На нее запрет. Дочка Шаха (СИ)

— Лева! Услышат, — он делает меня развратной и бессовестной, и мое возмущение скорее наигранное, чем праведное.
За три недели он совращал меня в кабинке модного бутика, когда я полностью поправилась, и мы отправились покупать мне нижнее белье; в кинотеатре – он закрыл малый зал, мы были только вдвоем, до секса дело не дошло, но была страстная прелюдия. Наверное, неудивительно, что секс случался в машине, и один раз нас даже остановил патруль ДПС, решив, что Лева пьян. Я всего лишь залезла рукой ему в штаны… До минета дело не дошло… хотя планировалось.
— Конечно, услышат, — от его ухмылки я растекаюсь лужицей. — Что я за мужик, если ты не кричишь подо мной? — хотелось бы бросить вызов, но судя по тому, как намокли мои трусики, я уже проиграла.
Лева, словно чувствуя, что выиграл, поднимается с кресла, подхватывает на руки и несет в спальню, которая оформлена, как номер-люкс для молодоженов. Бортпроводницы постарались: цветы, свечи, шампанское, фужеры, тихая музыка…
Настоящая брачная ночь на высоте… Не знаю, как высоко мы над землей, но точно высоко.
— Я готов целиком тебя съесть, — целует шею, убирая в сторону волосы. Расстегивает мелкие пуговицы на спине. — Жаль, что время до прилета всего на пару заходов… — смеюсь, потому что не планирую провести все три медовых дня на борту самолета. Мне обещали поездку в горы, и я в предвкушении. Я люблю горы, была там много раз с семьей, но впервые я буду любоваться горными вершинами с мужем. Предвкушаю, как, закутавшись в теплый плед, выйду рано утром на балкон выпить кофе, а вокруг потрясающий вид, от которого захватывает дыхание.
— Нам это платье еще нужно? — кому-то не терпится его снять.
— Конечно, — пока не знаю зачем, но рвать не разрешу. Сегодня я впервые почувствовала себя принцессой, мое свадебное платье сыграло в этом не последнюю роль.
Недовольно порыкивая, Лева продолжает сражаться с пуговицами
Платье опадает к моим ногам. Бессонов громко выдыхает, опаляя нежную кожу. Подушечками пальцев рисует узоры на плечах, спускается к предплечьям, губами и языком считает позвонки, заставляя меня сходить с ума от желания.
Разворачивает к себе лицом…
— Охрененный комплект… Рвать жалко, — то ли спрашивает, то ли утверждает. Его говорящий горячий взгляд мешает думать и воспринимать окружающую действительность.
— Я сниму, мне он тоже нравится…
— Снимай… — отходит на два шага, чтобы не поддаться соблазну. Еще и руки в карманы прячет.
— Ты тоже раздевайся, — расстегнув бюстгальтер, веду плечами, позволяя ему медленно упасть на пол. Лева сглатывает.
— Хочу твои охрененные сиськи… Хочу тебя…
Скидывает костюм, не жалеет рубашку, пуговицы летят в разные стороны. Кто-то в одном пиджаке будет выходить из самолета. Пока я медленно снимаю трусы, кто-то уже полностью раздет, его планы на эту ночь так красноречивы, что я закусываю губу, чтобы не застонать.
— Я собираюсь любить свою жену… — подходит, накрывает мои губы своим жадным ртом. — Бессонова… — низкие ноты в его голосе запускают особый механизм в моем теле.
Подхватывает, опускает на прохладные простыни. Ночь наполняется страстными стонами, криками, сбившимся дыханием, испариной на теле…
Так любить может только Лева. С отдачей, силой, страстью…
Заставляя меня забыть свое имя…
Я принадлежу ему так же, как он мне…
Я улетаю с его именем на устах…
Один раз, второй…
— Я люблю тебя…
— Люблю тебя…
Наш самолет приземляется, а мы взлетаем все выше и выше…
Незабываемая брачная ночь…
**** ****