Вторая жена. Книга вторая

 Мои глаза расширились от удивления, но я только поблагодарила повелителя и приложила руки к сердцу.
– Благодарю, – сказала от всей души.
– Разве я могу иначе относиться к женщине, которую любит мой сын! – он не спрашивал, он утверждал.
«Любит?» – мелькнула мысль, но оспаривать слова Вазира я не стала. Я хотела бы знать, почему и как сделал подобные выводы повелитель, но не могла вот так просто спросить его об этом, да еще и в присутствии рабов, хотя, возможно, в данном случае это была просто игра слов.
– Но я пришел сюда не для простого разговора, – продолжил меж тем повелитель Вазир и поднял руку, махнул ею, подзывая кого-то из-за спины. Я проследила взглядом, как из свиты, сопровождающей мужчину, отделились трое мужчин в широких платьях со сложенными руками. На их головах были забавные шапочки с кисточками, а лица обрамляли седые бороды.
Я посмотрела на повелителя чуть удивленно, надеясь, в глубине души, что не ошиблась в своих догадках.
«Учителя!» – мелькнула надежда и Вазир подтвердил мои мысли.
– Эти мужи будут обучать тебя, – произнес он и указал рукой на первого, – мухтарам (7) Аяз расскажет тебе об истории нашего славного рода, мухтарам Замин научит нашему языку, чтобы ты понимала нашу речь и наши обычаи в родном звучании, а мухтарам Салах просветит тебя в нашей вере и расскажет о Великом Змее, которому поклоняется наш народ!
 Я поклонилась учителям, они, в свою очередь, поклонились мне.
– Спасибо вам, абуаль, – произнесла, обращаясь к Вазиру. Именно так, как он и предложил мне обращаться к нему. Вазир благосклонно улыбнулся.
– Я и сама хотела попросить вас дать мне учителей, – добавила тихо, – я буду стараться постичь науки и заниматься прилежно и упорно! – и снова поклонилась, а сама почему-то вспомнила про Аббаса и поняла еще одну истину – пришла пора научиться постоять за себя. Знание языка – это хорошо, но в стране варваров, где каждая женщина умеет владеть мечом, я слаба, а слабых здесь не уважают.
 Стоило найти Аббаса и напомнить ему о том обещании, которое он дал Тахире.
 Вазир удалился почти сразу, после того как представил мне моих почтенных учителей. Было сказано, что за мной будут присылать слугу, который проводит меня в сопровождении моих рабынь в комнаты, где я начну заниматься уже с завтрашнего дня.
 Я проводила повелителя, а затем повернулась к своим рабыням и взглядом нашла Наиму.
– Поди сюда! – велела, поманив старуху пальцем.
 Женщина подошла и склонила голову.
– Чего желает госпожа? – спросила она.
 Госпожа пожелала найти менсувара Аббаса, на что Наима вскинула брови.
– Скажи мне, – спросила я, отсылая взмахом руки рабынь и после того, как пестрая стайка выпорхнула вон из покоев, продолжила, опустившись на диван.
– Скажи мне Наима, – повторилась невольно, – я не знаю порядков в этом дворце, и не понимаю, насколько они отличаются от тех, к которым я привыкла. Имею ли я право перемещаться по дворцу и встречаться с мужчинами без ведома и разрешения своего мужа? – не знаю, стоило ли спрашивать об этом старуху, но более ни с кем мне поговорить было пока невозможно. Наиму я плохо, хорошо ли, но знала, и вряд ли старая женщина посмеет обмануть меня. А уже завтра я смогу все узнать точнее у мухтарама Аяза.
– Я не знаю обычаев вашей страны! – ответила покорно Наима. – Я простая рабыня, госпожа.
– Но ты служила повелительнице Сарнай. Расскажи мне, как вела себя она в стенах этого дома! – попросила я.
– Хозяйка всегда ходила там, где хотела! – последовал ответ.
– Разве она могла покидать сераль? – удивилась я.
– У нас нет понятия сераль. Женская половина есть, но женщины могут спокойно ходить по всему дворцу, просто заходить можно не во все комнаты. Покои повелителя Вазира и принца Шаккара – запрет, оружейная – запрет для рабов, но вы спокойно можете заходить туда, принцесса Тахира часто наведывалась в оружейную и одна и вместе с братом, как и моя хозяйка.
