Верь мне, Есения (СИ)

— Тем не менее, он в списке под первым номером, — гнет свою линию Бела. — Посуди сама. Он сирота. Сказочно богат. И происхождение свое держит в тайне.
— Ладно, — кивает ее оппонентка. — А кто еще?
Перед тем, как назвать второго претендента, интриганка Белинда делает небольшую паузу.
— Улам Ставалис, — провозглашает коварная Бела, обводя взглядом опешивших девчонок и нахмурившихся парней.
— Улам… М-м-м-м… — восхищенно тянет Лавон. — Он такой потрясающий. Я видела его на тренировке. Меня попросили позвать мастера Рассела в деканат, а у пятого курса как раз были занятия. Как он с мечом управлялся…
Глаза девушки мечтательно закатываются, а грудь вздымается от волнения.
Мы дружно прыскаем, представив воплощение маскулинности, умело орудующее мечом на уроке боевого мастерства, чем вызываем недовольство парней. Когда страсти стихают, а Лавон, вынырнув из мира грез, уже способна адекватно воспринимать дальнейшую информацию, Белинда продолжает, поспешно называя остальные имена.
— Еще как варианты: Джейсон Тувари, Джер Валейрон, Лукас Марвей, Питер ван Дарк… И… с недавних пор список пополнился еще одним именем.
— Каким? — не выдержав, спрашивает Стюарт, пока мы озадаченно переглядываемся.
— Талбот Лойд, — заявляет невозмутимая девушка.
— Чего? — фыркает Тал, поперхнувшись напитком. — Вы там с ума посходили?
Изумление так и плещется в наших глазах, а взгляды становятся подозрительными и цепкими. Надо же. Тал может оказаться принцем.
— Подожди, как Тал? — первой приходит в себя Ванора. — Он же наш однокурсник.
— Наш-то, наш, — лукаво смотрит из-под ресниц Белинда. — Да только, сколько тебе лет, Тал?
— Ну, двадцать, — чуть помявшись, отвечает парень.
— Вот, — удовлетворенно кивает одногруппница. — И ты проучился в приграничной военной академии два года, так?
— Так, и что? — недовольно шипит парень. — Много кто так делает.
Но, видя наши заинтересованные и ничуть не удовлетворенные такими объяснениями взгляды в отчаянье восклицает, — Девчонки, вы вообще нормальные? Какой из меня принц?
— Да тише ты! — внезапно шикает на него Белинда. — Еще шпионы услышат и карантам донесут!
Я начинаю опасливо оглядываться по сторонам и цепляюсь взглядом за знакомую фигуру. Показалось или на самом деле он? Человек сидит за соседним столиком, накинув на голову капюшон плаща, и подробно разглядеть его лицо не получается, но что-то екает в сердце, заставив задрожать от страха.
— Ну, во-первых, пока я студент академии, я под защитой этой самой академии, — тем временем продолжает Тал, не теряя надежды нас убедить в своей непричастности к королевской семье. — Главное пропуск с собой носить. А во-вторых, ты искренне полагаешь, что у карантов нет этого самого списка продублированного до малейшей закорючки?
— Какой же ты скучный, Тал, — вздыхает Бела. — Прям до оскомины на зубах, фи!
— А ты глупая, — не остается в долгу парень.
— Это я-то глупая! — с обидой восклицает одногруппница. — Сам такой!
— А ну ка дай мне этот список, — выхватывает у нее из рук свиток Лавон. — Так-так… Закарий, Улам, Питер, Джер, — начинает она по очереди зачитывать имена. — Вот Джер похож на принца. Такой надменный и противный тип!
— Да неужели? С этого места попрошу поподробнее, — звучит внезапно голос, и я, подняв голову, замечаю сидящего за соседним столиком и прислушивающегося к нашему разговору блондина и Кейна. Значит, я не ошиблась. Вот кто прятался под капюшоном.
Лавон становится белее стены и дрожащими руками пихает листок с именами обратно Белинде.
— Привет Джер, Кейн, — здороваются с ними за руку наши парни.
— Я слышал, тебя нужно поздравить с попаданием в список избранных, Тал, — веселится блондин.
— А то! — хохочет Талбот. — Не хотите присоединиться к нам?
Я испуганно сглатываю, ловя на себе хищный взгдяд Джера и сочувствующий Кейна. Да, чтоб вас ухольники в болота завели! Вот это не везет!
— Есения, что с тобой? — интересуется Лали, заметив разлившуюся по моему лицу бледность. — Тебе плохо?
Вскакиваю со своего стула, едва не перевернув оный, и скороговоркой выпаливаю:
 
— Тут душно. Мне срочно нужно на воздух! — главное сейчас побыстрее покинуть эту враз ставшую неуютной компанию.
Поспешно выбегаю за дверь, не замечая, что за мной кто-то кинулся вслед, и, оказавшись на улице, облегченно выдыхаю, чувствуя, как свежий прохладный воздух охлаждает разгоряченные щеки.
  
