Варнак. "Мертвая вода" (СИ)

— Как-как это зло зовут? — переспросил я.
— Двалахар Угруджан!
— А что это значит? — пролепетала Айне, пораженная замысловатым имечком. — Это как-то переводится?
— Конечно, — любезно пояснил Шанкар. — В вольном переводе… Хм… «Злобный подземный демон-дракон, пожирающий каждого встречного, трехголовый и десятикрылый ужас темных коридоров».
Воцарилась потрясенная тишина, которую нарушила опять же фея.
— И все это вмещается в два слова?
— Конечно нет! — воскликнул Шанкар. — Это все вмещается только в первую часть имени! А Угруджан — «Свирепствующий в Священном Холме и готовящийся изрыгнуть огонь и серу древний говорящий зверь, желающий сжечь все живое и неживое»!
— Короче — Змей Горыныч глумского масштаба, — отрезал я поток словоблудия. — Запомнила, Айне?
— Э-э-э…
— Раз он говорящий, — отметил я, — то ты и пойдешь в разведку. Или переговорщиком.
— А-а-а…
— А если неправильно его имя произнесешь, то он тебя схарчит. Или как там, Шаркан? Сожрет, а потом изрыгнет. Все поняла?
Айне громко сглотнула и поспешила принять вид бедной и жалобной.
— Ну напарник! — запричитала она. — Я ведь не умею переговаривать!
— А кто подбивал глумов на революцию? — зло вопросил я. — Кто грозился надрать все клыкастые орочьи задницы на сто километров в степи?
Айне немо разевала рот и хлопала глазами, не в силах выразить весь восторг от предстоящих приключений.
— Веди к Зелню, Шанкар, — сжалился я. — Надо получить награду и подготовиться. Кстати, где мои бойцы?
— Прибудут в самое ближайшее время, о нечестивейший из нечестивых!
— Да чтоб тебя, Шанкар! — озлился я. — И ты туда же!
Под каменными сводом раскатился злорадный писклявый смех и злобная ругань новоиспеченного командира разведгруппы Глуми.
Через неполный час мы выбрались на поверхность, на свежий воздух. То ли глумы в своей глумной войне ни хрена не делали, то ли мы с Айне слишком лихо взялись за дело, но теперь у меня прибавилось семь квестов на воздушную разведку, три на ликвидацию разнообразных утырков и один на поиск и вербовку приключенцев. Да и вообще хоть кого-то.
— Если залететь на северную часть наших холмов, — сказал Шанкар напоследок, — то вы попадете в тайгу. Мы слышали, что там обитают приключенцы. Может быть они согласятся помочь.
С наградой за освобождение хранилища пришлось поломать голову. Зелнь предложил один предмет из трех на выбор. Оружие, украшение или татуировку. Причем изначально он мне вообще ничего не показал, а ошарашил вопросом — что я хочу в награду. В сокровищницу он не спешил и пришлось выбирать вслепую, проклиная долбанную систему. В итоге выбор пал на украшение и теперь в инвентаре брякало странного вида кольцо.
Кольцо. Ранг: элитный.
Необходимо опознание.
Естественно, что умельца-мага, способного опознать безделушку в глумных владениях не нашлось. В душе я проклинал себя за дурацкий выбор. Нужно было брать татуировку. И выпала бы элитка, судя по украшению. Но зато взят сорок восьмой и Алиске чутка осталось до верхушки вивернячьего развития.
Я устало сел на камень, ломая голову над вопросами военных действий. Внизу расстилалась степь, вдали тянулось пыльное облако, постепенно приближаясь к холмам. Айне прохаживалась на краю и пинками отправляла вниз булыжники. Каждый полет камня она провожала внимательным взглядом, то удовлетворенно гукала, то раздраженно ворчала. Что или кого она пыталась прибить я знать не хотел. Фейка разохотилась, углядела валун на краю и пыхтела, безуспешно пытаясь выворотить его тощими ручонками.
— Напарник, помоги! — обернулась она. — Там гадский еж ползает!
— Отстань!
Охотиться на ежей желания не было. А вот всыпать ремня персональному мелкому проклятию как раз имелось. Самое искреннее.
— Варнак?
