Манящая любовь (ЛП)

— Митч слушает.
— Окей. Я позвонил. И что теперь?
— Да, сэр. Я понимаю.
— О, у нас там цыпочка, которую мы не хотим?
Я отвернулся от Кэссиди и закатил глаза.
— Так точно.
— Ты мне должен, придурок. Тащи свою задницу ко мне. Мэри будет рада покормить твою наглую морду.
Я кивнул.
— Сейчас буду. — Я нажал на кнопку «завершить» и посмотрел на женщину, сидящую на моем диване. — Прости, Кэссиди. Мне нужно на работу.
Она капризно выпятила губу.
— Ты серьезно? Разве мы не можем просто... ну, ты понимаешь? Очень быстро?
Господи, как же я умудрился вляпаться в это дерьмо?
Взяв ключи, я направился к лестнице и жестом пригласил Кэссиди следовать за мной.
— Извини, долг зовет.
Она застонала и схватила со стола сумочку.
— Ты серьезно, Митч? Я устала от всего этого. Ты «прощупываешь» меня в баре, а потом идешь на попятную, когда я упоминаю секс. Мы когда-нибудь снова трахнемся?
Я рассмеялся и положил руку ей на поясницу.
— Кэссиди, ты же знаешь, что у нас нет никаких шансов. Никогда.
— Вот и прекрасно! Просто мои трусики устали быть постоянно мокрыми, а я не получать никакого облегчения. Мне не нужны серьезные отношения, Митчелл. Мне нужен только твой член.
К тому времени, как мы добрались до ее машины, Кэссиди уже закончила устраивать мне ад.
— Увидимся? — спросил я, целуя ее в щеку.
— Конечно. Будь осторожен.
Кэссиди села в свою машину, и какая-то часть меня почувствовала вину за обман. Я вздохнул и направился к своему грузовику.
Черт возьми. Мне нужно прекратить это дерьмо. Как только я подхожу к траху, в самом конце жму на тормоза. Итак уже полгода.
Я не мог выбросить ее из головы.
Корин.
Я закрыл глаза, и мысли вернулись к ночи, которую мы провели вместе. После я спал только с одним человеком. И это была Кэссиди — неудачная попытка бессмысленного секса, чтобы смыть воспоминания о Корин.
От этого мне стало только хуже.
К тому времени, как я подъехал к дому Роберта, Кэссиди прислала три фотографии. Черт, я ненавидел селфи. Что, по ее мнению, мне с ними делать? Дрочить на ее сиськи и утиные губы?
Вряд ли.
Я вылез из грузовика и направился по подъездной дорожке.
— Ну, смотри, кого кот притащил. Митчелл Паркер. Чему мы обязаны такой честью? — спросила Мэри, стоя на крыльце их с Робертом маленького фермерского дома. Ее руки покоились на округлом животике семимесячной беременности.
— Ну, я чуть не трахнул девушку, и мне нужен был повод соскочить, поэтому попросил Роберта позвонить мне. Притворился, что работа и все такое, — сказал я с ухмылкой.
— И почему я думаю, что ты говоришь правду? — рассмеялась Мэри.
Наклонившись, я поцеловал ее в щеку.
— Потому что я такой.
С нечитаемым выражением на лице Мэри долго смотрела мне в глаза.
— Да ты влюблен в кого-то, Митчелл Паркер. Знаешь ли, признайся сам себе, и это избавит тебя в будущем от множества вызовов спасателей.
Нахмурившись, я рассмеялся.
— Да нет. Это была случайная связь, в которой я так и не вставил.
Мэри покачала головой.
— Ага, и ты не вставил в нее не потому, что влюблен в другую.
У меня вырвался стон.
— О боже. Мэри, ты всегда была свахой. Но не в этот раз, милая.
Мэри подвигала указательным пальцем взад-вперед. — Так-так-так. Если ты думаешь, что сможешь скрыть это от меня, то вперед. Я знаю этот взгляд, Митчелл Паркер, и даже если ты не готов признать, твое сердце уже знает. Эти «случайные связи», в которых ты не «вставляешь», будут становиться все более и более частыми, просто подожди и увидишь.
— Моя жена устроила тебе ад, Паркер? — спросил Роберт.
Я посмотрел в светло-карие глаза Мэри и позволил себе улыбнуться. Подмигнув ей, я ответил:
— Да ну. Она пытается, но у нее ничего не выходит.
Мэри пожала плечами и повернулась к Роберту. Поцеловав его, сказала:
— Я приготовлю нам булочки с подливкой. Мне и самой хочется.
— Звучит заманчиво, детка. Мы будем внизу, в амбаре.
Я последовал за Робертом к мини-грузовичку Mule и запрыгнул на пассажирское сиденье.
 
