РОКОШ (СИ)

— Не могу знать, господин капрал, источник информации утерян вместе с Гнусом.
«Свали отсюда, Сол!», — рявкнул капрал, и меня словно ветром сдуло, злить его очень не хотелось, в памяти еще свежи были воспоминания о летающих курсантах.
Вернувшись на свою огневую точку, я перепроверил обстановку и, любовно погладив свой Стакс, начал планомерно мониторить изменения в пространстве.
Резиденция барона Лакана.
Угго Лакан проснулся с тяжелой головой, выспаться ему толком не удалось, тяжелые мысли и воспоминания навевали дурные сны и после очередного кошмара, в котором он опять увидел ужасы, которые пришлось пережить его девочке, он решительно поднялся со своего роскошного кресла и размял затекшую поясницу. Ну вот и все, все дела сделаны, баронство на всякий случай переписано на дальнего родственника, будет ему сюрприз и беспокойное наследство если не удастся выполнить план. Но все это уже не имеет значения, время, отведенное ему, истекло, осталось последнее, лично прикончить наместника на глазах у всех, только тогда полетят во все стороны отложенные публикации. Местный сектор галонета, заблокированный по его приказу, разблокируется, и местные жители смогут разнести информацию по всем закоулкам Содружества. Наверняка журналисты будут рады пролить свет на это событие.
Барон подошел к стеллажу, на котором покоилась его родовая шпага, протянул к ней руку и нежно погладил ее ножны: — «Ну что, подруга, настало время поработать, долго ты скучала без дела», — прошептал он, а затем аккуратно снял ее с изящной подставки и на треть вытащил из ножен.
Прекрасно отполированный металл клинка заиграл в свете ламп, улыбнувшись чему-то своему, барон вернул клинок в ножны и направился в соседнюю комнату, здесь было его личное пространство, и он кроме дочери никогда и никого сюда не допускал. Посмотрев на множество самых разных вещей, которые собирали его предки и сам барон, он прошел глубже и вошел в гардероб, Угго Лакан был военным и редко позволял себе щеголять в гражданской одежде, он настолько привык к пустотным комбинезонам и боевым скафандрам, что ощущал себя без них совершенно голым. Но сегодня особенный случай и предстояло блеснуть во всей красе, руки начали перебирать парадные камзолы и остановились на одном из них. Родовые цвета — багрово-красный с тёмно-зелёной окантовкой, самое то, что нужно. Стянув с себя комбинезон, Угго направился в туалетную комнату и принял душ, потом неспеша оделся, проверяя как сидят на нем все детали парадных одеяний. Удовлетворившись собственным видом, он подпоясался перевязью со шпагой и еще раз оглядел комнату. Уголок его глаза нервно дернулся и он, развернувшись, решительным шагом вышел из комнаты.
Резиденция наместника императора
Я сидел и не отрываясь следил за противником, несколько раз я запускал дрона в воздух и заметил, что активность его начала повышаться, это явно было не к добру, скорее всего они готовятся раздавить нас, и сделать им это будет не очень сложно. Всего-то делов, подтянуть несколько тяжелых систем и влепить в основание здания парочку залпов, вся эта махина вместе с нами рухнет, тут и думать нечего, сам бы я давно так и поступил. День перевалил за середину и солнце Гарраны уже начало клониться к закату. Именно в этот самый момент высоко в небе прямо над нами проявилось гигантское голографическое изображение мужчины в красном камзоле. Никогда доселе я не видел ничего подобного, хотя, чему тут удивляться, технологии не самые и новые. Человек, а я уже догадался, что это тот самый мятежный барон, принял торжественную позу и начал свою речь.
— Народ Гарраны, я наследный барон Гата-кси Угго Лакан, приветствую Вас. Я благодарю вас за ту поддержку, которую вы мне оказали и прошу прощения за то, что для многих из вас это принесло горе, многие лишились близких людей и имущества. Знайте, они погибли за правое дело, и всем пострадавшим будет оказана вся возможная помощь. Трасты для этого созданы, и что бы не случилось, все ваши проблемы будут решены.
