Верь мне, Есения (СИ)
— Ну-ну, — подчеркнуто понятливо покачивает головой друг. — Как же не любимое? Место былой славы, как никак. Я ведь в курсе о твоем доблестном сражении с рытольником.
Молча вздыхаю, вытирая руки салфеткой. А что сказать? Ажиотаж вокруг истории утих, но ведь не забылся…
— Все, я отдохнул и подкрепился. Ты, смотрю, тоже, — внезапно выдает парень. И я даже не успеваю ничего сообразить, как он подхватывает меня со скамейки и увлекает на танцпол. — Ты должна меня отблагодарить танцем.
— Я? — изумленно округляю глаза, но ладони на его плечи все же опускаю.
— Ты-ты, — подтверждает мой внезапный кавалер. — Я тебя спас от обжорства, храбро уничтожив все запасы провианта. За такое ты мне должна даже не один танец. Я ведь бесстрашно жертвовал собственной стройной фигурой!
С губ срывается смешок. Ну, как такому откажешь? Сегодня, похоже, у меня есть все шансы сыграть роль Золушки до конца, и даже танец с принцем намечается.
Поднимаю взгляд, встречаясь глазами с Кейном, и словно проваливаюсь в бездонный омут. В них желтыми всполохами отражаются волшебные огоньки и золотое конфетти, которое снова начинает сыпаться с потолка. От горячей мужской ладони на моей талии словно пробегают тысячи искорок, разлетаясь по телу остренькими возбуждающими иголочкам. Сердце замирает где-то прямо в горле, стучит набатом в ушах, а голова делается легкой, словно шарик, наполненный гелием. Мне кажется, еще чуть-чуть и я взлечу.
Его лицо наклоняется ко мне все ближе и ближе, а внутри все сладко замирает в предвкушении.
Глава 36
Невольно вспоминается поцелуй Ашкая, стремительный, горячий, пылкий, как яркая вспышка света, как взрыв, как фейерверк. Но думать в такой момент о другом мужчине неправильно. Без сожаления выбрасываю ненужные мысли из головы и сама подаюсь вперед. Сейчас есть только Кейн.
Наши губы встречаются, и на миг перехватывает дыхание. Не-е-е-т, этот поцелуй не похож на взрыв. Он — сладкий мед, тягучая патока, сахарная карамель.
Где-то внутри вспыхивает маленькое солнце, разгорается жаром, бежит по венам жидким пламенем, заставляя трепетать, дрожать от удовольствия. Ноги трясутся, превращаясь в желе, и если б не рука, крепко держащая меня за талию, я бы тут же упала, как подкошенная.
Я забываю, что мы не одни, что вокруг нас такие же танцующие парочки, что мы стоим посреди зала, и каждый может увидеть происходящее между нами. В эту секунду для меня не существует больше никого, только он.
Мне кажется, что проходит вечность, прежде чем прерывается поцелуй.
Кто-то нечаянно толкает меня в спину, и волшебство пропадает. Я еще несколько мгновений смотрю затуманенным взором, приходя в себя, пока до меня не доходит, где мы на самом деле находимся. Лицо заливает краска стыда — это же любой мог увидеть, что мы тут вытворяли.
Кейн тоже выглядит слегка растерянным, но вполне довольным и ничуточки не смущенным.
— Ребята, что сейчас бу-у-у-дет! — возле нас непонятно откуда появляется Мак, тот самый парень, который испугал Лавон на практикуме. — Мы такое приготовили!
Его глаза блестят в предвкушении, но я, прекрасно помня чем закончилась его прошлая шутка, совсем не разделяю его веселье. Кейн, судя по всему, тоже.
— Что ты опять выдумал? — хмурится друг, невольно прижимая меня к себе еще крепче.
— Да не боись, — беззаботно хлопает его по плечу Мак, у меня все под контролем.
— Это-то меня и пугает, — едва слышно произносит Кейн.
И я полностью с ним согласна. Но наш собеседник мило и невинно хлопает ресницами, словно упрекая нас, таких плохих и гадких, не верящих бедному несчастному безобидному мальчику.
Я вполне могла бы обмануться и устыдится, поверив этому демонстративно наивному взгляду, если бы краем глаза не заметила отделяющуюся от стены тень.
Резко поворачиваюсь, всматриваясь внимательнее, и удивленно хлопаю глазами. Чучело ку-ши, жуткого желтоглазого пса — предвестника смерти, спрыгивает со своего помоста и, скаля острые зубы, направляется в толпу.
