Не грози Дубровскому! Том IV (СИ)

Пять тысяч бойцов расположились на противоположном берегу реки Лена. Они растянулись на несколько километров, чтобы во время осады не позволить сбежать ни единому человеку. Все, кто находятся в замке, должны умереть.
Мы с Клювиком парили на высоте нескольких километров над землёй. Отсюда я отчётливо видел глазами коршуна как войска готовятся к ночному штурму. А ещё я опытным путём определил, что внизу находится мощный артефакт, который блокирует создание порталов.
Я раз за разом пытался открыть проход в карманную реальность, но у меня это не выходило до тех пор, пока мы не поднялись на высоту в полтора километра. Да уж, такой артефакт стоит баснословных денег, да и притащили его сюда определённо за тем, чтобы в замок не смогли перебросить подкрепление, а заодно чтобы никто не сбежал.
На замковых стенах суетились маги, выстраивая сложные плетения барьеров и заряжая боевые машины. При этом все понимали, что до утра доживут лишь единицы из них.
Возможно, где-то внизу суетился и отец Льва. Интересно какой у него план? Будет обороняться до последнего или вырвется наружу как дикий зверь чтобы в последний раз сотрясти землю своим рыком?
Я стянул рюкзак, который ранее взял в своём номере отеля и достал из него десять пустых аккумуляторов. Эти макры с идеальной структурой были очень хороши для хранения маны, их можно было перезаряжать сотни раз. Но если их залить некротикой, то такие хранилища не продержатся и часа. Впрочем, часа более чем достаточно.
Когда начало темнеть, я напитал аккумуляторы некротикой и открыл портал в карманную реальность. Синеватое окно светилось в ночном небе, но снизу оно скорее всего выглядело как первая звезда. А через секунду из этой звезды выбросили первую десятку пернатых туш.
* * *
Ставка Аракчеева неподалёку от деревни Нижняя Слобода.
Шатёр Аракчеева Константина Сергеевича.
Статный мужчина лет пятидесяти забросил ноги на походный стол и с наслаждением курил трубку. Густые клубы дыма выписывали причудливые фигуры, растекаясь по шатру, в котором шел военный совет. Аракчеев затянулся немецким табачком и зажмурился от удовольствия. Умеют чертяки делать хорошее курево.
Он осмотрел собравшихся вокруг индюков и усмехнулся. Сплошные бестолочи, мнящие себя великими военноначальниками. Эти трусы даже никогда не сражались на дуэлях, а всё рассуждают о том, как взять замок. Да что они понимают в военной науке?
— Я считаю нам нужно разместить засадный полк у стен слева. — Деловито заявил невысокий толстячок, ткнув пальцем в карту. К слову, его фамилия была Вишневский.
— Да что вы такое говорите? Засадный полк? Для чего? Вы думаете Львов покинет замок и ринется в атаку? — Возмутился длинный лопоухий мужчина по фамилии Алапаев.
— А почему вы так уверены, что он этого не сделает? Вы слышали о битве при Хоккайдо? — Парировал аристократ по фамилии Кобыльский. Он был одет в серый мундир. Какая безвкусица? Сейчас вообще хоть кто-то одевает такой хлам?
— Ха! Да вы вспомнили, когда бабка была молодой! Это было больше тридцати лет назад! Вы думаете за это время у льва не затупились зубы? — Усмехнулся Алапаев.
— Вы хотите сказать, что я несу вздор⁉ — Возмутился Кобыльский сжав кулаки.
Аракчеев устало вздохнул, отложив трубку, навис над столом.
— Господа! Господа! Прекратите ссориться! — Выкрикнул Аракчеев, призывая всех к порядку. — Мы уже обсудили план битвы и не станем от него отступать. С правого фланга пойдут боевые машины под предводительством личной гвардии господина Вишневского. Левый фланг на себя забирают маги Кобыльского, так как среди них есть способные призвать метеор для разрушения замковых стен. В оцеплении стоят люди Алапаева. А моя гвардия атакует по центру. И это не обсуждается. Все приготовления уже сделаны. И мы выступаем через десять минут.
— Константин Сергеевич, вы правы, но… — Попытался возразить Алапаев, но наткнулся на испепеляющий взгляд Аракчеева.