Роберт завел мотор, и мы поехали к амбару. По окончании пути, выскочив из машины, я последовал за Робертом в кабинет. Он управлял молочной фермой, принадлежащей его семье в течение последних двух поколений. Прямо в амбаре находился кабинет, построенный еще отцом Роберта, который проводил тут большую часть своего времени; он почти жил в этом треклятом месте. Так продолжалось до тех пор, пока мама Роберта, наконец, не устала от такой жизни и не развелась с мужем.
— Пива? — спросил Роберт, бросая мне Бад-лайт.
— Спасибо, — поблагодарил я, усаживаясь в одно из кресел.
— Хочешь поговорить об этом?
— Нет.
Друг порывисто выдохнул.
— Серьезно, Паркер? Тебе нужно разобраться во всем этом дерьме. Когда ты в последний раз трахался?
Прижав бутылку к губам, я сделал большой глоток и ответил:
— В феврале.
У Роберта отвисла челюсть.
— Чувак! Сейчас, мать его, август.
Я уставился на него.
— Вот поэтому Кэссиди Френч и была в моей гостиной.
— Так почему ты не переспал с ней?
— Потому что я не хочу Кэссиди. И я не хочу блондинку, которая прижималась ко мне своими сиськами как-то ночью в клубе в Сан-Антонио. Я не хочу девушку, которая предложила отсосать мне в уборной бара «У Корда». Я ни хрена не хочу ни одну из них.
— Потому что ты хочешь ее.
— Я не знаю, какого хрена я хочу, Роберт. Вот в чем проблема.
Роберт и Корд были единственными людьми, с которыми я говорил о Корин, и лишь однажды проболтался Уэйду. Черт, если я не свожу себя с ума.
— Что ты будешь делать, когда Корин уедет, Митч? Когда она устанет от того, что ты тянешь кота за хвост и копаешься в своем дерьме?
Сделав еще глоток, я слегка пожал плечами.
— Она была с каким-то придурком в душе Стида и Пакстон. Ну, то ли Филипп, то ли какое-то другое имя для киски.
Роберт рассмеялся.
— Черт, чувак. Питаешь какие-то дурные чувства к этому парню?
Я закатил глаза.
— Ей будет лучше без меня. По крайней мере, я продолжаю убеждать себя в этом.
— Почему?
С выразительным взглядом, который говорил, что кто-кто, а уж Роберт точно должен понимать, я ответил:
— В первую очередь, моя работа. И то, что обязательства пугают меня до чертиков. К тому же Корин заслуживает парня, который не переспал почти со всеми одинокими женщинами в Оук-Спрингс.
Теперь друг рассмеялся по-настоящему.
— Ради всего святого. Все вы, братья Паркеры, переспали со всеми в Оук-Спрингс и за его пределами. Я не сомневаюсь, что кто-нибудь из вас однажды подкатывал и к моей жене.
Я поднял руки в защитном жесте.
— Это Трипп приставал к Мэри. Не я.
Роб тут же нахмурился.
— Ты сейчас шутишь? Когда, черт возьми, он мог это сделать?
Вот дерьмо.
— М-м-м, что?
Роберт поднял брови.
— Трипп трахнул мою жену? Ну, я имею в виду до того, как она стала моей женой.
О, черт.
— А?
Роберт встал.
— Я убью его.
Я поднялся и положил руку ему на грудь.
— Господи, Роберт. Трипп был в плохом состоянии, а Мэри только что потеряла родителей. Это было всего один раз.
Роб, наконец, расслабленно выдохнул.
— Тогда я с ней еще не встречался.
— Без шуток. Ты знаешь, что Трипп так не поступит, и ты чертовски хорошо знаешь, что Мэри не из тех, кто ходит налево. Чувак, пожалуйста, не говори с ней об этом. Теперь она замужем за тобой и ждет твоего первенца. Оставь прошлое в прошлом.
— Оставить прошлое в прошлом? Ты сам слышал, что только что сказал мне, Митч? Вот ты беспокоишься, что подумает Корин о женщинах из Оук-Спрингс, а в следующую секунду проповедуешь о том, чтоб забыть кое-что из прошлого. Кто бы говорил.
 
Черт, зачем ему понадобилось вываливать все это дерьмо на меня?