Три сестры. Таис (СИ)

- И с чего бы ты переживаешь за лорда? - хмыкнула я.
С девицей всё было понятно. Упускать её было нельзя. Но и сил разбираться с ней сейчас просто не было. Мне самой хотя бы понять, что происходит.
- Уберëшь завтра, сегодня что-то голова болит. И иди домой. Я отправлюсь спать пораньше. - Решила я, потирая виски.
- Плохо себя чувствуете? Может опять мигрень? Она вас часто мучает леди? А тут столько волнений! - даже как будто ожила служанка.
- Нет, наверно простыла. Горло. За ночь не пройдёт вызову лекаря. - Решила я описать "симптомы", наблюдая за тем, как уверенность возвращается к служанке. - Возьми экипаж, а завтра придёшь пораньше. Если будет необходимость, отправишься за нашим семейным лекарем.
- Да, леди, как скажете. - Ещё один быстрый книксен.
Конечно, как скажу. Мне ещё нужно попытаться хоть как-то разобраться в происходящем. А присутствие человека, который, как я уверена, участвовал в убийстве некой леди Таисии, мне в этом совсем не поможет.
Глава 20.
Избавившись от служанки, и опустив какие-то странные рычаги, в мыслях билась мысль, что это обеспечит мне полную безопасность, я почти без сил, привалилась к боку лестницы.
- Полная безопасность! Как же! С окнами чуть ли не от пола до потолка? И по десять штук в каждой комнате. - Ехидно проворчала я, сама удивившись тому, что даже в такой ситуации и таком состоянии, я всё равно язвлю.
Ощутимо накатывавшаяся тошнота меня обрадовала. Тело борется за жизнь и избавляется от смертоносного угощения. Умывшись и убрав за собой, я обратила внимание на обстановку. Странное ощущение, что я оказалась в декорациях к нашему советскому Шерлоку Холмсу. На кухне, по размерам больше подошедшей бы какой-то столовой, я нашла сахар. Щедро сыпанув в ковш, который не поленилась обдать кипятком, я развела густой сахарный сироп и заставила себя это выпить. А ещё через минут десять чуть ли не силком запихнула в себя разогретую на сковороде банку с мясом, вроде привычной тушëнки, с хлебом. Мясо было законсервированно, и повреждений я не нашла, значит там точно не было яда. А есть что-то другое в этом доме я опасалась.
Потом я поднялась в комнату, которую воспринимала своей. Ложится на широкую кровать на высоком подиуме я не стала. Кто знает, какие ещё сюрпризы ожидают? Да и опять же, располагалась она напротив двух огромных окон. Залезай на дерево и хочешь-подсматривай, хочешь-стреляй, хочешь бутылки с зажигательной смесью кидай! Простор для фантазии ничем не ограничен!
Поэтому я взяла подушку и одеяло, и отправилась к длинному и узкому дивану. Для того, чтобы на нём спали, он явно не был предназначен. Уж больно узкое сиденье, но это для тех, кто не спал в землянке на полке из распиленного пополам бревна. А ещё в пользу дивана говорило расположение. Он стоял между двух больших шкафов, закрывающих его от окна и от входа. Особенно если открыть створки, что я и сделала. Вещи я сняла ещё в уборной, помня, что цианид весьма опасен ещё и тем, что его порошок может попадать на одежду и продолжать своё действие, проникая через неё. Даже нательную рубашку я вышвырнула в коридор. Благо, здесь в шкафах было предостаточно одежды.
И только когда голова коснулась подушки, я позволила себе немного расслабиться. Уверенность, что опасность позади, конечно обнадёживала. Но я не знала природы появления этой уверенности. И поэтому ей не доверяла. Слишком я привыкла к тому, что вот у этого "чутья" должно быть материальное подтверждение.
В момент, когда ты точно знаешь, что находишься в опасности, все возможности организма направлены на то, чтобы этот опасный момент преодолеть, избавится от источника опасности и восстановить состояние безопасности. Поэтому всякие странности, непонятности, мелочи отбрасываются, как не существенные. Даже память работает только в случае, если нужны подсказки из прошлого опыта. То что происходит здесь и сейчас, в момент опасности, не запоминается. Потом только какие-то эпизоды всплывают.
 
Вот и у меня, пока я понимала, что столкнулась с отравлением, я действовала, не отвлекаясь на посторонние рассуждения. А сейчас, когда я выдохнула и ощутила что вокруг относительно спокойно, каша в голове закипела. Чужие мысли, знания, ощущения и воспоминания с яростью штормовых волн набрасывались на берега моего "я" и моей реальности.
- Я мыслю, значит, существую! - вслух произнесла я, чтобы найти хоть одну точку для опоры, от которой и буду выстраивать всё остальное.
Принять для начала совершено дикую мысль, что я жива, после чёткого осознания собственной смерти, было непросто. Да что уж там, я видела собственные похороны и была абсолютно готова лично узнать, что же там... После. Но вместо этого у меня тут неожиданный комплекс мероприятий по предотвращению получения нового для себя статуса криминального трупа.
То ли меня всё-таки настигла упомянутая служанкой мигрень, то ли тело включилось в работу по борьбе с остатками отравы, но на меня резко накатила слабость. И ощущение жара, как при высокой температуре, когда тело горит, но тебе при этом холодно. Карусель образов и голосов в голове закрутилась с бешеной скоростью, вызвав очередной приступ тошноты. Но к счастью всё быстро прекратилось. И в памяти начала выстраиваться цепочка чужой жизни.
В семье леди и лорда Сторил случилась невероятная радость. После долгих десяти лет бесплодного брака леди Сторил подарила мужу сразу двоих детей. Близнецов, так называемую королевскую пару. Сына и дочку. И уже с первых дней детей было ясно, что и сын, и дочь являются точной копией отца. От темноволосой и черноглазой матери дети не взяли ничего. Светлая кожа, отцовы серо-зелёные глаза и даже пушок на головках младенцев был фамильного русого цвета с рыжиной. Правда в случае лордов, это называлось благородный медный отлив. Посажëнным отцом на посвящение детей и предъявление наследников аристократии империи, стал дядя лорда Сторила, герцог Вестаран. Ближайший родственник императора и меч империи. Добавило всеобщего восторга и сообщение о том, что дочь, юная леди Сторил, явно обладает даром, то есть является озаром. Девочку настолько высокого происхождения и наследницу немалого состояния обладание редким даром превращало в одну из самых желанных невест империи. И неважно, что невеста ещё лежала в колыбели и пачкала пелёнки.
Назвали детей в честь героев истории империи, времён её создания. Имена предложил герцог Вестаран, чем гордился и часто вспоминал.
Юный лорд стал Тристаном Сторил, а леди назвали Таисией. Или Таис, как звали её в семье.
Казалось бы, счастье пролилось над этим родом полной чашей. Несколько лет благополучия и покоя. Но период благоденствия был недолог. Лорд Сторил всё чаще ходил мрачным и однажды даже сильно повздорил с дядей герцогом. О чём уж там шёл разговор никто так и не узнал, герцог говорил, что предложил заключить помолвку между ним и леди Таисией. Но в тот вечер он покинул дом лордов Сторил в сильном гневе.
А ещё через неделю, когда вся семья садилась в закрытый экипаж, отправляясь на один из званных вечеров, случилось необъяснимое. Экипаж вдруг вспыхнул и мгновенно был весь объят пламенем. Маленькая Таис пыталась остановить пламя. Но что мог семилетний ребёнок, которого к тому же и не обучали управляться с проявившимся даром.