Грань: Сила (СИ)

Спарринговался я только с ним, оценить прогресс сложно, но дядька был очень опытный и умелый.
— Ал, я очень надеюсь увидеть занимательный бой, будь смелее! — попытался подбодрить меня принц.
Так, стойка у Миама довольно простая, полу боком ко мне и опустив оружие вниз. Значит он решил заблокировать мой первый выпад ударив либо по руке, либо по оружию и нанести контрудар, скорее всего в движении либо локтем, либо плечом. Иначе он просто не успеет изменить положение тела. Значит надо убедить его, что я слабачок и провести атаку.
Выпад я начал не смело, не смещая центр тяжести, специально, для того чтобы противник ничего не заподозрил и действовал по своему рисунку боя, и парень не заставил себя ждать — резким ударом решил поднять мое оружие, что я ему и позволил, следом он делает под шаг и локтем метит мне в нос, но, как неожиданно, не дотягивается. Центр тяжести я не менял и легко сдвинулся чуть назад, его оружие сзади, и я ручкой оружия нежно бью его по голове — не больно.
— Ал победил. — лицо наставника сейчас треснет от удовольствия и улыбки.
— Еще раз! — взревел Миам. Ожидаемо.
Теперь он не будет таким опрометчивым, и становиться в полноценную позу. Тренировочный меч уже держит к верху, готовый к фехтованию и вторую руку убирает за корпус. Это понятно, он сокращает область поражения и компенсирует стойку, что ж.
— Приступайте! — командует граф и лыбится. Скотина, весело ему, пока его ученик мозг ломает.
Раз он решил по фехтовать, то дадим ему этот шанс. Я начинаю обмен несмелыми ударами, справа, укол, слева сверху наношу удар сильнее, что заставляет парня сменить стойку и двумя руками остановить мою атаку — он жестко блокирует удар, ошибка, используя инерцию от блока я перевожу в нижний справа, противник пытается защититься, но я сильно изменил скорость — раньше бил медленно, а тут сделал все стремительно и он, приняв мой темп, просто не успевает сместить защиту и натыкается на мое оружие щитком на руке.
— Ал отрубил тебе ведущую руку! Он победил! — бедный Миам, он разве что пар не пускал из ушей, но, вдруг, резко успокоился и остыл.
— Молодец, Ал. — он не выдавил эти слова, но было похоже, что вкладывает что-то в них. И я точно знаю что — признание.
В эту же ночь я заступил на дежурство с Пиро. И мне надо было очень срочно решать один важный вопрос — разобраться с чтением и счетом.
— Господин барон, разрешите обратиться к Вам с вопросом? — с чего-то надо было начинать.
— Какой у тебя вопрос, Ал? — лениво отозвался четырехбуквенный.
— Разрешите уточнить у Вас по поводу того, как Вы считаете время? — решил я зайти хоть с чего-то.
— Ал! Ну ты и деревня! А, точно, ты ж и есть деревня. — Пиро зачесал затылок, — Ладно. Смотри. В столице есть огромные песочные часы, их зовут Столичными часами. Песка в них много. Вот если его разделить на две равные половины, то мы получим день и ночь. Понял?
— Да! — я удивился, а что тут непонятного?
— Ага. — немного растерялся мой коллега по дежурству. — Значит мы берем одну половину и делаем десять равных кучек — мы называем их большими песочными часами.
Понятно. Если у них тоже двадцать четыре часа в сутках, то получается, семьдесят две минуты в часе. Прикольно. Я кивнул Пиро, чтобы продолжал.
— Так, если мы возьмем кучу и разделим ее еще на десять частей, то получим средние часы. — еще больше удивлялся парень.
Тут надо посчитать. У меня вышло чуть больше семи минут. Ясно. Снова кивнул собеседнику.
— Ты понимаешь? Удивительно! — сын барона распалился не на шутку. — Хорошо, если мы и их разделим на десять частей, то получим маленькие песочные часы.
Круто. Ясно. Сорок три секунды — маленькие часы, семь минут с мелочью — средние, семьдесят две минуты — большие. Тут все ясно.
— Но у нас в деревне не было песочных часов, но звонили три раза? — решил я уточнить этот момент.
