Секрет любви

С подчеркнутым безразличием он повернулся к буфету и достал оттуда кофейную кружку.
— Некоторые женщины мне нравятся. — Он сделал ударение на слове «некоторые».
Теперь уже Джейн пришлось подавить охватившее ее раздражение, и она резко произнесла:
— Но не те, которые независимы и отличаются свободомыслием? Я хорошо представляю себе женщин, которые пользовались бы у тебя успехом, — кроткие и покорные клуши.
Она вскочила и принялась расхаживать взад-вперед по кухне. Джейн злилась на Тома за его безразличие к ней, а на себя за то, что принимает это близко к сердцу.
— Послушай, я ведь извинилась, — раздраженно бросила она. — Не знаю, почему ты делаешь из мухи слона. Я видела тебя голым. Ну и что? Представься тебе такая возможность, ты бы не отказал себе в удовольствии поглазеть на меня или любую другую женщину, и не пытайся этого отрицать. И мысли твои при этом были бы не такие невинные, как мои.
— Если говорить о невинности, то я не был близок ни с одной женщиной, кроме собственной жены.
— Ты женат? — Странно, что мать ничего не говорила об этом.
— Я был женат.
— Развелся?
— Нет. Моя жена умерла.
Желание довести новоявленного родственника до белого каления исчезло само собой. Язвительная мина на лице девушки сменилась выражением глубокого смущения и раскаяния. Джейн медленно опустилась на стул.
— Прости, — тихо сказала она. В наступившей тишине слышалось лишь бульканье кофе, который Том наливал в кружку. — Мама не рассказывала мне о тебе. Я ничего не знала.
— Сахар?
Она подняла голову и наткнулась на взгляд его удивительно голубых глаз.
— Прости, что?
— Сахар. Положить тебе сахар в кофе?
— О нет… нет. Только сливки или молоко, пожалуйста. — Она взяла протянутую кружку. Том подошел к холодильнику, вытащил пакет молока и поставил его на стол. — Спасибо.
— Не стоит благодарности, — чопорно откликнулся он, наливая себе кофе. Сев напротив Джейн, Том долго молчал, глядя в окно, и, прежде чем сделать несколько осторожных глотков, подул на кофе, чтобы остудить его. Наконец он заговорил: — Однажды ночью пьяный водитель врезался в нашу машину. Моя жена скончалась мгновенно, а я не получил ни единой царапины. С тех пор прошло уже почти два года. Лучше сразу рассказать об этом. Это избавляет людей от необходимости задавать лишние вопросы, а меня — отвечать на них.
Вновь наступила гнетущая тишина. Для Джейн, любившей жизнь и все хорошее в ней, столь нелепая гибель человека казалась чудовищной несправедливостью. Сердце девушки наполнилось состраданием к сидящему напротив мужчине, пережившему тяжелую утрату. Она вдруг почувствовала необходимость сказать Тому, что душевная боль знакома и ей.
— Я тоже была замужем, но дело кончилось разводом, — задумчиво произнесла она. — Теперь все это только статистика. Один из миллионов случаев.
— Как и смерть Бланш.
— Да. — Джейн неторопливо пила кофе, незаметно наблюдая за Томом поверх кружки. В профиль его черты выглядели более чеканными. Вероятно, блеск глаз несколько смягчал непреклонное выражение, которое придавала лицу тяжелая нижняя челюсть. Джейн никогда ни с кем не делилась печальным эпизодом своей жизни и постаралась вытравить из своего сознания если не боль от неудачного замужества, то по крайней мере воспоминания, даже взяла после развода свою девичью фамилию. И вдруг она говорит об этом с Томом. С чего это, едва встретив человека, она почувствовала к нему безграничное доверие?
— Где ты живешь? — нарушил наконец тягостное молчание Том.
— В Уэстоне, полчаса езды от Бостона. Небольшой, но симпатичный городишко.
— А чем ты занимаешься?
— О, я работаю в галерее. Мы торгуем недорогими произведениями искусства, предметами для украшения интерьера и тому подобным.
— Где, в Бостоне?
— Нет, в Уэстоне. В Бостон я выбираюсь один или два раза в неделю.
— Один или два раза в неделю? А зачем ты ездишь туда так часто?
