Няня для фееричного папаши (СИ)

Мне просто захотелось узнать побольше об этой Матильде Уэзской, что она за женщина. Да и вообще. Даже в моём мире газеты чаще всего были сборищами различных сплетен. Тут так тем более! Вот и ознакомлюсь с «новостями».
Пролистывая книгу, нашла страницу на которой упоминался фэр Итан. Оказалось, что феев не так уж и много. В роду моего начальника оказалось всего около тридцати человек. И на данный момент в живых была его тётка, троюродный брат и родная сестра, младшая, о которой, почему-то, фэр Итан ничего не говорил.
Старшего брата звали Ричард. Судя по портрету, мужчина был очень красивым, да и выглядел он благородным, в хорошем смысле этого смысла. С фэром Итаном они оказались очень похожи. Только Ричард был кареглазым, пожалуй, это единственное отличие. А ещё я узнала, что моему начальнику тридцать три года. Молодой! Я уж боялась, что выяснится, что ему три сотни лет, что он бессмертный и прочее. Но родители фэра Итана умерли довольно рано: отцу было шестьдесят семь, матери — семьдесят. Не похоже, что магия давала феям какое-то преимущество в виде здоровья и долголетия. Ричард умер, чуть-чуть не дожив до тридцати восьми лет. Что же подкосило такого молодого мужчину?
— Сара... — я разглядывала портрет младшей сестры фэра Итана. Рядом с ней был мужчина, но его имя выглядело блёкло, как и имена их детей. Будто.
— Она отказалась от дара и вышла замуж за безродного мужчину, плотника. А это значит, что она отказалась от всех привилегий, наследства и приданого. — Базио возник будто из ниоткуда, нагло облизнувшись, забрался ко мне на колени, вынудив поднять книгу. — Поэтому фэр Итан не поддерживает с ней никаких отношений.
— Что за дикость. — я вскинула брови и раздражённо посмотрела на пушистого кота.
— На самом деле каждый месяц он отсылает сестре денег, они даже обмениваются письмами, но об этом никто не знает. Узнают.
— Казнят? У вас тут все проблемы решаются отсечением головы? — прошлась пальцами по густой шерсти Базио, неожиданно для себя почесав его за ухом.
— А что? Самый верный способ! Все проблемы ведь от головы, только от неё.
— Ну да, дурная голова ногам покоя не даёт, пробурчала себе под нос и попыталась вернуться к чтению, но Базио решил иначе.
— В нашем мире самое главное, как ты выглядишь и как ведёшь себя. Один дурной слух может всё погубить. А фэр Итан. Он сестре помогает, теперь ещё и Остин. К сожалению, другим способом заработать на жизнь фэр Итан не сможет.
— А наследство? Неужели у него денег нет? Не поверю!
— Деньги имеют свойство заканчиваться. Содержание имущества и земель тоже требует звонкой монеты.
— То есть продать всё и уехать куда -нибудь на берег моря и жить в скромном домике...
— Это не входит в планы фэра Итана.
— Прелестно.
— Лара, — Базио посмотрел на меня так, будто спрашивал разрешения не использовать все эти титулы и приставки. — Бегство никогда ничего не решает, поверь старику. Рано или поздно каждому из нас придётся столкнуться с прошлым.
Я учтиво промолчала, вспоминая тот разговор Базио с Элис, не буду же я признаваться, что подслушала его?
— Да, наверное, это так и есть.
— Базио, я заметила странность.
— Странность?
— Да, в этой книге. Ну, точнее, на странице рода фэра Итана я не нашла жены его брата. Остин там есть, а её нет. Почему?
— Потому что покойный брат фэра Итана не был женат.
Я расхохоталась. Господи, я оказалась в мире, где каждый носит белое пальто! Каждый хочет быть розой, на крайний случай пахнуть фиалкой, а на самом деле.
— Ричард признал сына. А кто жена.
— Кто жена мы теперь знаем!
Утром фэр Итан получил письмо от женщины, которая назвалась матерью Остина. Нужды не верить ей не было никакой — к письму прилагалось кольцо покойного Ричарда. Только что ей резко понадобилось — оставалось тайной. В письме женщина требовала лишь личной встречи.
Джессика Харрис.
Как ни странно, но я её нашла в этой книге. К феям она не имела никакого отношения, но принадлежала к какому-то древнему, но обедневшему роду. Всё начинало напоминать какой-то сериал, очень дешёвый, драматичный, даже сопливый я бы сказала. Настоящая мыльная опера!
 