– А могу ли я встречаться и разговаривать с мужчинами? – уточнила.
– Да, госпожа. В присутствии рабынь, – ответила Наима.
 
– Хорошо, – произнесла я и встала. – Тогда пойдем со мной.
– Куда? – удивилась женщина и опомнившись, поспешила извиниться.
– Мне нужно найти господина Аббаса и поговорить с ним, а ты, – я посмотрела пристально в глаза старухе, – а ты будешь рядом, чтобы не зародились сплетни.
– Как прикажете, моя госпожа! – она снова поклонилась.
 Если я бы еще знала, где его искать, этого Аббаса! Оставалась одна надежда – на Наиму, которая расспросит слуг или пошлет за молочным братом мужа и попросит его встретиться со мной в саду или в одном из залов дворца.
 С такими мыслями я и покинула свои комнаты, отправляясь на поиски мужчины, давшего обещание принцессе Тахире сделать меня способной для самозащиты.
 Интересно, удастся ли мне постичь науку женщин-варваров?
Признаться, я немного сомневалась, но знала одно – иначе мне не выжить.
 Шаккар медлил перед выпадом. Присматривался к своему противнику, который, поигрывая оружием в руке, смотрел на своего принца с лукавой улыбкой на губах. На лице обоих воинов сейчас лежали тонкие маски из выделанной кожи. Слабая защита против стали, тем не менее, они были своеобразным доспехом для лица и украшением в тренировочном бою.
 В прорезях глаз мелькнули черные глаза. Темные – Шаккара и почти такие же черные – его противника. Несколько мгновений мужчины пристально смотрели друг на друга. Ни ярости, ни злости во взглядах, а только изучающее выражение, словно эти двое присматривались, примерялись, сравнивали.
 Шаккар напал первым. Меч со свистом разрезал воздух и обрушился на блок его «врага». Оттолкнув от себя принца, второй мужчина сделал ответный выпад, но Шаккар ушел в сторону и оказался за спиной своего противника.
– Аббас! – позвал он.
 За мгновение до того, как прозвучало имя, молочный брат успел увернуться от нападающего и отскочил в сторону на шаг. Шаккар снова напал. Аббас успел выставить свой меч и сталь жалобно зазвенела, встретившись со сталью оружия принца. Под его напором, Аббас был вынужден отступить назад, сдав позиции. Еще несколько мгновений они просто обменивались мощными ударами, от которых стонали мечи, а затем Шаккар плавно ушел в сторону и оказался за спиной своего брата, приставив к его горлу лезвие меча.
– Ты снова отвлекся! – заметил он тихо и опустил руку с оружием. – Повторим!
 Аббас кивнул, но в этот момент вскинул голову и сам не понимая, почему, посмотрел на балкон дворца, выходивший на площадку для тренировок, расположившуюся за садом – место, уединенное и любимое братьями. Он удивленно вскинул брови, а затем поспешно поклонился, опомнившись и вспомнив о приличиях. Шаккар проследил взглядом за взором брата и увидел жену, стоявшую на балконе с неизменной Наимой за спиной. Сделал шаг по направлению к ней – даже сами ноги несли его к молодой жене.
– Майрам! – проговорил он и сам того не заметил, как его губы растянулись в улыбке, а тело под легкими штанами напряглось, вспоминая о прошлой ночи и ласках принцессы.
«Моя!» – мелькнула странная, но такая сладкая, мысль. Он поймал себя на том, что стоит, подняв вверх руку, и смотрит на жену, улыбаясь при этом так глупо, что, кажется, это заметил даже ухмыляющийся Аббас.
– Продолжим? – вдруг проговорил молочный брат и в единый прыжок оказался рядом, ударил плечом в спину, вынуждая поднять меч.
– Не ты ли учил меня не отвлекаться? – ехидно спросил Аббас, когда Шаккар метнулся в сторону, готовясь отразить нападение. Сейчас, на какое-то время, они снова стали противниками. Два брата, вскормленных молоком одной женщины, один из которых был ей родным, а второй – наследником могучей империи варваров, но тем не менее, стал для своей кормилицы таким же родным.
 Аббас провел серию ударов, заставил брата отступить назад, при этом ухмыляясь и сияя глазами. Менсувар понимал, что Шаккар не позволит себе проиграть сейчас, тем более, что на него смотрит его Майрам.