— У всех вас наверняка в уме один и тот же вопрос. Зачем? Зачем я все это сделал? Я это сделал ради чести, своей лично и своей семьи, чести каждого Гарранца. Мою дочь вместе с ее подругой убили, зверски поиздевавшись пред смертью и совершил это мерзкое злодеяние ни кто иной, как наместник империи Аратан граф Нисон Регул. Именно это животное, забившееся от страха в своей башне, повинно во всем, именно оно погнало на убой доблестных курсантов-десантников и силы полиции подконтрольные ему. Империя прислала его сюда, и именно она в ответе за его деяния. Рокош объявлен мной согласно древним обычаям наших прославленных предков, и он должен быть закончен по этим законам.
 
— Я обращаюсь к тем, кто находится в здании резиденции наместника, я знаю, что среди курсантов и их командиров немало аристократов, я обращаюсь к вашей части. И к вашему разуму. Только кровь тех, кто повинен в рокоше сможет потушить его, мне не нужны ваши жизни, мне нужна только одна. Жизнь подлого насильника и убийцы. Сделайте правильный и честный выбор. Я верю в Вас.
— Я обращаюсь к тебе трусливое животное, ты не можешь меня не слышать. Возьми в руки клинок и выйди на поединок, ты погубил уже множество жизней, не стоит добавлять еще несколько на весы вечности. Я приду к тебе открыто, без страха в сердце и буду ждать. Докажи, что ты можешь сражаться не только с беззащитными женщинами, трус.
— Огонь по зданию прекратить.
Барон ударил себя в грудь имперским салютом, и голограмма растаяла в воздухе. Беспокоящий огонь по нам тоже прекратился, но я не спешил покидать позицию. Я прокручивал в голове всё сказанное этим человеком. Не все что касалось этого мятежа я понимал, но слова Угго Лакана задели меня за живое. Так вот оказывается, из-за чего все это произошло. Граф изнасиловал и убил двух девушек, причем одна из них была дочерью самого барона. Это же уму непостижимо, что в голове у этого отморозка. И он думал, что ему это все просто так сойдет с рук. В мире продвинутых технологий, когда даже в дырке унитаза скорее всего есть датчик и камера. И из-за этого урода погибли практически все мои товарищи, практически вся академия уничтожена. Посидев еще немного, я встал и направился во внутренние помещения, слова барона задели меня за живое, и чем больше я об этом думал, тем сильнее мне хотелось потолковать с этим графом по душам.
В своей предыдущей жизни я сталкивался с насилием в отношении женщин всего несколько раз, но один особенно запомнился мне и засел в памяти. Это случилось еще там, на Земле. Мы сидели в то время на одном из блокпостов расположенном на окраине одного небольшого недавно освобожденного от нацистов городка. Стоял теплый весенний вечер, фронт ушел вперед, ну а нам выпала короткая передышка для доукомплектования. Внезапно, из сгущающихся сумерек появилась фигура девушки, она шла как-то неестественно раскачиваясь. Бойцы сразу же напряглись и направили на нее оружие, ей тут просто нечего было делать. Поравнявшись с нами, она посмотрела на нас заплаканными глазами и упала, пришлось оказывать помощь и выяснять, что же произошло. Оказывается, девушку изнасиловали двое местных парней, каким-то чудом не попавших на фронт со стороны противника.
Разговорив девушку и напоив ее чаем, мы узнали, что она помнит примерно, где это произошло. Недолго думая, собрали добровольцев и, попрыгав в машины, мы направились на поиски. Через четыре часа подомовых обходов искомые отморозки были найдены и упакованы. Настало самое тяжелое, вернуть девушку домой, мне как старшему пришлось заходить в дом. Пройдя в ворота, я увидел вышедшего мне на встречу немолодого мужчину, он с тревогой смотрел на меня и стоящих возле ворот солдат. Пришлось рассказать ему обо всем что произошло и предать дочь отцу. Тяжело было стоять и смотреть в его глаза, особенно когда мы притащили ему двух связанный ублюдков.
Он задал тогда всего один вопрос: — «Командир, дашь автомат?».
И я дал, не опасаясь, что он направит его в мою сторону, просто почувствовал, что так надо. Раздались две короткие очереди, и месть была совершена, автомат вернулся ко мне, а мужик попросил забрать и скинуть тела в реку. Так мы и сделали. И я считаю, что более правильного поступка я в своей жизни не делал. И вот опять, ситуация очень похожа, только теперь я на стороне подобного урода. Нет. Не согласен. И пусть я совсем недавно стал аристократом, честь свою я старался хранить всегда.