Манящая любовь (ЛП)

— Никогда! — крикнул Тревор.
Корд и Трипп что-то пробормотали себе под нос. Я почти уверена, что это были ругательства.
Смеясь, я посмотрела на Митчелла. Он уставился на меня с глупой улыбкой, и я была не единственной, кто это заметил. Кое-кто из молодых отпустил пару замечаний о том, что Митчелла, похоже, захомутали. Когда Корд крикнул что-то о том, что Митчелл похож на Смурфа, все рассмеялись.
Митчелл поднялся и взял бокал шампанского у одной из проходящих с подносом молодой официантки.
— Я хотел бы предложить тост за мою младшую сестренку, — сказал он, оглядывая помещение. Он встретился взглядом с Амелией, и они широко улыбнулись друг другу. — Видеть тебя такой счастливой и влюбленной — это прекрасно. Я очень горжусь тобой за то, что ты следуешь зову сердца.
Слезы навернулись на глаза Амелии, и Уэйд притянул ее к себе.
— За Амелию и Уэйда, — произнес Митчелл, поднимая бокал. — Пусть у вас обоих будет счастливая жизнь, и пусть все ваши мечты сбудутся. И поскорее подари папе нового внука!
— Что? — крикнул Джон, когда все остальные зааплодировали. — Давай-давай!
Я сделала вид, что пью. Пока я не схожу к врачу в понедельник, не буду рисковать, но и привлекать к себе внимания не хочу. Я бросила на Митчелла понимающий взгляд и взяла бокал шампанского. Никто, кроме Митчелла, не заметил, что я весь вечер пила из одного и того же бокала.
Все вышли наружу под гигантский белый шатер. Семья Паркеров сидела за одним столом, а друзья — за соседними. Новость о том, что мы с Митчеллом стали парой, быстро распространилась среди присутствующих, поэтому меня посадили рядом с Митчеллом за семейным столом, а справа уселся Корд.
Подали еду, и вскоре за каждым столом начались мини-беседы. Митчелл и его отец говорили о ранчо и какой-то новой лошади, которую привезут в ближайшие дни. Только на прошлой неделе я поняла, насколько Митчелл связан с ранчо. Не было ничего такого, чего бы он не знал о лошадях, и в некоторые дни он даже управлял конюшнями. Мы приезжали сюда три вечера подряд, чтобы Митч мог проверить двух новых лошадей и кобылку, родившуюся на прошлой неделе. Мне нравилось видеть его с лошадьми. В основном ранчо Паркеров было со скотоводческим уклоном, но я видела что-то в глазах Митчелла, когда он возился в сарае с лошадьми. Я отчаянно хотела спросить его об этом, но решила подождать.
— Я слышал, тебя подстрелили на работе в четверг, — объявил Трипп.
Вилка замерла у моих губ, а рука начала дрожать.
Митчелл издал слабый смешок.
— Да, хорошо, что на мне был бронежилет.
На этот раз вилка упала и со стуком ударилась о тарелку. Все за столом посмотрели на меня.
— Ты в порядке, Корин? — спросила Вайелин с другого конца. Наши глаза встретились, и я не знала, что ответить. Она точно знала, почему у меня возник приступ паники.
Она бросила на меня понимающий взгляд, прежде чем посмотреть на Митчелла. Потом скорчила гримасу и резко повернула ко мне голову.
Митчелл взял меня за руку.
— Мне очень жаль. Мне даже в голову не пришло упомянуть об этом.
Я уставилась на него.
— Ты не подумал упомянуть об этом? — Не то, чтобы я хотела от него многого. Быть верным. Честным. И сказать мне, если в него выстрелят!
— Все закончилось хорошо. В этом не было ничего особенного. — Он выглядел взволнованным.
— Митчелл, ты сказал, что хорошо, что на тебе был жилет. Значит ли это, что в тебя действительно попала пуля?
— Черт. Извини, Митч, — пробормотал Трипп с легким смешком. Я зло уставилась на него. Он тут же перестал смеяться.
Митчелл нахмурился.
— Это часть работы.
Он повернулся к отцу и заговорил о жатве или о чем-то подобном, пока я пыталась разобраться в том, что услышала. Я уставилась в свою тарелку и не могла успокоить дыхание, как бы ни старалась.
— Корин, ты не поможешь мне на кухне? — спросила Вайелин.
Я подняла глаза, и она, нахмурив брови, жестом приказала встать и следовать за ней. Я действовала на автомате. Встала, повернулась и потопала на кухню. Там Вайелин взяла меня за руку и потащила в гостиную.
 
