видеть на расстоянии с десяток метров. Воздух, конечно, тяжеловат, но присутствует некоторое его движение, а также он достаточно чист, чтобы можно было идти без респираторов. Это всё, конечно, замечательно.
Минусы? А как же. Если не обращать внимания на смертельную опасность, острота ощущений которой нас покинула еще в «безопасной» секции подземки (под гнетом запахов стоялого говна и пониманием, что оно сочится сверху, хоть и по стенам… большей частью), то основной в том, что этот подземный комплекс… не достроен. Прорыты и укреплены лишь коридоры и помещения, всё сплошь в грубом спрессованном камне. При перепадах уровней постоянно приходится пользоваться веревкой с «кошкой». И не только.
Кристина, в который раз ощущая мои руки на талии, шипела уже вяло, просто ради порядка. Ну а что делать, тут мусора под ногами полно, а ни она, ни я не готовились к подземной охоте, так что девушка была хоть на практичных (для города), но довольно высоких каблуках, её надо было страховать. Моё предложение вызывать на такие моменты Станиса почему-то не вызвало у неё понимания. То есть, даймону тоже лапать нельзя?
А ведь еще был такой момент как Мишлен! Огромный красивый кот — это, конечно, очень круто, но не тогда, когда он пятый раз за час прыгает тебе на лицо с высоты в два-три метра, а тебе надо его поймать.
— Стоишь? — пробурчал я, утверждая хрупкую брюнетку, — Вот и хорошо. Дальше вроде ровно.
— Давай остановимся, посмотрим карту, — тепло дыхнула Тернова мне в шею.
— Хорошо, только сама смотри. Моя даймон запомнила, так что прикрою.
Кристина с тихим вздохом присела на самый крупный камень у кучки отходов того же материала, начав крутить фонарь так, чтобы он не давал отблеска по направлению, куда мы шли. Передав ей карту, я с револьвером наизготовку принялся бдеть. Очень паршиво. Мы уже три часа идём по коридорам, в которых нет ни малейшего признака жизни. Ни следов, ни костей, ни тараканов, ни крыс. Ничего. Совсем ничего.
— Кристина… — тихонько позвал я девушку, явно с большим удовольствием отдыхающую на камне, — Ответишь на пару вопросов?
— Каких? — с тоской разглядывая одну из кос, буркнула девушка.
— Как император узнает, что мы разрушили портал? И еще — как один Истинный род умудрился призвать столько слуг? Тут же не десяток существ работал?
— Для бывшего Истинного ты задаешь крайне глупые вопросы, — черные глаза подруги уставились на меня с большим подозрением.
— Представь, что меня растили в глухой деревне, — скривился я, продолжая нести дозор, — Или на острове.
—…или в другом мире, — заставила меня закашляться эта зараза, тут же продолжив, — Но ты удрал в Сердечник и сменил имя и кристалл. Неужели Аксисы так плохо обращаются с талантливыми потомками?
— Кто? — переспросил я. Кристина лишь закатила очи горе, а потом буквально в два слова ответила на мои вопросы.
Первое — доказательство. Кристалл арканита, висящий у меня на шее, слегка меняется под воздействием волн, идущих от разрушенного портала. Это как запись события. То есть, у меня уже три записи, у Кристины чуть побольше, всё это легко считывается, даже есть какие-то подробности, о которых можно узнать при помощи волшебника. Просто, дешево и сердито, а заодно стимулирует аристократов не отказываться от ношения подобных кристаллов. Оттиски множества закрытых порталов или событий повышенной волшебности — это как орденская лента, которая всегда с тобой. Еще одна причина, почему в этом мире крайне редко меняют имя и фамилию. Новые кристаллы чисты от «заслуг».
Второе было слегка веселее. Заключая контракт с другим миром, Истинные становятся единственной фамилией, способной вступать в плодотворную связь с разумными, населяющими подчиненный мир. Каждый такой потомок даёт дополнительные силы связи, а кроме того, может довольно долго находиться на Сердечнике. Если, конечно, в подчиненном мире живут гуманоиды одного с людьми типа.
— Барадьевы — старый род, — тихонько вздохнула девушка, разминая икры ног, — Они вполне могли, как и Аксисы, кстати, размножиться в своем мире до неприличия, только используя потомков как слуг, вот для такого строительства, например. Вообще, многие Истинные творят в своих мирах… всякое. Твои выращивают потомство с могучей Методой, Барадьевы строителей…
— Я о Аксисах впервые от тебя услышал. Вот прямо сейчас, — фыркнул я.
— Да не ври, — вяло махнула рукой девушка, — Никто другой не может создавать такие молнии. Лимит Электричества не любят как раз за то, что он мощный, но контактного типа. Черные волосы, зеленые глаза, худощавость и Метода Грома — всё это признаки Истинного рода Аксисов. Притча во языцех. Хотя, если тебя прямо выращивали, то могли этого всего не сообщить? Но странно…
— Врать и недоговаривать — разные вещи, — вздохнул я, — Тебе и Азову я никогда не врал. И не собираюсь. О Аксисах впервые услышал здесь. Идём дальше.
— Человек, ждущий от меня выстрела в спину, считает меня другом? Хм! — буркнула девушка, поднимаясь с нагретой сидушки.
— Это надо мной никого и ничего, кроме клятвы ревнителя. Ты — другое дело. Я это понимаю. А ты — не хочешь.
На этом разговор и увял. Мы пошли дальше бок о бок, держа стволы наготове и радуясь лишь одному — длине, ширине и предсказуемости коридоров, благодаря которым внезапное нападение в принципе грозить не могло.
Так я наивно полагал ровно до момента, когда на меня не бросился кусок стены, внезапно изогнувшийся как живое существо. На это движение, предваряющее бросок, я и успел среагировать, тут же выпалив в аномалию из своего нового «армейского» револьвера. А затем, лишь краем глаза отметив отлетающую после встречи с крупнокалиберной пулей тушу, выстрелил еще раз, но уже в другую тварь, явно собиравшуюся кинуться на Кристину с противоположной стены.
Выставить Щит, прикрывая себя и девушку, быстро оглядеться, обходя её, застывшую на одном месте, по кругу. Чисто. Рука слегка ноет от отдачи, а на полу коридора лежат две здоровые туши ящеров размерами с комодского варана. Одна, первая, уже спокойно, лишь слегка дёргая лапами, её пуля прошила вдоль, явно убив наповал, а вот вторая бешено дёргается, демонстрируя кровавую дыру на месте левой передней лапы.
— Хороший ствол мне сосватали… — прохрипел я, водя упомянутым стволом по сторонам, — Кристина, держи фонарь креп…
Стук упавшего светильника знаменует, что девушка тоже захотела использовать Щит. Несколько секунд проходят пусть и в не в полной, но в достаточно неприятной темноте, в которой моя жопа каким-то образом присосалась к источнику адреналина и жадно оттуда хлебает, заставляя дрожать то ли от счастья, то ли от предвкушения. Проходит пара секунд, полных задора и огня под злое и испуганное шипение Мишлена.