Ниенна. Благословленная Смертью
– Что-то оркский шаман знатно поганок своих перебрамши, я смотрю, – кривилась Герда, усаживаясь за ближайший к двери столик. – Что значит – огонь в крови? Он бы еще четыре стихии вспомнил, из глупых новелл для романтичных дурочек: огонь, воду, землю и воздух! Каждому известно, что магия есть дар, позволяющий управлять всеми возможными состояниями и стихиями. Я умею одинаково хорошо пуляться и ледяными стрелами, и огненными шарами…
– А у меня другой интерес, профессиональный, – фыркала Азали. – Какие-такие болезни может лечить плотская связь с мужиком? Вот наградить целым букетом – это завсегда пожалуйста! А вылечить… да будь у него хоть трижды огненное сердце.
И она покосилась на мельтешащего неподалеку Эдгара. Ниенна с невольной завистью отметила про себя, что выглядел боевик великолепно. Происшествие с остроухими не оставило на внешности бабника-сердцееда никаких следов.
– Тебе чего, охальник? – подняла брови целительница. – Уши погреть решил?
– К тебе с поклоном иду, красавица моя, – отвесил тот шутовский поклон и пропел тихонько. – Исцели мои напасти, Азали…
– Иди ты к рогатым в Бездну. Франц-венерию не лечу.
– Тьфу на тебя, дурища рыжая! – тут же обиженно надул губы Эдгар. – Я к тебе с открытой душой, а ты – с шутками гадкими… И вообще, я золотой самородок, чтобы ты знала!
– Золотой, ага, – посмеивалась целительница, вставая. – Аж пробу ставить негде. Иди уже, дай с девочками поболтать.
Азали ушла к стойке с разноцветными бутылками, чтобы сделать заказ, следом поднялась Герда – попросить у трактирщика одеяло для подруги. Некромансерка сидела, устало прикрыв глаза. Привыкнуть к большой толпе народу вокруг оказалось сложнее, чем девушка себе представляла, но иных вариантов не было.
«Я все равно вернусь в нормальную жизнь, чего бы это мне не стоило, – думала она. – Начну со всеми сдавать сессии и окончу учебу с золотым дипломом. И если уж и назовут меня трупной госпожой, то пусть это будет за заслуги, а не за внешность…»
Напротив кто-то присел. Ниенна открыла глаза и с удивлением уставилась на две небритые мужские рожи, бесстыдно ее разглядывавшие.
– Она? – спросил первый мужик, в мохнатой шапке. – Чойта бледная, как поганка. Маркиз другой портрет давал…
– Она. Ты ж слышал на всех углах про белую девку, что мертвяков из земли подняла, и через то силу магическую потеряла, – скривился второй. – Поднимай зад, пигалица, и иди за нами, да без выкрутасов! Сиятельный маркиз Жермен тебя обыскался уже. Не знаю уж, на кой ты ему сдалась, такая тощая да бледная, но господину виднее.
Ниенна судорожно вцепилась в лавку.
– Не пойду, – тоненько пискнула она.
– Пойдешь, – осклабился первый. – А не то мы вон из того столика сопляков выдернем, да глотки им перережем у всех на глазах. Поднимайся, я сказал, и иди за нами…
И мужик потянул было поросшую волосами ручищу к ее шее, чтобы схватить за шиворот, но в следующий же миг замер, прихваченный за плечо.
– Слышь, упырь, – процедил стоящий за его спиной старшекурсник-боевик Альбрехт Вельф. – Грабли свои немытые от нашей лялечки убрал. Пока я тебе их не вырвал с корнем и в зад не засунул.
Гул вокруг мигом затих. Ниенна сидела на лавке, обмирая от страха – и одновременно от восторга. Кто бы знал еще полгода назад, что тот, кого она больше всего боялась в стенах Академии, вдруг поднимется на ее защиту?
Еще миг – и за плечами Альбрехта возникла его боевая тройка. Парни стояли стеной, словно те самые призраки на лесной поляне, и у Ниенны невольно защипало в глазах.
Мужики были не из робкого десятка, и тут же сердито ощерились.