— Я…
Громкий сигнал автомобиля прервал ее на полуслове. Они одновременно взглянули в окно и увидели двухдверный «форд», остановившийся рядом с машиной Тома. Джейн наблюдала, как импозантный седовласый мужчина выбрался с водительского места и, галантно открыв дверцу со стороны пассажирского сиденья, протянул руку своей спутнице. Дорис, счастливо улыбаясь, выпорхнула из машины. Бен нежно поцеловал жену в губы, и они рука об руку направились к задней двери дома.
 
Том, словно мальчишка, сорвался с места и устремился им навстречу.
— Я уж подумал, что хозяин и хозяйка бросили меня, — заявил он, хлопнув отца по спине. — Привет, папа, Дорис. — Он наклонился, чтобы поцеловать ее в подставленную щеку.
— Прошу прощения, что мы задержались. Дорис составила огромный список необходимых продуктов. Надеюсь, ты проголодался. — Бен Уорбер окинул взглядом комнату и, заметив Джейн, приветливо улыбнулся. — Здравствуйте, а вы, должно быть, мисс Фармер.
— Дорогая, а так рада, что ты приехала. — Дорис поспешила обнять дочь. — Как ты?
— Прекрасно. — Джейн коснулась губами каштановых, тщательно уложенных волос матери, нежно обняла ее и взглянула в светящееся радостью лицо. Широко улыбнувшись, девушка заметила: — Мне не нужно спрашивать, как ты. Ты просто вся сияешь.
— И все это благодаря Бену, — зарделась Дорис и, обняв мужа, притянула его к себе. — Дорогой, это моя дочь Джейн.
Бен взял обе руки девушки в свои, его глаза, такие же голубые, как у сына, скользнули по ее лицу.
— Джейн, вы столь же прекрасны, как ваша мать. — Он поцеловал ее в щеку. — Прошу простить меня, старика, но я горел таким желанием скорее дать Дорис свою фамилию, что не оставил ей времени позаботиться об официальной церемонии бракосочетания и свадьбе.
Джейн ласково улыбнулась ему.
— Вы сделали ее счастливой! Мне доставит больше удовольствия оказаться свидетелем ее счастья, чем наблюдать за скучной церемонией обмена брачными обетами.
— И она принесла мне столько счастья, сколько я и не надеялся уже получить. Мы будем всегда рады видеть вас в нашем доме.
— Благодарю вас.
Бен, еще раз крепко пожал руки Джейн, отпустил их и повернулся к Тому.
— Смотрю, вы уже познакомились с моим сыном.
— Да, — ответила девушка, и в ее глазах блеснули озорные искорки. — У меня такое чувство, что я уже очень хорошо его знаю.
— Я так рада, — восторженно вмешалась Дорис. — Бену и мне хотелось, чтобы вы стали близкими друзьями.
— Ты даже не догадываешься, как близко я его узнала, — многозначительно заявила Джейн. Мать бросила на нее встревоженный взгляд, и девушка тут же почувствовала раскаяние. Она поняла, что ее лукавая улыбка и шутливый тон насторожили Дорис, догадавшуюся, что дочь что-то затеяла. Джейн не хотелось портить ей настроение и поэтому смиренно пояснила: — Когда вы подъехали, мы с Томом как раз беседовали, чтобы лучше узнать друг друга.
— Да, — подтвердил Том и после многозначительной паузы добавил: — Мы обсуждали, как совесть должна руководить поступками человека.
— О! — Джейн смерила его возмущенным взглядом. — Моя совесть ничуть не пострадала.
— Тогда, возможно, тебе стоит пересмотреть свои моральные принципы.
— Том… — с беспокойством начал Бен.
— О боже! — воскликнула Дорис. — А я так надеялась…
— С моей моралью все в порядке, — глядя прямо в глаза Тому, заявила Джейн.
— Тебе не удалось доказать мне этого.
— Мне нет нужды что-либо доказывать, — рявкнула она, не обращая внимания на призывы матери успокоиться. — Я никогда не считала положительными ограниченность взглядов и ханжескую благочестивость самодовольных зануд вроде тебя. Прошу прошения. — Она быстрым шагом направилась к двери. — Мне нужно принять душ и переодеться к обеду.
Джейн взбежала вверх по лестнице. Встав в ванной под душ, она включила холодную воду. Но вода, вместо того чтобы остудить ее гнев, лишь усилила его.
— Ну и невежа! — бормотала она, надевая широкую юбку и деревенского покрова блузку из пестрого муслина. Материя приятно ласкала кожу, когда Джейн подняла руки, чтобы собрать в пучок волосы. Несколько кудрявых прядей она намеренно, как бы по небрежности, оставила выбившимися на шее и висках.