Изорванная любовь (ЛП)

Скарлетт попыталась закрыть дверь перед моим лицом, но я подставил ногу. Ярость на её лице подстегнула меня. Она была безумной, как чёрт. Безумие — это круто. С её безумием я могу справиться. А вот её слёз я бы не смог вынести. Единственный раз, когда я слышал её плач, разорвал мне сердце.
— Скар, подожди, дай мне…
— Нет! Ты не можешь объяснить такое дерьмо, — прервала она меня криком.
Гнев заставил меня отступить, прежде чем я продолжил:
— Скар, остановись. Это не то, что ты думаешь. — О, чёрт! Неверный выбор слов; её лицо покраснело ещё больше.
— Отвали, как будто это первый раз, когда я слышу такое дерьмо.
Я сделал глубокий вдох.
— Детка…
— Не смей называть меня так! Ты не имеешь права так меня называть. На самом деле ты не имеешь права находиться здесь, так что выметайся! — её руки дрожали от гнева, когда она открывала и закрывала ящики, вытягивая одежду.
— Нет, я не уйду, пока ты не выслушаешь меня, чёрт возьми! — я начал злиться. Ей нужно было остановиться и выслушать меня. Я не собирался позволять ей отказываться от нас из-за глупой ошибки.
— Прекрасно, мудила. Уйду я, — она схватила сумку и выбежала, направляясь к гаражу. Я вырвал сумку из её рук и отбросил её в сторону; она продолжала идти, приближаясь к машине быстрыми шагами.
— Послушай меня, — взревел я, — я не потеряю тебя из-за Жанелль и её дерьма.
— Жанелль? Это была… — её гнев слегка поутих.
— Это была мать Белль, детка. Есть вещи, в которых я с тобой не был честен. Вещи, в которых я должен был тебе признаться, — я указал рукой между нами. Моё признание, похоже, снова подогрело её настроение.
— Ну, ясно, ты забыл упомянуть, что всё ещё трахаешь свою бывшую! — закричала она.
Смертельно-спокойным голосом, глядя ей прямо в глаза, я продолжил:
— Прекрати ебать мне мозг, Скарлетт. Я не трахал её или кого-нибудь ещё, поверь мне! — я сделал глубокий вдох, вздохнул и выдохнул. — Она просто хочет денег.
Скарлетт моргнула, пытаясь осознать мои слова.
— Деньги? Почему, чёрт возьми…
Я перебил её и выпалил:
— Потому что я поддерживал её до и после смерти Белль.
Смущенно, она спросила:
— Зачем ты это делаешь? Я понимаю прежде, но почему сейчас? И почему ты просто не сказал мне, что ты это делаешь? Почему ты сделал из этого гребаный секрет? Ты не мог быть просто честен со мной?
Затем я снова разозлился. Как она смеет!
— Почему я не мог быть честным? Не стой тут и не смотри на меня так, будто ты была полностью честна со мной! — огрызнулся я, — ни разу ты не сказала мне ни слова о своём прошлом, даже когда я спрашивал тебя. Прямо сейчас я требую, чтобы ты это исправила.
Она успокоилась:
— Я… Моё прошлое не важно. Ничего особенного там нет.
— О, чёрт возьми, это не так. Скажи мне, Скар. Почему ты автоматически думаешь, что я обманываю тебя? Почему ты всегда закрываешься? И почему ты не разрешаешь пасть этим ебаным стенам?
— Не смей говорить со мной о закрытости! Ты не спешил делиться чем-то, кроме Белль, и то, это случилось после того, как я увидела её имя на твоём теле. Ты такой чертовский лицемер.
Мои глаза переметнулись к ней:
— Ты хочешь знать, Скар? Хочешь всего этого! — я наклонился к ней, — хочешь меня? Так вот я. Весь я, обнаженный. Для тебя.
— Это не то, о чём я прошу, Мэйс, — она прижалась к моей груди. У меня сложилось впечатление, что это предложение слегка растопило её, хотя она всё ещё злилась. Это и то, как её сиськи двигались с каждым тяжелым вздохом, заставляли моё дыхание сбиваться. Наверное, не лучшее время для этого. Я переместился и моё тело вытянулось. Я поцеловал её в шею, обнял и спросил:
— Всё ещё злишься на меня, детка?
— Да, я всё ещё бешеная, — сказала она, словно пыталась злиться, но потерпела неудачу, — ты солгал мне.
— Я сделал это, и очень сожалею. Я пытался разобраться со всей фигней, не привлекая в это тебя. Больше не буду врать тебе, — пока я целовал её шею, мои джинсы натянулись.
— Только, чтоб ты знал, теперь мне известно, как она выглядит, и в следующий раз, когда её увижу, я собираюсь надрать ей задницу, — прошептала она с тихим стоном.
 
