Невыносимая фаворитка его высочества (СИ)

Девушка подняла голову, и Алина заметила, что по щеке принцессы скатилась слеза.
- Разве в этом есть моя вина? – мягко произнесла Лина. – Тогда уж высказывай претензии папе – именно он выбрал для обмена неподходящее тело, я к вам не напрашивалась. Скажу больше – я понятия не имела, что существует королевство Уденго, где живёт озабоченная и глупая принцесса, равно как не подозревала о сложностях брачного института Альраса.
Принцесса смахнула пальцем слезу и, поджав губы, отвернулась.
- Переадресация вины не поможет, - продолжила Алина. - Конечно, проще всего обвинять в своих бедах кого-то другого, только не себя, но ведь именно ты...
- Не себя?! – взвилась Алирами. – А кого, если я...
- Ты, принцесса, именно ты сначала согласилась с планом отца, а потом и запустила всю цепочку. Ведь могла отказаться провести с принцем ночь до посещения храма, верно? Но не стала. Почему? Неужели надеялась, что брачная магия пощадит?
- Нет, не поэтому, - буркнула Алирами, по-прежнему не поднимая глаз.
- Поделись. И может быть, твои аргументы прольют свет на вопрос – как мы до этого докатились?
- Я люблю Нейтана, - прошептала Алирами. – В самый первый раз, как мы встретились, меня словно молнией ударило. Я едва могла дышать. Понимаешь ли ты, иномирянка, что такое любовь?
Алина неопределённо пожала плечами.
- И да, и нет. Ведь у каждого человека свои представления, что можно назвать любовью, и какой она должна быть. Свои чувства и ощущения, свои мечты и надежды. Но я тебя понимаю – ты влюбилась, и задвинула планы папеньки подальше. Но почему не до конца задвинула? Почему потом согласилась на обмен? Или король Доминик тебя, как и меня, ни о чём не спрашивал, просто взял и перекинул друг в друга?
- Нет, всё случилось по моей воле. Обмен нельзя проводить, если душа сопротивляется – можно «не донести» её до нового вместилища.
- Но я...
- А ты была уже без сознания и не протестовала. Поэтому перемещение прошло легко и без последствий для нашего здоровья.
- И почему ты передумала?
Принцесса поморщилась на очередное «ты» из уст Алины, но на этот раз поправлять не стала.
- Потому что узнала – Нейтан меня обманул.
Девушка помялась, словно её раздирали противоречивые желания – промолчать или поделиться.
И наконец решилась.
- Хорошо, я расскажу, потому что больше не могу носить это в себе. Мне не с кем обсудить, не с кем поделиться! Отец не поймёт, и потом, он – мужчина и смотрит на такие вещи иначе. А близкой женщины, такой, которая однажды не воспользуется моей слабостью, у меня нет. Ты же скоро отсюда исчезнешь, и мне не придётся переживать, что ты кому-нибудь расскажешь, какая я была... наивная.
- Что постыдного в наивности? – пробормотала иномирянка. – Она – не порок, и неизбежно пройдёт с возрастом и набитыми шишками. Каждая из нас когда-то была юной, доверчивой, верящей в сказки. И каждую из нас избавил от этого жизненный опыт и... мужчина. Наша первая любовь.
- Я не обычная девушка, я – наследная принцесса, - горько усмехнулась Алирами. – У меня не может быть, не должно быть слабостей! Но я влюбилась. Принц... он такой, такой... А когда обнимает, когда целует, сердце и душа улетают в небо!!! Да что я тебе рассказываю, ты ведь и сама это знаешь.
- Не знаю, - вздохнула Алина. – Что бы ты там себе не надумала – мы с принцем Нейтаном никогда не были близки.
- Ни разу?! – потрясённо переспросила Алирами. Но... почему? Он меня разлюбил?!
- Он – нет, но я-то не ты! Я никогда не была в него влюблена. А ещё не настолько неразборчива, чтобы спать с посторонним мужчиной, который принимает меня за другую! Не знаю, утешит ли тебя этот факт, но его высочество не раз вслух жалел, что пошёл на поводу у своего отца и соблазнил тебя до брачного обряда.
- Правда?!
- Да.