— Дыши.
Я покачала головой, слова Митчелла прокручивались в моей голове. Вайелин сжала мои плечи.
— Корин Миллер! Дыши, черт возьми!
Я посмотрела в голубые глаза Вайелин и глубоко вздохнула. Она кивнула.
— Хорошо. Выпусти.
Выдохнув, я села на кожаный диван.
— Корин, я знаю, что работа в полиции была одной из причин, почему Митчелл никогда не хотел заводить семью. Теперь, когда вы, возможно, находитесь на полпути к браку и тот факт, что брат по уши влюблен в тебя, я думаю, что он просто пытался защитить тебя от переживаний.
Уставившись на Вайелин, я открыла рот.
— Ты думаешь, он так ко мне относится?
Вайелин рассмеялась.
— Черт возьми, да. Девочка, разве ты не видишь, как он на тебя смотрит? Я имею в виду, что еще до того, как вы стали вместе, у него были щенячьи влюбленные глаза. Возможно, он еще не озвучил, но Митчелл по уши влюблен.
Улыбка растянула мое лицо, когда я позволила ее словам прорасти во мне.
— Я знала, что опасно иметь отношения с полицейским, Вайелин, но если Митч собирается скрывать от меня такие вещи, я не знаю...
Она кивнула.
— А если бы он тебе сказал, что бы случилось?
— Я... я уверена, что волновалась бы.
Указывая на меня пальцем, она воскликнула:
— Бинго! Ты бы немного волновалась, а потом, когда он ушел на следующее утро на работу, что бы произошло?
Пожав плечами, я ответила:
— Я бы принялась переживать немного больше, чем обычно, наверное.
— Вот! И ты думаешь, Митчелл хочет, чтобы ты прямо сейчас волновалась?
Я посмотрела на свои руки, лежащие на коленях, чувствуя себя полной идиоткой.
— Нет.
Вайелин потянулась к моим рукам.
— Мужчины не всегда правы, но я знаю, что сердце Митчелла всегда на правильном месте.
Чувствуя себя глупо, я закрыла глаза и вздохнула.
— Все происходит так быстро, Вайелин. Я сказала себе, что не упаду в объятия Митчелла снова, но сделала это. Я пообещала себе, что мы не будем торопиться, да только в первый раз мы вели себя безрассудно. А теперь... теперь…
Мои глаза защипало от слез.
— Теперь ты, возможно, носишь его ребенка. Ты хочешь оставить его?
— Да! — ответила я, даже не задумываясь, — я готова? Нет. Я хочу сказать, что хочу детей больше всего на свете, но не потому, что мы были глупы и беспечны. Они должны появиться, когда мы решим, что пора. Я не так представляла себе свою жизнь. Я имею в виду, я люблю твоего брата всем сердцем, и думаю, что он любит меня, но он даже не готов сказать это. А если я беременна? Будет ли он любить ребенка или почувствует себя в ловушке? Меньше всего я хочу, чтобы он ощущал себя загнанным в угол.
— Эй, для танго нужны двое, а я знаю Митчелла. Он будет любить этого ребенка всем своим сердцем. Так же, как любит тебя.
Я заставила себя улыбнуться. Было приятно слышать, как Вайелин говорит то, что я так отчаянно хотела услышать от Митчелла.
— Возвращайся наружу и заканчивай есть, — сказала она.
Кивнув, я ответила:
— Хорошо. Дай мне две минуты.
Вайелин несколько секунд пристально смотрела на меня.
— Две минуты. Теперь мне нужно решить, что нам нужно было на кухне и принести это к столу.
Мы обе хихикнули. Вайелин направилась к выходу из гостиной, а я на несколько секунд задержала дыхание, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце.
У Митчелла опасная работа. Меня это вполне устраивало. Как бы он ни старался, он не сможет защитить меня от всего плохого и что с этим связано. Сегодня вечером я скажу ему об этом. Дам понять, что я хочу его всего. Хорошая, плохая, опасная работа — все равно. Я хотела этого и не собиралась ни к чему его подталкивать. Чтобы ни случилось в понедельник.
 
Я любила его, и, хотя всего несколько недель назад я решила забыть о Митчелле Паркере, у моего сердца оказались другие планы. Теперь мне нужно было быть рядом, дать ему понять, что я тоже никогда не оставлю его. Что он может доверять мне, зная, что чтобы ни случилось, я буду достаточно сильной, чтобы справиться с этим.