РОКОШ (СИ)
«Десантура! — проревел мой усиленный микрофоном голос, — смирнооо! Щас петь буду!», — толпа моментально автоматически выполнила команду и уставилась на меня, еще не понимая, что происходит.
Махнув рукой Мингу, я настроился, погружаясь в воспоминания, как только прошел проигрыш, я запел известную каждому десантнику песню «Одуванчики».
На первых строчках никто еще особо не понимал, о чем это я там пою, все стояли и слушали вольный перевод нашей знаменитой песни на универсальный язык Содружества, но, как только я дошел до второго куплета, народ начал несмело подпевать.
А я все пел и пел, на втором припеве разгоряченные выпитым будущие десантники уже горланили, обнимаясь за плечи:
'Ой мама смотри что-то падает, похожее на одуванчики,
Женщина улыбается — это, сынок, десантники'.
На последних строчках непривычные к такому стилю музыки ребята рыдали, выводя слова припева, а когда я замолчал и звуки аккомпанемента смолкли, раздался неистовый рев пятидесяти луженых глоток, требуя повторить. Пришлось спеть, тем более, я был не против приобщить сокурсников к нашей культуре. Минг был в восторге, он шепотом попросил меня спеть еще что-нибудь в этом духе, и я напел ему мотив еще одной песни — «Расплескалась синева». Несмотря на то, что как таковой десантной подготовки у нас еще не было, все мы были уже в курсе того, как происходит десантирование, конечно же никаких парашютов тут нет, десантные боты и индивидуальные десантные модули для тяжей, но песня зашла. Закончив выступление, я оставил Минга отдуваться, он благоразумно записал мое исполнение, и «Одуванчики» с «Синевой» крутились одна за другой.
Я вернулся на свое место и продолжил увлекательное поглощение почти элитного пойла.
Неожиданно сзади меня кто-то обнял, и я с удивлением обнаружил Лесли, одну из наших девушек, она приблизила свои губы к моему уху и прошептала: — «Джон, это было прекрасно. Знаешь что? Пойдем со мной, тут у них есть укромное местечко», — она опустила свою руку мне на пах и сжала мое достоинство.
«Лесли, ты же знаешь, что мы с парнями на препаратах. Какой смысл? Нет, ты, конечно, девушка симпатичная, но это будет издевательство», — попытался отказаться я.
«Пошли, или ты хочешь, чтобы я прямо тут на тебя залезла?», — потребовала она, и я, сам не знаю почему, согласился, хоть за женскую грудь подержусь, раз предлагают.
Девушка повела меня куда-то в глубь бара, открыла неприметную комнату и втолкнула меня внутрь. Вся комната внутри представляла из себя обитое мягким материалом помещение и, как только мы оказались внутри, девушка, выбравшая путь среднего десантника и уже имеющая довольно солидный вес, сбив меня с ног, запрыгнула сверху. Она достала что-то из кармана и закинула себе в рот. После этого она наклонилась надо мной и впилась мне в рот горячим поцелуем, я ответил, и в этот момент она что-то раскусила у себя во рту. Не успел я отреагировать, как мне внутрь начала поступать какая-то сладковатая жидкость, смешанная со слюной девушки, я машинально сглотнул и оторвал от себя подругу.
«Это что за фигня?», — возмутился я, глядя снизу вверх на пьяненькую наездницу.
«Стимулятор, Белла продала, сейчас все должно заработать», — хихикнула она и начала расстегивать мой комбинезон.
А через десять секунд я уже сам проделывал с ней то же самое, потому что препарат сработал. Да еще как. Чувствую я, это место станет для меня очень важным в следующем увольнении. Держи глаза, Лесли!
Вышли мы из комнаты для уединений только через два часа, когда действие стимулятора закончилось, уставшие, но довольные, напоследок она чмокнула меня в щечку и попросила никому не рассказывать о том, что только что произошло, хотя я и не собирался этого делать. Настоящий десантник своими постельными победами ни с кем не делится.
Вечер клонился к закату и приближалось время возвращения, я купил у пышной барменши еще одну бутылку алкоголя в подарок старшине и взял на всех специальный препарат, который должен был снимать воздействие спиртного. Некоторым пришлось насильно запихивать его в рот, потому что сами ничего проглотить они не уже могли. Как только я проглотил пилюлю, то довольно быстро почувствовал, как начинаю трезветь, какое чудное лекарство, толпа совсем еще недавно в сопли пьяных курсантов на глазах превращалась в нечто относительно боеспособное.
