Дочь брата (не) для меня (СИ)

— А, ты знаешь… как я и обещал, приготовил для тебя небольшой сюрприз, Лиза, — мужчина опираясь о подлокотники, отталкивается и нарочито медленно, растягивая шаги идет в мою сторону, — вот посмотри, — он обводит мужчин стоящих позади себя рукой, — как видишь, желающих отодрать мою малышку оказалось достаточное количество, — его губы искривляет мерзкая ухмылка, а у меня дыхание застревает в груди, — а вот защитить и уберечь от этих похотливых самцов тебя не кому. Ты же решила вдруг стать взрослой, и забить на отца?! Я же теперь тебе больше не нужен?! — но вопросительно выгибает бровь и я только открываю было рот, чтобы сказать ему обратное, но он поднимает палец вверх, — нет… нет… нет, Лизавета, это был риторический вопрос, твой ответ в буквальном смысле больше ничего не значит. Потому как у меня больше нет дочери, ты же помнишь это?! — он подходит ко мне вплотную и его пальцы будто острые шипы впиваются в мои скулы.
— Красивая ты все-таки девка, Лиз. Вот только зря ты пошла против моих правил. Зря позволила себе трахаться без моего на то согласия. Теперь тебе придется ответить за все, — шипит отец мне в губы, а затем резко отталкивает мою голову в бок.
И мне сейчас становится дико страшно. Я полностью осознаю то, что этот человек просто чудовище и сколько бы я не просила, жалости я от него не добьюсь.
— Так, ладно. Слишком много разговоров, я к этому не привык, — отец повернувшись ко мне спиной разговаривает с людьми, которые до сих пор так и продолжают находиться в тени, по крайней мери лиц их мне не видно, — готовы развлечься парни? — мой кадык дергается и я на автомате поджимаюсь вся, так сильно, что пальцы на ногах сводит судорога.
— Да, уже бы пора, а то дел еще невпроворот, — я узнаю голос Бугра.
— Тогда прошу, так сказать к «столу», — ехидный смешок вырывается из его горла и я, смаргивая пелену страха, с ужасом наблюдаю за тем, как мужчина натягивают на лица маски, поворачиваются ко мне передом и неумолимой «стеной» надвигаются прямо в мою сторону.
— Нет! Прошу… не надо! — в отчаянной попытке остановить все это безумие кричу во всё горло.
* * *
— Арррр, — диким зверем рычу я, раскачиваясь все сильнее и сильнее из стороны в сторону.
Я уже решила, что сделаю все возможное, но им в руки не дамся.
— Цыпа, ты лучше не сопротивляйся, все равно это не поможет, — хмыкает один из насильников и вальяжным шагом двигается ко мне.
— Суки… — шиплю я и вдавливаю ногти в толстые веревки, — … ненавижу.
— Ух, какая экспрессивная, аж член встал, — злобно ржет кто-то под маской, но я не успеваю выхватить его из толпы, потом как понимаю, что они расходятся по боком так, чтобы окружить меня в кольцо.
От страха, моё тело покрывается липким слоем холодного пота. И меня начинает бить крупная дрожь. Зубы отбивают чечетку так активно, что кажется эмаль крошиться вот-вот начнет.
Всё нутро скручивается в тугой узел в предчувствие необратимого насилия, помолиться бы сейчас господу, чтобы защитил, но так как я в церкви была последний раз при крещении, то четко понимала, что молитва мне вряд ли поможет.
— Слышь Игорек, давай бросай жребий, кто цыпочку ебать первый будет, — прокуренный бас врезается мне в спину и я как уж, тут же выкручиваюсь к нему лицом.
— Ебать ты свою жену будешь, — шиплю, брызжа слюной в черные маски, — а меня вы будите насиловать… — на последнем слове голос срывается, и глаза в секунду застилает солена влага.
Часто-часто смаргиваю слезы, ведь дала себе установку, что плакат не буду.
— Короче Лис, я первый, — послышался со спины довольный бас и я почувствовав движение позади себя, шарахнулась в бок и тут же оказалась схваченной мясистыми пальцами.
— Нееееееет! — взвыла так громко, что уши заложило. От бешенной пульсации крови, рвущей стенки вен, я не могла сосредоточиться и поэтому пропустила тот миг, когда паника схлестнувшись со страхом, поглотили мой рассудок.
А тем временем, мое изгибающееся тело мусолил мясистыми пальцами, один из десяти насильников.
 