От раздумий и коварных планов меня отвлек тихий осторожный голос позади. Из пещеры выбрались два глума, невероятно тощие, бледные, как истинные подземники и каждый по своему уникален. Единственное, что оставалось неизменным — рваные штанцы и корявые копья. Высокий глум поражал огромной, вытянутой, словно баклажан головой, украшенной крохотным ртом и не менее крохотным носом. Лоб, казалось, тянулся и тянулся в высь, пока не сползал на затылок. А вот три огромных глаза, что проклюнулись на бледной коже треугольником и заняли половину черепа, напоминали совиные, такие же немигающие и здоровенные. Волос не было совершенно, отчего я поначалу принял его за инопланетную неведомую хрень.
 
Второй, не менее худой, робко прятался за собрата. Тельце совсем тщедушное, закрученное, словно бедолагу решили выжать, как мокрую тряпку, сделали несколько оборотов, да так и оставили. Короткие ноги делали его похожим на пигмея с острова Краба, такой же карапуз в метр с кепкой. Две руки росли нормально, из плеч, жилистые, длинные и с двумя локтями, отчего сгибались под невероятными углами. Вторая пара рук торчала из-за спины, видимо, из лопаток проклюнулась. Дополнительные конечности были намного короче, а лопатообразные кисти венчались тремя широкими кургузыми пальцами с черными ногтями. На непропорционально большой голове росли жесткие волосы, с виду, как проволока, на впалую грудь свешивалась длинная черная коса, конец которой волочился в пыли.
— Мы прибыли, командир, — проскрипел трехглазый. — Готовы приступить.
Мелкий молчал, лупал глазенками из под широченного лба и неловко кривил огромный рот, растянувшийся до самых ушей. Нос отсутствовал, а судя по кривым зубам и мелькавшему черному языку, этот троглодит способен был откусить орку голову, ибо нижняя челюсть бугрилась мышцами, не уступающими моим бицепсам. Как хилое туловище с кривыми ножками-соломинками удерживало этот зубастый мятый валун, я не понял.
— Это они? — изумилась Айне, оглядывая прибывших. — Лучшие диверсанты, да?
— А ты ждала спецуру в маскхалатах? — проворчал я, оглядывая бойцов. — Хм… Глазастый, что там в пыли? Во-о-он там, на горизонте?
Высокий мгновенно оказался рядом, а три выпуклых глаза превратились в узкие щелки. Двигался он резко, как ящерица, странными рваными движениями, да такими быстрыми, что я кроме расплывшейся полосы и не разглядел ничего. Только что глум стоял у пещеры, а через секунду замер на краю обрыва. Длинные узловатые руки кончиками пальцев касались камней. Мелкий дергаться не стал, увлеченно ковыряясь в зубах.
— Караван орков. Идут медленно, одиннадцать повозок, двадцать два бойца в охранении. По сторонам не смотрят.
— Впечатляет, — согласился я, одобряя орлиное зрение, да и скорость заодно. — А ты что умеешь?
Мелкий как стоял, так и рухнул плашмя. Полетели камни и комья земли, а когда пыль осела на месте глума красовалась разрытая воронка. Из грунта у моих ног высунулась рука и робко поскребла пальцем ботинок.
— Тоже хорошо, — кивнул я. — Выкапывайся.
Когда новоиспеченные разведчики вытянулись и принялись преданно поедать командира глазами я еще раз всмотрелся в облачко пыли, что ползло мимо. Разглядел тяжелые телеги и конников.
— Нормально, — я сделал глубокий вдох. — Будем знакомы, парни.
— Мы девушки!
У меня челюсть рухнула наземь. Айне громко сглотнула и потрясла головой. Помолчав минуту и переварив эффектное заявление, я продолжил.
— Хорошо, дамы, будем знакомы. Мое имя — Варнак, а это Айне, лесная фея.
— Крица, — представилась трехглазая, — а сестру зовут Оша. Мы близнецы.
Айне громко хрюкнула и поспешно зажала рот. Я вежливо промолчал с каменной физиономией, приложив к этому простому действию невероятные усилия. Крица, к счастью, не обиделась на беспардонную фею, а Оша застенчиво высунулась из-за сестры и решила поздороваться.
— Дя! — Огромная пасть распахнулась. — Прявет!
Исковерканные слова выкатились из широченного рта так мощно, что нас обдуло ветром и едва не сбросило звуковой волной. В ушах противно зазвенело, а фейку перекосило.
— Оша громкая, — пояснила Крица, — она так шепчет.