Распрощавшись с гостеприимным заведением, мы вывалились наружу и отправились в сторону уже ожидавшего нас транспорта, пришлось по-быстрому вернуться и купить еще одну бутылку, но качеством пониже. Я здраво рассудил, что нас однозначно будут обыскивать на входе, а с водилой можно договориться и он провезет контрабанду на территорию академии.
Подойдя к бронированному автобусу, я постучал в водительскую дверь, но мне никто не ответил, тогда пришлось постучать при помощи ноги, и опять никакого результата. Мне ничего не было видно за толстенным бронестеклом, поэтому, я сделал еще одну попытку, постучал только что купленной бутылкой в стекло. Мелодичный звон оказал магическое воздействие на водилу и небольшое окошко, предназначенное для ведения огня тут же, открылось.
«Что, кому, куда?», — спросил голос.
«Это, — я протянул ему бутылку, — тебе, а это, — я протянул бутылку с другим напитком, — энсину Штаеру. Знаешь такого?».
«Знаю, — буркнул водила, оценив обе бутылки, — давай, жмот, для Ганса бесплатно».
Обе емкости исчезли в отверстии, и оно опять захлопнулось, мы погрузились в транспорт и поехали, собирая ухабы, на встречу со знаниями. Уж не знаю, что случилось с водителем, но назад он вез нас относительно нормально, видать не было у него никакого желания отмывать салон боевого транспорта от продуктов нашей веселой жизнедеятельности. Прошло немногим больше получаса, и мы уже оказались на территории нашей достославной, ордена Сутулого третьей степени, десантной академии имени флаг адмирала Сильдони, кем бы ни был этот увековеченный боевой, а может и не очень офицер.
На входе нам провели тщательный осмотр на предмет проноса запрещенных веществ и жидкостей, однако, ничего обнаружено у нас не было, и раздосадованный офицер вынужден был пропустить нас на территорию. Так закончилась наша первая увольнительная, в фонтан не ныряли, морды никому не били, но отдохнули неплохо.
По прибытию в казарму нас построил ротный и, внимательно осмотрев наши довольные лица, отправил нас спать, с завтрашнего дня у нас начиналась настоящая десантная подготовка и разбивка на специальности.
Глава 4
Первый десант
Этот день мы должны были запомнить на всю оставшуюся жизнь, первая тренировочная десантная высадка. Для тяжей были приготовлены индивидуальные десантные капсулы, а для нас легкачей и середняков десантные боты. Единственное отличие от реального боя и настоящей высадки было в том, что тяжи, как и мы все должны были десантироваться в своих индах в нашей стандартной учебной броне, только после сегодняшнего дня должна была начаться узкая специализация в нашем обучении.
Утро, как и всегда в последнее время, началось с сигнала тревоги, омерзительный звук которой сообщил нам, что сегодня нам надо одеться по-боевому. Я тут же заученным движением откинул одеяло, перевернулся и упал в крепкие братские объятия своего скафандра. Пользоваться им я научился уже на автомате, поэтому по-быстрому проверил функционирование всех систем и загерметизировался, функционал нейросети объединился с модулем управления скафандром и на внутреннем проекционном дисплее скафа отобразилась вся необходимая информация, уровень энергии и запас дыхательной смеси был на максимуме. Тестирование мускульных усилителей прошло штатно, и я встал из зарядного бокса, на все про все у меня ушло не более десяти секунд, очень неплохой результат, но тут надо отдать должное моей нейросети, все-таки не хухры-мухры, а аграфская биотехнология. Один за другим мои сокурсники вставали в строй и в общем канале раздались охи, вздохи и сдавленные стоны. Общее самочувствие курсантов, так весело проводивших свою увольнительную, оставляло желать лучшего, вчерашняя пилюля с говорящим названием «Протрезвин» оказывала потрясающий эффект, но, к сожалению, она не гарантировала, что похмелья не будет. Я, в отличии от большинства товарищей, не стал травить себя сомнительным пойлом, а употреблял боле-менее приличный алкоголь, поэтому чувствовал себя довольно неплохо, голова не болела и настроение перед предстоящим учебным десантированием я имел прекрасное.