Народ, заслышав угрожающее рычание, в страхе расступается, давая дорогу кошмарному монстру, никому не хочется становиться на пути твари, способной предсказать погибель. Некоторые из девчонок в страхе пищат, парочка натурально изображают обморок и даже несколько парней-боевиков тянуться к поясу за оружием, забыв, что на бал не предполагается его брать.
И только Мак хитро посмеивается у нас за спинами, да еще тройка парней из его компании спокойно усмехаются, наблюдая за этим действием из разных уголков зала.
— Классная шутка, правда? — хмыкает довольный собой Мак. — Не бойся, Есения, все идет по плану. Это всего лишь модель ку-ши и изумительный артефакт, управляющий ею. Сейчас пес несколько минут побродит по залу и замрет. К сожалению, сам артефакт недолговечен, заряда хватает максимум на пять минут. Но мы над этим работаем.
— Вы идиоты! — цедит сквозь зубы Кейн. — Ситуация в городе и так неспокойная, а вы еще шутить надумали!
А собака и в самом деле, порыкав и попрыгав на окружающих, многие из которых уже догадались, что это глупая шутка, начинает замедляться. Движения животного становятся все более механическими и рваными.
Но спустя миг ее глаза снова вспыхивают желтым потусторонним светом, и она резко вскидывает лобастую голову. Безошибочно найдя меня взглядом, ку-ши напрягает все четыре лапы и кидается в нашу сторону, отшвырнув с дороги какую-то девушку. Бедняжка отлетает к стене, как кукла, и, тихо застонав, соскальзывает на пол.
— Это тоже по плану? — спрашиваю дрожащим голосом, хотя ответ и так очевиден.
— Нет, — мотает головой Мак и находит взглядом таких же растерянных сообщников. — Этого не должно быть!
И хоть монстр несется на меня, я не в силах сделать и шагу, чувствуя, как мои ноги буквально примерзают к полу. Толпа кидается врассыпную, быстро сообразив, во что превратилась безобидная шутка.
— Беги! — резко дергает меня за руку Кейн.
А с постаментов у стен начинают соскакивать остальные муляжи не менее опасных и жутких тварей.
Глава 37
Повинуюсь приказу и бросаюсь в сторону, краем глаза успевая заметить, что парень кидается наперерез ку-ши в попытке задержать безумную куклу.
Несколько дежурных преподавателей уже согнали студентов в одну кучу и аккуратно выводят через французские окна во внутренний двор академии. Магистр Тус и магистр Фалько прикрывают эвакуацию младших курсов, уже успев уничтожить ополоумевшее чучело Баньши и парочку лыкасов.
Прижимаюсь спиной к стене, судорожно прикидывая, как мне добраться до преподавателей, я ни разу не боевик, помочь ничем не могу, только путаться под ногами и мешать. Возле меня уже трое старшекурсников с легкостью расправились с огромным троллем, и теперь один из них присоединяется к Кейну.
В отличие от тролля, ку-ши изворотливый, юркий и хитрый. Как так получилось, что макеты приобрели навыки и умения своих прототипов? Не верится мне, что так умело постарались Мак и его друзья, не настолько же они и глупы, в конце концов, чтоб подвергать опасности всех вокруг.
Вереница спасающихся студентов редеет, уже большая часть в безопасности во дворе, где над ними взяли шефство старшекурсники с целительского факультета.
— Есения, — находит меня глазами магистр Бертон. — Бегом сюда.
Я коротко киваю и начинаю продвигаться в сторону преподавательницы, но не успеваю сделать и парочки шагов, как слышу прямо возле себя угрожающее рычание. Резко поворачиваюсь, чтоб встретится взглядом с белесыми мутными глазами полуразложившегося трупа, от которого разит мертвечиной, как от самого настоящего зомби.
Бездушный размахивается огромной лапищей, я в страхе прикрываю голову руками, но внезапно меня закрывает спиной непонятно откуда взявшийся Джер. На несколько секунд выведя нападающего из строя метким ударом в голову, он хватает меня за плечо и быстро заталкивает в маленькую неприметную боковую дверь, надежно скрытую портьерой. А спустя несколько мгновений и сам оказывается за ней. Деревянную створку сотрясают мощные удары, грозя сорвать с петель хлипкую защиту. Привалившись к ней спиной, блондин переводит дух и останавливает на мне обеспокоенный взгляд.