Отец (СИ)

— С месяц, — ответил я, наблюдая за мужчиной.
Одет он был в легкие штаны из льна и такую же рубашку. Довольно фривольно для деловой встречи. И самое то для прогулки в солнечный день. Рубашку он не заправлял. Рукава закатал. На кисти висели какие-то дорогие часы, без опознавательных признаков. Вот и всё, что можно было сказать об этом человеке.
— За месяц запах сам не уйдёт.
— Не уйдёт, — согласился я, — Здесь годами свалка отравляла почву. Пришлось над ней поработать, чтобы это исправить.
— А вода?
— И с водой тоже. Возить сюда воду — то ещё удовольствие. А на стройке её много требуется. Поэтому поднимаем из-под земли.
— И очищаете?
— Разумеется.
Разговор плавно переходил на то, ради чего мы и встретились. Я пригласил Кассиана спуститься и отправиться в сторону мастерской. Помня о том, что кто-то изучает мои печати, и том, что этот мужчина определяется как живая аномалия с неизвестными способностями, я специально выстроил маршрут и подготовил мастерскую таким образом, чтобы он не увидел ничего лишнего. А если увидел, то ничего не понял.
Пока шли, обсуждали всякое разное. И стройку, и экологию, и те решения, которые имеются.
Как пришли, показал то, что подготовил.
— Что это? — спросил Кассий, разглядывая шар.
— Универсальный очиститель. Я подготовил небольшую демонстрацию, чтобы было нагляднее.
Для демонстрации пришлось создать бадью, в которую залил воды. На столе ждал пакет с красителем.
— Это обычный краситель. Токсичный, если верить составу. Пить с ним воду строго не рекомендуется, — пояснил я.
После чего вскрыл пакет и под заинтригованным взглядом Кассия высыпал содержимое в воду.
— Разумеется, добавить можно что угодно. Любой металл, соединение, да все в принципе. А теперь главное.
Я взял лопатку, помешал воду, отчего она посинела, забрал у Кассиана сферу, крутанул её и разделил на две части. Внутрь насыпал крупицу красителя. Закрыл и кинул в воду.
А дальше началось то, что я уже с десяток раз наблюдал. Вода принялась светлеть, а вокруг шара собирались крупицы красителя.
— Замечу, что это всего лишь прототип. Я не беспокоился о дизайне и удобстве использования. Поэтому доставать несколько некомфортно.
Краситель отделился от воды, прилип к шару, и я вынул его вместе с синим слоем. При этом часть осталась на моей руке, но стоило положить шар на стол и чуть отвести ладонь, как частицы красителя стали отлипать и перелетать на артефакт.
— Очень… необычно, — выдал Кассий. — Это можно сделать с любым веществом?
— Да. А значит, можно очищать воду и воздух. На стройке неспроста так легко дышится. Вся пыль собирается с округи.
— Артефакт ведь не работает просто так? Он что-то тратит? Какая у него мощность?
— Мощность — настраиваемая. А что тратит — я это называю энергией мира. Хорошая новость в том, что её разлито вокруг много, а работа артефакта особых затрат не требует. Если, конечно, не надо увеличить мощность и скорость. Тогда там другие решения потребуются.
— Звучит заманчиво, но нужны цифры, чтобы сделать из этого конкретный проект. — сказал задумчиво Кассиан, — К примеру, вот этот артефакт как долго проработать может?
— В теории непрерывно, годами. На практике — могут быть и остановки, но он сам подзаряжается, поэтому постоит и снова заработает.
Я не стал уточнять, что, если закинуть артефакт в воду, то через несколько лет, в теории, он может заржаветь или как-то деформироваться. Я и эти моменты учитывал, но всегда могло что-то пойти не так, поэтому, возможно, будет нужно дополнительное, профилактическое обслуживание.
— Это устройство идёт в разрез с тем, как работают обычные механизмы. Удивительно, — казалось, Кассиан пришел в неподдельный восторг. — Эдгард, а сколько штук ты способен сделать, допустим, за месяц?
— А сколько надо? Проблема в том, что у меня и других дел хватает. Артефакты, какими бы полезными они ни были, штучная и ручная работа.
— Да, в этом большой минус. Учеников у тебя нет?
Я напрягся от этого вопроса. Самую малость, не ожидая, что меня так прямо спросят о столь интимной вещи.
 