Глава 17
 
Прислоняюсь пылающим лбом к шершавой поверхности деревянного столба, держащего крышу небольшого крылечка, и вздыхаю. В голове, наконец, проясняется, а испуганные мысли прекращают метаться всполошенными зайцами. Ну, встретила я этого самого Джера, ну присоединился он к нашей компании, но что он мне сделает? Не убьет же, в самом деле. Отомстить-то — отомстит наверняка, только не бегать же мне от блондина все года учебы. Это бред несусветный. С ним нужно поговорить, извиниться, не знаю, может, тортик купить или что он там любит, в качестве компенсации, и перевернуть эту неприятную страницу своей жизни.
Но как только я успокаиваюсь и, наметив план действий, решаю воплотить его в жизнь, мне на плечо опускается рука. Вот, казалось бы, я же все обдумала, пришла к правильному выводу, убедила себя, что нечего мне боятся, а все равно от одной только мысли, что за спиной стоит разгневанный Джер, в душе просыпается желание кинуться наутек.
Собираюсь в кучу и, преодолев инстинкт самосохранения, медленно оборачиваюсь.
— Есения, с тобой все в порядке? — в голосе Кейна слышится беспокойство, которое, как не крути, мне безумно приятно. — Проводить тебя домой?
Парень стоит один, видимо его друг предпочел остаться в дружелюбной компании моих одногруппников, и я не могу скрыть облегченный вздох.
— Нет-нет, что ты, — поспешно отказываюсь. Вдруг он блондина с собой позовет за компанию, а мне этого совсем не хочется. Лучше я завтра начну извиняться и тортики покупать. — Тут же всего ничего идти. Я и сама могу прекрасно добраться.
— Ты боишься Джера? — проницательно догадывается мой собеседник. — Брось, я с ним уже поговорил. Да и он не настолько плохой, просто решил тебя попугать немного и все. Как бы там ни было, я предполагал, что проведу тебя сам. У Джера на сегодня запланировано совсем другое…
— Никого я не боюсь, — презрительно фыркаю, вздергивая подбородок. — И если хочешь знать, твой дружок скорее вызывает сочувствие, нежели страх.
— Почему это сочувствие, позвольте полюбопытствовать, моя прекрасная леди, — совсем рядом, прямо возле уха звучит еще один голос. И в этот раз сомнений нет — это блондин, собственной крашеной персоной.
Из груди вырывается испуганный ик, но задирать подбородок вверх я не прекращаю, всем своим видом показывая гордость и достоинство, может и слегка перепуганное такое достоинство, но, тем не менее, весьма красноречивое.
— Мне очень жаль твою косичку, — нервно лепечу, в то время как в голове жужжащим роем клубятся совсем другие мысли. На самом деле блондину стоит посочувствовать уже за то, что девчонки всей академии считают его принцем и ручаюсь, открыли охоту на сердце сей венценосной особы. Но ведь не скажу я ему это в глаза.
— Это у тебя косичка, — скрипнув зубами, цедит Джер. — А у меня было традиционное мужское плетение кос, которое делают все воины моего края после достижения совершеннолетия и победы в первом набеге. Без него ходят лишь предатели и дети.
Господи помилуй, его шевелюра еще и имела сакральное значение. Чувствую, одним тортиком я не откуплюсь.
 
— Прости, — едва слышно пищу. — Но не нужно было подкрадываться. Я ведь не специально.
— Расслабься, Джер, — успокаивающе хлопает его по плечу Кейн. — Зачем ты ее пугаешь? Жители долин уже давно не следуют этим обычаем, разве, что древние старики еще заплетают волосы. А молодежь…
— В моей семье следуют, — хмуро отвечает блондин, не переставая меня буравить напряженным взглядом.