- Вот и хорошо, пусть страдает! – и принцесса вымученно улыбнулась. - Рядом с Нейтаном у меня кружилась голова, я не могла думать ни о чём другом! Он был так искренен, так предупредителен! Обращался со мной, как с драгоценной статуэткой. Рассказывал, какой видит нашу дальнейшую жизнь, дарил подарки, даже складывал стихи в мою честь! Если бы я не была уже по уши в него влюблена, то всё равно не устояла бы. Нейтан – необыкновенный, самый лучший! А вот его отец, король Руперт... Всё из-за него! Это он заставил моего жениха поступить столь дурно! Король обманул Нейтана, мой любимый поступил со мной так не со зла, а по неведению.
 
- Угу. Свежо предание, - буркнула Алина. – Но что-то же заставило тебя передумать?
- Да, - принцесса снова поникла. – Когда всё случилось... Ну... Это...
- Я поняла.
- А потом, - щёки девушки окрасились в алый цвет. – Нейтан долго целовал меня, шептал, как он счастлив, что я теперь полностью его. Перебирал мои волосы, гладил... Я погрузилась в удивительное ощущение покоя и неги. Не задремала, нет, но ненадолго словно бы выпала из жизни. И тут принц прошептал: «Отдохни, моя девочка. Мне нужно отправить вестник, и я снова буду весь твой!»
Но я не позволила ему отодвинуться, не разжала рук, и ему пришлось создавать послание так. В какой-то момент я приоткрыла глаза, - принцесса втянула сквозь зубы воздух, будто бы испытывала сильную боль, - и перед глазами мелькнул текст вестника. Всего одно мгновение, и из состояния абсолютного счастья я с головой окунулась в отчаяние.
- Что там было?
- Мой любимый докладывал отцу, что выполнил его поручение – принцесса больше не невинна. И просил прислать особое зелье, чтобы завтра в храме я была спокойна и расслаблена. Мол, он не хочет, чтобы его женщина сильно переживала, когда получит руну фаворитки.
- И тогда ты...
- Притворилась, что уснула. Дождалась, когда Нейтан ненадолго отвлёкся, и активизировала особое заклинание. Оно отправило сигнал папе, что я готова, можно менять души местами. И... Вот.
- Сочувствую тебе. Это на самом деле очень больно – узнать, что тебя вслепую использовали!
- Нейтан не виноват, его заставил король! Видишь, принц даже зелье просил, чтобы помочь мне справиться! Он не хотел меня расстраивать.
- Кстати, а для чего вам понадобились перемещения? Я правильно поняла, что король Доминик предвидел подвох и подготовился?
- Да. Папа предупреждал, что Руперт не так прост. Если бы Нейтан меня не обманул, если бы заранее рассказал о планах своего родителя или просто не стал склонять к близости, то обмен не потребовался бы. Я бы стала женой, и всё само собой устроилось. Но... получилось, как получилось. Я до последнего не верила, что принц может меня использовать, а когда поняла, насколько в нём ошибалась, то больше ни секунды не колебалась. Обмен позволил на некоторое время сбить с толку брачную магию, потому что наследница моего отца для своего мужчины может быть исключительно единственной! И когда мы обменялись обратно, всё встало на свои места: отныне для Нейтана существует только одна женщина. И жена, и мать его наследника, и фаворитка – три в одной, и всё это я – принцесса Алирами.
- Твой папа молодец, - не могла не признать Алина. – Со мной он, конечно, поступил бесчеловечно, но его оправдывает любовь к дочери и забота о своём государстве и будущем внуке.
- Так и есть – жизни простолюдинов не важны, если речь идёт о благополучии королевства.
- Так, и что дальше? Со мной понятно – король меня починил, вернувшаяся душа, скажем так, «оживила», я скоро – надеюсь, попаду в свой мир. А что будет с тобой? Подозреваю, Руперт Пятый там рвёт и мечет. А когда разорвёт и раскидает всё, до чего дотянется, он потребует возвращения невестки.
- Пусть требует, отец ему откажет. В Альрас я не вернусь, это исключено. По крайней мере, пока мой сын не вступит в права наследования и, присоединив Альрас к Уденго, не образует новую империю.
- Нейтану придётся двадцать с лишним лет жить монахом? Я правильно поняла – он не сможет быть ни с одной женщиной?
- Да.
- А ты? Ты сможешь завести... фаворита? Для здоровья, говорят, полезно.