— Геннадий Тимофеевич, время неумолимо бежит. В ближайшие сутки истребители закроют все порталы и перебьют всех выползших существ. А когда это случится, ничто не помешает союзникам Львовых прибыть им на подмогу зажав нас в клещи. Хотите ещё подискутировать о стратегии нападения, а после подарить свою голову Львову, чтобы он мог насадить её на пику?
 
Услышав это, Алапаев нервно сглотнул и вытер пот со лба.
— Я так и думал. У нас только один шанс разорвать глотку льву. Если мы им не воспользуемся, то уничтожат нас самих. Мы могли и дальше прозябать в своих захолустьях, но никто из нас не согласен на меньшее. Не так ли? — Аракчеев осмотрел собравшихся и добавил. — Я вижу, что вы засомневались в верности принятого вами решения. Но хочу напомнить, что выбора у нас уже нет. Либо мы победим, либо наши рода уничтожат один за другим.
Аракчеев безбожно лгал. Смотрел в глаза своим прихвостням и убеждал их что пути назад нет. На самом деле пути назад не было лишь у него, а его же союзники отделались бы парой штрафов, возможно потерей нескольких деревень и на этом вопрос был бы закрыт. А вот Аракчеев действительно поставил на кон свою жизнь.
Открытие порталов в изнанку ему не простит ни император, ни союзники Львова. За такое полагается смерть. А нанял магов для открытия порталов именно Константин Сергеевич и всё что он сейчас мог, это блефовать. Блефовать самозабвенно, блестяще и до последнего вздоха.
Благо войск у коалиции Аракчеева хватала. Четырёхкратное превосходство в силе. Этого более чем достаточно для того, чтобы сравнять с землёй замок Львова. Аракчеев посмотрел на часы и встал, сказав:
— Время настало господа.
Он поправил мундир, взял трость, украшенную алмазами, и двинул на выход из шатра. Аракчеева ждала верная гвардия. Гвардия, которую он планировал использовать лишь в самом крайнем случае. Сначала в атаку пойдут люди Кобыльского, Алапаева и Вишневского.
А чтобы союзники не заподозрили подвоха, вместо своих магов Аракчеев пустит в бой десять тысяч ряженых крестьян, которым он пообещал выплатить по двадцать тысяч рублей, за то, что те поучаствуют в учениях. О том что учения окажутся смертельно опасными Аракчеев умолчал.
План был прост до безобразия. Кобыльский, Алапаев и Вишневский атакуют замок, теряют основную часть своих сил. Крестьяне идут в атаку и когда они поймут, что учения идут не по плану, их всех перебьют. А чтобы крестьяне не бежали в ужасе, Аракчеев добавил в их пищу немного зелья, притупляющего страх.
Как только стены замка рухнут, Аракчеев доблестно ворвётся внутрь, добьёт остатки сопротивления, а после прикончит и своих союзников заграбастав их земли. Константин Сергеевич вышел из шатра и с довольной улыбкой осмотрел гвардейцев, стоявших в боевом построении.
Красавцы. Он лично вложил в их подготовку немало сил и денег. У каждого бойца имелось по два защитных артефакта, один от физических атак, другой от магических. Артефактное оружие тоже присутствовало. Он мог бы и лично сразиться против Львова, но уж очень не хотел терять бойцов.
После начала штурма Аракчеев отведёт свои войска назад, а их место займёт толпа крестьян, прячущихся в овраге в километре от сюда. Когда стены падут, а армии союзников понесут большие потери, Константин Сергеевич просто перережет глотки невезучим попутчикам и насладится победой единолично.
Как удачно что у него есть алчные союзники, которые впритык не рассмотрели волка в овечьей шкуре. Аракчеев выпрямил спину, поднял трость в ночное небо и собирался выкрикнуть напутственную речь, как вдруг со всех сторон послышались крики.
Не понимая, что происходит Аракчеев посмотрел налево. В свете костра расползались клубы зелёного дыма.
— На нас напали⁈ — Спросил он в пустоту, но ответом ему был вопль, наполненный ужасом.
Из толпы выбежал гвардеец Аракчеева и рухнул к ногам командующего. Лицо бойца покрывала синеватая корка. Константин Сергеевич не успел ничего сделать, только испуганно вскрикнуть, когда посиневшая кожа вздулась и взорвалась зелёным облаком пыли, окутав и Аракчеева и его знатных союзников.