Айтишник для кнопки (СИ)

  
1
 
Милана
Мова. В этот город в самом центре страны стремились все, а родиться здесь считалось пиком удачи для любого. В Мове сбывались мечты, ломались судьбы и обрывались жизни. Население почти в двадцать пять миллионов человек, и даже за всю жизнь вы не встретите тут одного человека два раза. Мова открывала двери всем и дарила золотой билет для любого бизнеса. Вот только выжить не давала никому.
Я родилась в Мове. В семье владельца крупного холдинга Андрея Кубрынина, которая владела акциями крупных компаний половины города. Матери у меня никогда не было, потому что отец выбрал суррогатное эко и растил меня сам. У меня была соска с алмазами и бутылочка от Сваровски. Даже чёртова резинка для волос имела украшение с россыпью алмазов.
Но если вы думаете как же мне повезло, то крупно ошибаетесь. Вся моя жизнь была предопределена и расписана строго по минутам. Гимнастика, танцы, репетиторы, фехтование, конная езда, финансовое право, экономика, юриспруденция… Всё. Кроме самой жизни. Это я поняла лишь став ассистентом отца. Таким образом он хотел, чтобы я потихоньку начала вникать в работу «ТрагерИкс», а в дальнейшем занять пост заместителя директора.
Но вместо предвкушения я ощутила разочарование. Бизнес отца оказался жесток. После сотни встреч по работе с одним из замов, я наконец приняла его ухаживания. Он казался таким внимательным, нежным, заботливым мужчиной, да и внешне так хорош. Высокий, отлично сложен, ухаживал за своим телом и, казалось, духом, но как я была глупа. Наверное, злую шутку со мной сыграла именно моя наивность. Как оказалось, Андрею нужна была не я, а моё состояние и возможность стать зятем самого Кубрынина. Об этом я узнала в стиле мыльных опер — услышала его беседу со старшим братом, Антоном Волковым. А ведь я думала, что нас с Андреем ждут счастливые семейные дни. Он даже предложение успел мне сделать. Идиотка. Развесила уши и чуть не вляпалась по самое не балуй.
Я порвала с Андреем в тот же день. Было так паршиво на душе. Хотелось выть от обиды. Он ведь действительно мне понравился, а оказалось что это всего лишь маска. Искусная игра, чтобы затащить меня под венец и добиться своего, а я уши развесила, принимая его лживую рожу за лицо прекрасного принца. Убью! Убью! Убью!
— Мииил, ты чего это делаешь?
Погрузившись в мысли, я и не заметила как стою в буфете и колочу кулаком в ладонь. Смущённо улыбнувшись, я заправил выбившийся локон за ухо и посмотрела на подругу. Для всех в здании я была всего лишь ассистентом Большого Босса, а не его дочерью, потому что отец строго настрого запретил говорить всем кто я. Это помогло мне отлично вписаться в коллектив и подружиться с несколькими людьми. Кристина была с самого начала со мной мила и, казалось, я ей тоже нравилась, хоть мы и были совершенно разными. Крис любила вечеринки. Каждую пятницу она ходила по клубам и отрывалась на всю катушку, а я в это время просматривала документы отца и готовила их к подписи.
— Да, так, — пробормотала я, заказывая себе пюре с котлетками и кофе. — Всё в порядке.
Крис смерила меня оценивающим взглядом и покачала головой.
— Не, подруга, у тебя не всё в порядке. Это парень, да?
От её проницательного взгляда и сочувствия в голосе на глазах навернулись слёзы, и я кивнула, чуть не разревевшись у всех на глазах. Как он мог так поступить? Хотя понятно как. За что? Я ведь ему ничего не сделала! Почему нельзя просто быть честным? Как он вообще узнал, что я дочь своего отца? Ох, тоже глупый вопрос. Все замы отца знают кто я такая. Только остальные работники не в курсе.
— Милка. Ну ты чего? Не реви, — успокаивала меня подруга, а я только носом шмыгнула и зажмурилась крепко. — Дайте нам два пирожных. Спасибо. Пошли, Мил. Сладкое всегда помогает.
Она отвела меня к дальнему столику и поставила передо мной одну тарелку с каким-то неудачным экспериментом повара. Будто кто-то срыгнул массой цвета детской неожиданности, но на вкус оно оказалось ничего так даже.
 