– Ты знаешь, кто эта девка, чародей? – подпрыгнул первый. – Графинюшка безмозглая, из дому сбежавшая перед самой свадьбой с маркизом Жерменом. По закону ей треба вернуться назад, родительскую волю выполнить…
– Я никакого обещания не давала! – взвизгнула Ниенна, тоже вскакивая на ноги. – Не хочу я замуж за маркиза, он старый, и вообще…
– … И вообще, она моя невеста, – вдруг возник с правого бока ухмыляющийся Эдгар. Он бесцеремонно обхватил некромансерку за плечо и продолжил. – Вся таверна видела, как я ей в любви клялся при свидетелях, и она дала согласие на брак. Верно, ребята?
Таверна тут же взорвалась одобрительными воплями.
– Так что маркизу вашему, ежели жениться на моей невесте хочет, придется сначала меня на дуэль вызвать, – со смешком окончил боевик. – Вот только по закону оскорбленной чести выбор оружия будет за мной. А уж потом посмотрим на счет воли родителей…
– А еще наставники его испытают, – высунулась из-за плеча Альбрехта Азали. – Я слыхала, маркиз Жермен живет на свете более пятисот лет, это весьма похвально, но все же… необычно как-то. Сами понимаете, одна из лучших учениц Академии, ее не могут отдать в злые руки. Наставники обязательно проверят маркиза на употребление запрещенных зелий, продлевающих молодость за счет жизни посторонних людей, а также не наличие в его жилах эльфовской крови, тьфу-тьфу, упаси боги!..
– Да ты что несешь, девка? – взревел небритый, потрясая кулачищами. – Да чтобы наш сиятельный маркиз…
– Наставники разберутся, – коротко бросил Альбрехт. – А если попробуете ее умыкнуть тишком прямо с улицы или еще откуда – я дракона сотворю и следом отправлю, чтобы задницы ваши никчемные прижарил до самых костей. Сдохнете в ближайшей канаве, никто и плакать не будет. Ну, долго вы тут еще собрались стоять, воздух портить?
И неизвестно, чем бы закончилось дело, если бы какой-то совсем юный паренек не ойкнул, выглядывая из дверей.
– Ой, кажись, городская стража сюда идет…
Миг – и оба негодяя вылетели на улицу, прижимая шапки к груди, а затем скрылись за углом.
Следом им несся многоголосый хохот.
– Ни на миг вас оставить нельзя, – возмущалась спустя пять минут Герда, укутывая плечи подруги одеялом. – Все самое интересное пропустила!
– Да что там интересного, одни рожи мерзопакостные, – пожала плечами Азали. – А вот Ниенна, кажется, поняла одну важную вещь…
– И какую же?
Некромансерка глотнула из принесенной кружки горячий глинтвейн, пахнущий медом и корицей, и счастливо выдохнула.
– Что я действительно дома, и рядом с людьми, которые меня любят. И ради этого стоило даже покалечиться и стать седой.
– А ты сомневалась? – рассмеялась Герда. – Ничего, мы еще прославимся в истории родного государства и за его пределами! Будем ездить по трактам на последних курсах, злодеев уничтожать, заложных покойников утихомиривать. И мужика тебе отыщем, с огненным сердцем.
– А разве такие бывают? – грустно улыбнулась Ниенна.
– Раз шаман сказал, значит, бывают. Мы тебе его найдем, – пообещала валькирия. – Надо будет – из-под земли достанем.
Чудовище в Щедром Поле
– Да шо ж это деется, навьи мои недобрые! – горько плакала старая Улита над едва крякающими и полуживыми лебедиными тушками. – На позатой седьмице избе ноги едва не оттяпали, на этой гусей-лебедей покалечили, изуродовали! Какой же бес вас понес на то поле поганое?!
Она всплеснула руками и тут же охнула – поясницу снова прихватил злющий радикулит.
– И пчелок моих поразгоняли, нечего и к спине больной приложить! Ну шо ты гакаешь, полоумный? На поле когда стаю вел, небось иначе вопил, как в глотку укушенный!
Улита замахнулась было тряпкой на вожака, но уронила бесполезную ветошь и заплакала еще горше.
– Неужто придется отсюда уходить? – всхлипывала она, потирая крючковатый нос. – С земли родной, где живу я без малого триста лет?
– Придетсссся, – вдруг зашелестело за спиной, запостукивали сучья, встрепенулись листья, как живые. Неведомо откуда взявшийся ветер швырнул в лицо старухе горсть пыли, от которой она закашлялась так, что и радикулит прошел.
А когда выпрямилась, наконец, и раззяпила слезящиеся глаза, узрела выползающую из части ядовито-черную клубящуюся тьму. И столько злобы в ней было, что даже дышать с каждой минутой становилось труднее и труднее.