Варнак. "Мертвая вода" (СИ)
— На что ловишь? — поинтересовался я, желая поскорее проехать тему крыльев. — Чук жуков вывел.
Удочка снова свистнула, раздирая воздух.
— На кусок китятины. Интересно, если клюнет кит, то он станет людоедом?
— Каннибалом, — поправил я.
— Ну да, каннибалом. Станет или нет?
Я задумался. Потом задумался еще, на предмет того, что воспринял эту хрень про кита-каннибала всерьез, стою и морщу ум, вместо того, чтобы планировать порабощение мира.
— Бред какой, — ухмыльнулся я. — Лови ужин, пока не приплыли.
— Вообще-то, напарник, — начала Айне, — у нас не хватает матросов. Ты видишь хоть одного? Хоть завалящего? Маленького какого-нибудь? Вот и я не вижу. Мне не кем командовать и это надо решать. Только людоедов не нанимай, они на тебя плохо влияют.
— Что теперь, рой феек сюда загнать?
— Меня одной хватит. Да и кто их знает, дурынд моих? Кто и из какой пыльцы слеплен? Тут с умом нужно подходить. — деловито возразила Айне. — Надо нормальных матросов и повара. Нет. Надо повара, а потом матросов. А лучше…
Шхуна набрала ход, а остров с нашедшим смысл жизни Чуком постепенно исчезал на горизонте. Фея таскала мелких рыбешек, я посвистывал и любовался океаном. Позади пристроились дельфины, выныривая и играясь в волнах. Айне пришла в восторг, визжала, прыгала и чуть не оторвала мне голову, заставляя приобщиться к любованию «жирными рыбами». Через минуту Айне решила их загарпунить и мне с трудом удалось ее отговорить.
Вдалеке показалась флотилия, кораблей десять, не меньше. Я тут же взял в сторону, огибая по широкой дуге и едва не втемяшился в стадо кашалотов, что мирно поедали гигантскую черепаху с раздолбанным панцирем. Айне пыхтела у пушки, трясущимися от азарта руками пыталась зарядить гарпун, а я добавил ходу и прошмыгнул, не привлекая внимания китов. Черепаху пытались подъедать акулы, которых гоняли кашалоты помоложе, а матерые неспешно рвали тушу челюстями и «Мертвую воду» проводили редкими насмешливыми, казалось, взглядами. В океане все шло своим чередом. Снова свистнул крючок и угомонившаяся Айне, все мечтавшая добыть кита, вернулась к рыбалке.
К острову в форме подковы добрались глубокой ночью. Долго кружили вокруг скалистой громады, но ничего подковистого в острове не разглядели. Если бы не карта, где он выскочил, то и вовсе не поняли бы, что это и есть цель. Как именно потерпевший эту форму разглядел — загадка. Да и гора вовсе не гора, а высокий пик, с вершиной, где умерли три деревца без веток, которые четко выделялись в молочном свете луны.
— Оно? — спросила Айне, едва не вывихнув челюсти в зевке. — Трезубец корявенький есть.
— Завтра поглядим, — решил я. — Беги спать.
Глава 11
— Напарник, ты долго дрыхнешь, — возмущалась Айне, когда я прыгнул в шлюпку. — Тут проплыл пернатый.
— Какой пернатый? — расспрашивал я, работая веслом. — Птицелюд или кто?
— Не знаю, — нервно приплясывала Айне и то и дело проверяя, как выходит сабля из ножен. — В размалеванной лодке, из макушки перья торчат, куртка и лодка странная. А нельзя быстрее махать веслом?
— Покомандуй еще, — отозвался я, но ускорил взмахи, торопливо подгоняя шлюпку, — сейчас своим ходом поплывешь.
На песчаном берегу лежало каноэ. Настоящее, индейское, с аккуратно выведенными белой краской глазами на боках и отпечатками кистей.
— Вот эта лоханка! — заявила Айне. — Сейчас я ее продырявлю.
— Окстись, добрая фея, — я подхватил ее и усадил на плечо. — Хватит беспределить. Тут явно брат-приключенец. Видишь? Слишком уж лодочка не местная.
— Конкурент.
— Пусть так, — устало кивнул я, — но проверить надо? Может быть он нормальный, адекватный гражданин.
— Только скорее!
Островок был совсем небольшим, так что мы довольно быстро настигли соперника по следам. Он стоял над скелетом и задумчиво разглядывал остов ребер. Самый натуральный индеец, вот просто вылитый. Волосы заплетены в косу, на голове убор с перьями, безрукавка, усеянная вышивкой, бусинами и монетками, кожаные штаны и мокасины, томагавк на поясе и лук с колчаном за спиной. Рядом с томагавком пристроился бубен и колотушка.