Внешне меня она нисколько не напоминала. Рыжая, большеглазая, с пухлыми губами. Остин унаследовал черты обоих родителей.
Теперь мне нужно изображать эту аристократку?
— Базио... Но ведь эта женщина из известного рода. Не возникнет ли вопросов?
— Известного, но очень бедного. Такую проблему может решить звонкая монета.
— Как-то звучит не очень хорошо.
Я закрыла книгу и посмотрела на спящего Остина. У меня стало на душе очень нехорошо. Кошки там не просто скреблись, они там все в клочья раздирали. Нет, я понимала, что с матерью, наверное, Остину будет лучше. Это ведь мама! И мы не знаем, что там стряслось, что случилось.
Но одна мысль, что Остина заберут, погружала меня в жуткое уныние.
Я не хотела расставаться с мальчиком.
— А что скажет сама Джессика? Что помешает лорду Фарксу найти её?
— Так никто не говорит, что вы должны стать Джессикой. Мало ли у них родственников? Непризнанных и очень бедных?
— Значит, имя Джессики останется тайной?
— Она ведь сама этого хотела.
— А если. Если она написала фэру Итану с одной целью: рассказать правду? Что тогда? Базио замолчал, прищурился и встал, уперевшись передними лапами в подлокотник.
— Тогда у нас будут большие проблемы, фэра Лара. Очень большие!
Я поджала губы и задумалась. Конечно, без боя никто из нас и не думал сдаваться. Я ещё хотела домой. Пусть этот мир и интересен, как и его обитатели, но вернутся назад — было моей целью. Так ведь?
Базио сложил лапки, зажмурился и задремал, мурча как настоящий кот. Я его гладила и с тревогой смотрела на спящего Остина. Одна колкая мысль не давала мне покоя: раз мать Остина жива и здорова, раз она не так уж далеко живёт, почему заклинание выбрало именно меня?
  
Атю!
 
Карточки Остин категорически не хотел воспринимать, как и саму идею говорить. Оказалось, что одно «му» коровы — это так, чистое развлечение. Да и му сказать не так сложно: губы трубочкой вытянул и всё. В другом случае нужно напрягаться, стараться и пытаться сказать что-то членораздельное.
— Остин, смотри, это буква.
Договорить я не успела, потому что малыш со смехом поднял волну воздуха, скинул все карточки со стола, заливисто захохотал, коряво изобразил рога коровы, которые вдруг выросли где-то в районе груди, и замычал. Ну что ты будешь делать?
— Остин, пойми, эти слова они... Они важные! Пока ты не начнёшь говорить, толку не будет! Тебя никто не услышит. Даже магия твоя не поможет! Ну это же так здорово, протянуть руку и сказать «дай»!
Остин повторял за мной хватательное движение с блаженной улыбкой на лице и молчал. А когда я открыла рот и попыталась сказать что -то ещё, перебил меня своим мычанием. Чтоб тебе горя не было!
— Ты можешь попросить пить, есть, сказать, что ты чего-то хочешь.
На последнее слово малыш отреагировал ударом кулака по столу, да так, что игрушки подскочили и в детской всё задребезжало. Ну точно, сила есть, ума не надо! Магия, магия.
— А если ты без магии останешься? Что тогда?
Выразительный взгляд малыша заставил меня покраснеть. Такое ощущение, что меня приняли за недоразвитую, что я какую -то глупость сказала. Захихикав, Остин снова замычал.
Ах так! Да? Ну-ну!
И я решила, что не буду поддаваться на все эти магические трюки. Раньше было достаточно одного взмаха или колдовского движения, теперь же. Дуля ему с маслом! Постным!
Я аккуратно сложила карточки в стопку, с горестью понимая, что очередная ночь прошла впустую, когда я пыталась сделать из каки конфетку. Ну, может арбуз получился у меня и хорошим, а вот ёжик вышел кривоватым и страшненьким. И что? Главное есть стремление! И буквы хорошо видно. Вот с этим у меня проблем не было, почти каллиграфический.