— Отпуууууустиии! — надрывно хрипела я, брыкаясь ногами.
— Блядь! Что ты творишь! Овца! — басистый голос насильника, срывается на жалобный писк и я злорадно ликую, понимая, что удар ногой пришелся прямо по яйцам урода.
— Сука… — кто-то хватает меня за ляжки и вздергивает вверх, — маленькая тварь, а верткая как змеюка…
— Нееет! Неееет! — неистово дергаю телом, хоть и понимаю, что это все бесполезно, как бы решительно и агрессивно я не была настроена, но против десяти мужиков мне явно не выстоять.
— Так, Игорёк, а дырку выбрал? — врезается острой иглой вопрос Лиса в мозг.
— В какую попаду, Лис! Ты посмотри, что эта дрянь делает! — пропитан возмущением его паскудный голос.
— Уроды! Насильники! — крик клокочет у меня в горле, когда мои бедра раздирают в разные стороны.
— Ага! Как скажешь, цыпа… — зло сипит мужик между моих ног, царапая поверхность внутреннего бедра ногтями.
— Ууууууувввввв! — мне хочется выть во все горло, но так как я приподнята параллельно полу и моя голова задрана назад, из горла вырывается нечленоразборный стон.
— Мужики, вы долго там будете пялиться на нее? Время не терпит! Трахнули! Загрузили! Поехали! Неужто так сложно?! — недовольный голос отца, будто ведро ледяной воды окатывает меня с головы до ног, заставляя сердце сжаться до размеров детского кулачка.
— Да ты попробуй, управься с ней! Дикая совсем?!
— Так я вам бабло плачу за что? За то чтобы ты мне сейчас сказки рассказывал, что девку оттрахать не можешь? В ней, блядь, всего пятьдесят килограммов?!
— Папа, прекрати! Прекрати всю эту дичь! — сиплой крик срывается с губ.
— Блядь, заткнись, дрянь! — выкрикивает он, и чувствую, как мой рот затыкают кляпом.
Ненавижу! Ненавижу! — мычу я, но на меня уже никто не обращает внимание.
Воздух прорезает трескающаяся ткань и кожу обжигают впившиеся полоски сорванных с меня трусиков.
— Уууххх! — выдыхает насильник и прижимает мою промежность к своему паху.
Нежная плоть упирается в мягкие складки округлого брюха. Я с максимальной силой пытаюсь свести бедра, но у меня нет больше сил бороться. Я обмякаю в руках мучителей, и могу лишь теперь ощущать, как этот ублюдок стягивает с себя штаны и освободившийся член утыкается мне в спину.
Громко всхлипываю и из последних сил вся поджимаюсь так, что пальцы на ногах сводит судорога.
Звонкий шлепок по заднице, заставляет вздрогнуть всем телом.
— Давай мужики поднимайте! — командует Игорёк между моих бедер и меня будто куклу поднимают вертикально, продолжая удерживать в четыре руки. — Ну, что цыпа начнем?! — скалится он и его толстые пальцы впиваются в мои ягодицы.
— Пошел ты! — мычу в ответ, за что тут же получаю следующий обжигающий шлепок по заднице. — Будь проклят, чмо! — и вижу как в глазах мужика вспыхивает гнев … моя голова дергается в сторону от мощного удара, аж из глаз искры сыплются.
Чувствую, как в голове все зашумело и темнота пришла на место света, утягивая меня в водоворот беспамятства.
Отлично… я добилась того, чего и хотела. Лучше быть в беспамятстве и не чувствовать ничего, чем наоборот…
Но черта с два мне дали окунуться в темноту.
Неожиданно громкий взрыв, прогремевший в стенах здания, нагло выдернул меня в реальность, совершенно не заботясь о том, что я бы совершенно не хотела просыпаться…
Стоп! В моей голове будто что-то щелкнуло… и я распахнула глаза.
Взрыв?! В груди тут же забилось в ускоренном темпе сердце, и я облизнув пересохшие губы закрутила головой по сторонам.
 
Мужчины, что окружали меня плотным кольцо стояли неподвижно, только их бычьи шеи и ошалелые от похоти глаза, крутились хаотично в разные стороны.
— Блядь! Что происходит? — наконец-то придя в себя, хрипло произнес Игорек, продолжая сжимать мои ягодицы.
— А это вам пришел пиздец, мужики… — зло шиплю я, в полной уверенности, что это пришла помощь. Неистово благодарю мысленно господа, что не оставил меня. Ведь кроме как чудом, это назвать нельзя.