— Хау, людоеды! — Он вскинул руку, заметив нас. — Меня есть нельзя!
— Сам такой! — возмутилась Айне. — Ослеп? Я лесная повелительница, понял, червь гальюнный? Мы с напарником — искатели приключений. Отскочил живо от нашего трупа, пернатый!
Индеец с мозгодробящим ником Совиный Зуб с недоумением и легкой тревогой присмотрелся к нашей компании. Лесная повелительница в пиратском прикиде с саблей, что лаялась, как собака, восседала на плече бритоголового игрока с татуированным черепом на физиономии. Те еще «тоже искатели», ага. И это он не видел «Мертвую воду». На ее фоне мы и вовсе выглядели как из дурки прямиком.
— Э-э-э… — выдавил он. — Здравствуйте тогда.
— И тебе не хворать.
Я спустил Айне на песок и шагнул навстречу. Пожали руки. Индеец из клана «Черноногие» имел шестьдесят третий уровень и выглядел достаточно адекватным, чтобы беседа началась не со «слышь ты, рыло», а вполне цивилизованно. В крайнем случае я рассчитывал вызвать Алиску, а та мигом разрешит проблемы хозяина зубищами.
— Ссориться смысла нет, — оценил обстановку Совиный Зуб. — Вы по карте сюда добрались?
— По ней, — кивнул я, — только опоздали, если я правильно понял.
Айне обходила индейца с тыла, помахивая саблей, а тот поглядывал на нее с опаской, как на мелкого злобного пекинеса. Вроде и не укусит толком, но исслюнявит, а то и штанину порвет.
— Вот и я по карте, — кивнул Зуб. — Поздновато приплыли, писатель успел в скелет превратиться.
— Вижу, — отмахнулся я. — Все, расход. Претензий не имеем, драться повода нет.
— А сокровища? — опешила Айне. — Золото?
Я осмотрел крохотный остров и пожал плечами:
— Лопата на шхуне, можешь поискать.
— Ты на корабле? — оживился индеец. — Куда плывешь?
— Да как все, — я развел руками, — качаюсь, квесты делаю и все такое. Ничего особенного.
— Если по пути, то подкинь до Цветущего? Полста золотом. Устал, понимаешь, веслом махать.
— Сотня, пернатый, — высказалась Айне. — И с палубы ни на шаг!
— Какая она у тебя резкая, — добродушно отметил Зуб. — На ходу подошвы рвет.
— Нормальных неписей в мою смену не завозили, — хмыкнул я. — Далеко остров?
— Рукой подать, — индеец махнул на восток. — Ну что, договоримся?
— А почему нет? — решил я. — Айне, повезем за полтинник. Не шипи.
Индеец от «Мертвой воды» пришел в восторг. Оно и понятно, вся в рисунках, тоже культ природы, какой-никакой, только с морским колоритом. Маниту на парусах не нашлось, но и богиня каннибалов сошла, как родная. Каноэ индеец втащил на палубу, а как только «Мертвая вода» втянула якорь и рванула от острова Зуб прошелся по всему кораблю, беспрестанно делая скрины и засыпав вопросами о тех или иных изображениях. Я пожимал плечами, не разбираясь в пантеоне пигмеев острова Краба, объяснил, что купил судно по случаю и что конкретно намалевали островитяне, мне неизвестно. Айне удовлетворилась тем, что втихаря сперла самое большое перо из убора зазевавшегося индейца и устроила на затылке, вплетя в волосы.
— Скажи, а далеко эти острова Краба? — спросил Зуб, когда исследовал нашхунную живопись. — Хочу туда заглянуть.
— У континента, рядом с Лефаном, — ответил я, с удивлением покосившись на довольного индейца. — Ты серьезно?
— Да ты посмотри на их рисунки! — воскликнул он. — Это нечто!
Я недоуменно оглядел паруса с осьминогами и жрущей человека богиней, перевел взгляд на размалеванные борта и палубу, мачты, и пожал плечами.
— Я не специалист, не в курсе.
Айне вскарабкалась в «воронье гнездо», уволокла туда же букварь и тихо бубнила. После кражи пера Зуб ей стал не интересен, что удивительно. В другое время она этому индейцу в черепе дыру бы проковыряла.
— А что за Цветущий остров?
— Огромный такой остров, в форме бублика, — принялся рассказывать Зуб, — в центре подводный вулкан, полно горячих источников, бань, салонов массажных. Туристический центр. Там праздник начался, так что я решил посетить, прикупить сувениров, пообщаться на предмет легенд и преданий. Классно!