— Ты совсем раскисла, Мил, — убитым голосом проговорила Кристина, взяв меня за руку, — что мне сделать, чтобы ты улыбнулась?
— Выслушай меня.
Она ахнула и закивала головой, а из меня слова полились потоком. Я рассказала всё, умолчав только кто мой отец и кто я. Рассказала как он ухаживал за мной, какие цветы шикарные дарил, про побрякушки его шикарные тоже, как вместе по ресторанам ходили, как у меня сердце замирало, когда он целовал меня, и как это же сердце сейчас кровоточит. Я не понимала почему так? Почему я? Хотя нет. Почему я, я понимала. Ненавижу! Весь мужской род ненавижу!
Подруга усмехнулась грустно и взяла меня за руку.
— Мил. Ну, не переживай ты так. Попадётся тебе ещё нормальный мужик, вот увидишь. А Андрей, да он всегда был козлом. Всех девок перечпокал в отделе. Мил, ну. Мииил, ну ладно тебе.
А я уже рыдала у неё на плече как маленький ребёнок. И знаете, полегчало. Стало даже как-то свободнее дышать. Крис права. Мне всего двадцать два года. У меня впереди целая жизнь!
— А знаешь, сегодня же пятница. У меня билеты есть в один закрытый клуб. Мне босс подарил за хорошую работу. Давай вместе пойдём? Правда там без масок нельзя, а я не знаю где их взять.
— У меня есть маски, — почему-то ляпнула я. — Остались с карнавала.
— Это же супер! — воскликнула девушка, чуть в ладоши не захлопав. — Всё. Решено. Идём в клуб!
— Но…
— И слышать не желаю! Тебе нужно это, Милана. Поверь мне.
И я поверила. После работы мы отправились ко мне. У Кристины были такие же параметры фигуры как и у меня, поэтому подобрать наряды не составило труда. Правда Крис тут же заподозрила неладное, увидев в моём стареньком шкафу дорогие бренды одежды, но я сказала, что это всё Андрей подарил и, мол, даже если испачкается, то жалко не будет. Как только я вышла на работу, то сразу попросила отца снять мне однушку рядом с работой. Мебель тут действительно была не та, к которой я привыкла, но зато если вдруг кто-то оказывался у меня, то вопросов не вызывало. Для всех я дочь стоматолога из другого города. Это уже я придумала, а отец поддержал, решив что так меня будут ценить на работе за мой профессионализм и не станут шушукаться у меня за спиной. Вернее за его спиной.
Как только наши тела были обтянуты просто потрясающими платьями, а лица скрывали изящные маски, мы отправились в тот самый клуб на моей машине. Здание встретило нас тишиной, что для меня было удивительно, ведь в кино показывали их шумными и с кучей людей у входа, а тут всего-то несколько человек, и то, кажется, персонал.
Показав билеты охраннику, Кристина протянула ему руку, и на её запястье повязали золотую шёлковую ленточку. Потом такая же красовалась и на мне, приятно лаская кожу бантиком. Какая прелесть. Мне так понравилась эта ленточка, что я спросила у мужчины можно ли её оставить себе. Он вдруг рассмеялся и кивнул, пропуская нас внутрь.
И я обомлела. В холле нас встретила приятная музыка, а не громоподобные басы. Её громкость позволяла слышать собеседника, а не кричать на ухо, разрывая голосовые связки. Да и обстановка мне тоже очень понравилась. Полы выложены тёемно-синей плиткой, стены в чёрных обоях с золотыми орнаментами, а на потолке стильные светильники, но свет был приглашён до минимума так, чтобы можно было видеть куда идёшь, но не разглядеть толком никого вокруг.
Мы прошли к бару, и я заказала себе текилу, всегда хотела попробовать. Отец запрещал мне пить хоть что-то крепче шампанского и то только один бокал. А сегодня я хотела попробовать всё. Отпила глоток и поморщилась. Или не всё. Что-то не нравится мне оно. Приторно-сладкий какой-то вкус. Интересно, а долька лайма эта тут для чего?
 
— Не понравилось? — спросила Кристина, улыбаясь моей кислой физиономии.
Я кивнула.
— Красавчик, дай-ка нам соли, пожалуйста.
Бармен, приятный глазу парень, хоть и тоже маске, подал нам солонку. Кристина сбызнула соком лайма сгиб большого пальца и ладони и посыпала туда же приправой. Затем залпом выпила мою рюмку, облизала руку и съела фрукт. У меня глаза аж на лоб полезли! Как так? Он же кислый!