— Так это дорого, поэтому в деревнях и малых городах меряют по солнцу. Есть специально обученные люди, их называют — солнцеходы, они звонят в колокол, когда прибор показывает нужное время. Три раза. В начале дня, в середине и в конце. Но там все сложно и учат на них достаточно долго. — если я правильно понимаю, в шесть часов, в двенадцать и в восемнадцать по-нашему.
 
Больше половины вопросов отпало. Супер. А как же тогда?
— А как отмеряют год? — гулять так гулять, эх!
— В году тоже десять месяцев. В каждом месяце по четыре декады. — будущий барон усмехнулся.
Так-так-так. В году триста шестьдесят пять дней, иногда на один день больше. В месяце сорок дней. Получаем девять месяцев. Не бьется.
— Господин Пиро, но у меня получилось только девять месяцев и еще пять-шесть дней! — если тут световой год длиннее, не страшно, спишут на дремучесть, а если нет, узнаю все что меня волнует.
— Ого! Ал, а ты и правда не обычный. Да, полных месяцев действительно девять, и один месяц занимает и правда пять-шесть дней. Знаешь какой? — хитро глянул на меня друг принца.
— Месяц Гуляний! — ну точно, сразу после сбора урожая, в это время играют свадьбы и проводят ярмарки.
— Ты полностью прав! Поразительно! — парень зашептал что-то про себя.
— А как считают года? — ну раз уж пошло дело, то надо брать быка за рога.
— А как? Да особо не считают. Есть Эпоха. Эпоха короля такого-то год правления такой-то и все. Есть еще вопросы? — сын барона развеселился, видимо, он получал удовольствие от обучение своего товарища или той легкости, с которой это выходит. — Кстати, а давай попробуем отмерить твое ощущение времени, я принесу часы, ты закроешь глаза и попробуешь угадать, когда время выйдет. Сможешь?
— Можно попробовать! — я воодушевился, это очень интересно и полезно.
Пока подросток носился, я задумался, а почему именно число десять взяли за основу? Где-то я уже подобное встречал. Точно! Связано ли это?
— Так, — в комнату залетел сын барона и трясущимися руками поставил перед собой стеклянные песочные часы и сбоку вывалил писчие инструменты и листок бумаги. — Закрывай глаза, Ал. Я обозначу старт и, как посчитаешь верным, хлопнешь ладонью по полу и откроешь глаза! — он подготовился. — Начинай.
А что тут сложного? Раз, и два, и три… хлоп.
— Обалдеть! Не идеально, но очень близко! Нас месяцами тренируют, а ты почти сразу! Как? — так, надо отвлечь собеседника.
— Господин Пиро, а почему именно десять месяцев, десять дней в декаде, не подскажите? Связанно ли это с тем, что у короля девять букв, а у императора — одиннадцать?
— Дааа, Ал. — он откинулся на руки назад и сложил ноги по-турецки. — Ты меня поражаешь! Ты полностью прав! Говорят, если бы у бога было имя, то в нем было бы десять букв, но тогда он был бы ниже императора, но как ты до этого додумался?
— Да я и не додумался. Вы мне только что рассказали! Господин Пиро, а зачем Вам перо и лист бумаги? — решил я сменить тему. Разговор уходил в опасное русло.
— Я взял их, чтобы записывать результаты, с какого момента ты сможешь правильно оценить малые часы, но ты просто поразителен! Конечно, это кощунственная трата ресурсов, бумага очень дорогая!
Значит промышленного производства тут еще нет, а с ним нет и книгопечатания. Неудивительно. Скорее всего книги переписывают вручную — очень трудозатратно! Я думаю, что и со стеклом та же история, значит, сами часы тоже очень дорогие.
— Тогда разрешите Вас попросить помочь, а как производятся расчеты? — чуть не сказал, в этом мире, но успел взять себя под контроль.
— Ну смотри Ал. Вот так выглядит один, добавляем черточку, это два. — четырехбуквенный распалился и в итоге дошел даже до простеньких примеров, тут то я и узнал, как обозначают сложение, вычитание и умножение с делением, главное обозначения запомнить и цифры. — Вот, Ал, а это сможешь решить?
— Шесть, — что там решить, три умножить на два, математика везде одна.
— Как ты посчитал так быстро? — с прищуром спросил маг.
Вот черт, мои математические способности с того мира здесь находятся за пределом, благородные еще ладно, но простолюдины! Ошибся. Вот я дебил!