— Откуда же им взяться, — пожал я плечами. — Да и появись они, надо их сначала научить. Это если повезет найти кого-то, подобного мне. С чем, как мне известно, есть трудности.
— После нашей с тобой встречи, — сказал Кассиан тем тоном, каким люди делятся откровениями, — я провёл небольшое исследование. Собрал статистику по одаренным. За последние лет сто их значительно прибавилось.
— Да? — заинтересовался я. — Любопытно, с чем это связано.
— Возможно, с тем, что людей становится больше, — Кассиан заглянул мне в глаза, и я понадеялся, что он хотя бы мысли не читает. На что при его-то силе не такая уж малая вероятность. — Один процент от миллиона не так заметен, как от миллиарда. Ещё, возможно, люди научились лучше определять тех, кто одарен.
— А статистика по всему миру или только по островам?
— По островам и некоторым европейским странам. Мои возможности простираются не настолько далеко, чтобы исследовать в этом вопросе весь мир, — Кассиан виновато развёл руками. — Так что кто знает. Может, ты первая ласточка из многих, кто скоро полетит?
— Не уверен, что миру этой пойдёт на пользу. — Я автоматически соскочил на любимую тему.
— А вот тут соглашусь! — рассмеялся мужчина. — Чего стоят только дела во Франции. Были все предпосылки к тому, что Дюваль знатно потеряют во влиянии, но нет, их враги обломались, когда попытались проникнуть на территорию.
— Следишь за конфликтом?
— Конечно, — ответил он, как само собой разумеющееся. — Это ведь конфликт такого уровня, что всю Европу может захлестнуть. Никто из крупных родов и кланов не оставил его без присмотра.
Я кивнул, и мы продолжили начатый разговор. Обсудили, как можем быть полезны друг другу. С меня артефакты, а с Кассиана обеспечение всего остального.
Он сходу предложил заняться очисткой воды в Лондоне, на главном острове. Нехилая такая заявка. Я этот момент с князем лично обсуждал. Не только с Ольгой Владимировной, но ещё и с ним. Любой серьезный проект в рамках страны — это укрепление ее имиджа. Вот сделала Гвоздёва открытие — и князь это может использовать. Не напрямую. Не будет он бегать и кричать об этом. Но слухи разойдутся, и на очередных переговорах это может благоприятно сказаться. Добавить пару грамм на чашу принятия решения. Возможно, Гвоздёва пока не самый яркий пример. Та же броня и блокираторы куда лучше поднимают престиж. А вместе с ним и опасений добавляют, потому что с вооруженным артефактами противником связываться себе дороже.
В общем, любые проекты работают на репутацию и имидж, что полезно и одобряемо. А вот проекты с другими государствами — это уже, помимо репутации, добавляет конкретные связи. Не варвары из отсталой страны, а надежный подрядчик.
Поэтому контакт с Кассианом, если исходить из того, что он не посланец организации, — большая удача. Тем более заняться таким проектом, как очистка воды для целого города, ещё и столицы.
— Когда ты сможешь приступить? — спросил он.
— А когда нужно? — улыбнулся я.
Этот вопрос стал одним из самых частых в наших разговорах. Я могу многое и быстро, но это если очень надо. А если не очень, то не могу. Типичная ситуация для любого занятого человека.
— Через пару месяцев нормально? — предложил Кассиан.
— Вполне.
— Тогда где-то через месяц я пришлю своего человека с документаций.
— Договорились.
— Выпустишь?
Находились мы в зоне действия блокиратора, поэтому перемещения были заблокированы. Насколько артефакт действительно способен удержать Кассиана — отдельный вопрос. С его силой может и осечка выйти. Пока я не выкручу блокиратор на максимум.
 
Когда он ушёл, я задумался о том, что мне нужна команда под этот проект. Хотя бы для того, чтобы переговоры вести. Не все же вопросы самому обсуждать. А ещё требуются юристы и те, кто оформит всю документацию. Надо бы вообще этот вопрос изучить, как вести дела двум аристократам из разных государств.