В моей голове что-то переключилось:
— Зачем тебе это?
— Мэйс, тебе нужно понять. Она причинила тебе боль и возложила всю вину на тебя. Вина, которую ты не должен ощущать. Это злит меня, и она, очевидно, всё ещё притворяется для того, чтобы ты поддерживал её. Не буду пытаться понять вашу связь, но если ты просишь меня не надирать ей задницу, я не буду этого делать, я могу послушаться. Но она причинила тебе боль и это всё ещё задевает тебя. Смерть Белль никогда не была твоей виной, Мэйс.
Она злилась на Жанелль; она злилась на меня. Она всё ещё чертовски любила меня. Мой член дёрнулся. Эта женщина могла бы стать моей смертью. Как раз тогда, когда я подумал, что разгадал её, она удивила меня. Я развернул нас так, чтобы она прижималась спиной к капоту машины. Положив руки под её задницу, я поднял её и посадил так, чтобы встать между ног. У неё вырвался испуганный вздох, когда она схватила меня за плечи и спросила:
— Что ты делаешь? Я всё ещё злюсь на тебя.
— Я собираюсь трахнуть тебя прямо здесь. Ты злишься, но всё равно заботишься обо мне, меня это так сильно завораживает. — Мои руки быстро справились с её крошечными шортами и дырявыми колготками. Я разорвал их на ногах, сняв её ярко-фиолетовые туфли. Бросив их через плечо, Скар осталась сидеть на капоте, ноги согнуты в коленях и раздвинуты, а там лишь два крошечных чёрных треугольника. Она тяжело дышала и повернулась. При виде ее я возбудился, снял рубашку через голову и быстро начал действовать.
Она нужна мне. Сейчас.
— Чёрт возьми, надеюсь, что ты готова, детка, — пробормотал я, когда опустился на колени, схватил её за ноги и притянул к себе. Потянув её трусики зубами, я провёл носом по киске. Запах её возбуждения заставил меня захотеть попробовать её. Я облизывал её, подталкивая к оргазму. Чёрт, она такая вкусная. Её руки опустились на мои бёдра. Скар была такой чертовски сексуальной; мой член пульсировал. Я разрывался между желанием трахнуть её и чтобы она трахала моё лицо.
Я сдвинул руку и щёлкнул кольцом в клиторе, заставив её задыхаться. Она издавала маленькие мяукающие звуки, когда приближалась к оргазму. Она ущипнула себя за сосок, вырывая мой стон. Я приблизился к её клитору и в тот же момент толкнул два пальца глубоко в её опухшую киску. Она продержалась ещё секунду, затем взорвалась, её соки текли по моей руке, а её голова откинулась, когда она выкрикивала моё имя. Это было самым сексуальным из всего, что я видел.
Я облизывал свои пальцы, расстегивая пуговицу джинсов, выпуская эрекцию.
— Повернись, детка, — потребовал я грубым голосом, — теперь я собираюсь жестко тебя трахнуть.
С хныканьем она встала на шаткие ноги и повернулась на четвереньки, поднимая задницу. Её руки вытянулись на передней части машины, моя ладонь опустилась на её ягодицу с мягким шлепком, оставляя идеальный красный след. Она хныкала и выгнулась назад, ища контакт. Я потирал головку члена об её складки и снова ударил. Её колени ослабли, а она издала протяжный стон.
— Мэйс, — позвала она. Скар нуждалась во мне, мне нужно было трахнуть её так же, как она этого жаждала. Я знал, что потеряю голову, как только попаду в неё, поэтому мне нужно было подготовиться.
— Собираюсь сделать тебя своей, Скар, — она быстро повернулась, заставив меня сделать шаг назад, когда опустилась на колени передо мной. Она крепко прижалась к моему пульсирующему члену. Одной из рук она терла клитор.
 
— Ебать, детка, соси! — горячая потребность растекалась во мне при виде её. Я схватил её за голову, мои пальцы запутались в её волосах, когда я в забвении трахал её рот. Скарлетт застонала, когда я разбрызгал сперму по её красивым сиськам.
Она посмотрела на меня, провела пальцами по сперме, а затем взяла их в рот, застонав от удовольствия. Она встала, нежно потянула моё кольцо на соске и снова наклонилась над капотом машины.