Год Собаки I. Среди Теней (СИ)

Ма, улыбаясь, подняла ножны, и я понял, что она задумала.
Негромко произнес, протестуя:
— Нечестно.
— Ничего не знаю… — сказала она и легонько толкнула ножнами в живот.
Я окончательно потерял равновесие и упал в колодец. С размаху шлепнулся спиной о черную воду.
Нахлебался и, перекувыркнувшись в глубине, вынырнул. Ма смеялась, она смотрела на меня, перегнувшись через ограждение.
— Выползай, пернатый… Крылья намокнут. Продолжаем.
Я встал на перила и пошел к Ма, используя минимум силы, полностью доверившись телу. Купание в черной прозрачной воде колодца возвращало концентрацию и спокойствие.
— Уже намного лучше… — удивленно сказала Ма.
Я кивнул, глядя на Ма с высоты. Она была хорошим наставником.
— Послушай меня, — тихо проговорила Ма. — В настоящем поединке… Один пропущенный удар — смерть. Даже для бессмертного. Ты видишь, они снова вернулись к отравленным клинкам. Что произойдет, если у тебя не останется силы? Если ты потеряешь боевой стек? Не сможешь удержать рапид?
Я опустил глаза.
— Ответь мне… — так же тихо попросила Ма.
Это был неприятный вопрос. Я прекрасно знал, что произойдет, но старался об этом не думать.
— Ладно, — сказала Ма. — Ты научился ходить, как человек. Теперь я буду бить тебя по-настоящему… Приготовься.
Ма была невероятно красивой в лунном свете. Решительной и строгой. Но я опять не удержался от иронии:
— Машка… Ты решила отлупить меня сегодня как следует? У тебя, наверное, крыша от счастья поехала…
Она врезала ножнами по икрам и пояснила.
— Другая задача. Ты должен уметь обходиться вообще без силы. Терпеть, преодолевать, идти, уклоняться.
Выхватила меч и ударила по лодыжкам. Я подпрыгнул, а потом увернулся от следующего замаха. Получил снова сзади по плавкам и, рассмеявшись, сделал несколько шажков.
Она гнала меня ударами по кругу, и я почти завершил оборот вокруг колодца, как поскользнулся на перилах, ударился о них грудью и снова упал в воду.
Ма, не давая опомниться, выгнала меня наверх и продолжила дрессуру. Сила ударов и скорость непрерывно росли.
— Давай-давай… — прикрикнула Ма, — двигайся! Ты умираешь каждый раз, когда я тебя касаюсь… Круг прошел, осталось еще два!
Ма снова изменила сложность урока. Теперь она почти не промахивалась. Я терпел боль, стиснув зубы, и шел по ограждению, уворачиваясь только от по-настоящему опасных ударов.
За второй круг я упал восемь раз. Выплывал к лестнице, поднимался из воды по перилам на круг и шел к Ма, которая ожидала меня в лунном свете, опустив длинный клинок.
Мыслей в голове не осталось. Ум остановился. Только кристальная чистота и ясность сознания.
Ма посмотрела на меня.
— Хорошо… — неожиданно сказала она. — Ты молодец.
А потом добавила:
— Теперь самое трудное… Ты должен научиться трем вещам. Падать. Умирать. И не сдаваться.
Она не сказала «приготовься». Ударила ножнами по лодыжке. Сразу и без замаха. Режущая боль пронзила ногу, удар пришелся в нервный узел.
Я сделал шаг.
Ма ударила по другой лодыжке сильнее, нога поскользнулась, и я чуть не упал. Завис, балансируя руками. Но поставил ногу на перила и сделал следующий шаг.
Ма ударила мечом, я поднял ногу и клинок просвистел под ступней. Он был острым. Я удивленно посмотрел на Ма, похоже, она не шутила про отрубленные конечности.
Сделал еще шаг…
Вдруг Ма ударила всей плоскостью клинка по обоим ногам. Я почувствовал, что обжигающая волна сносит меня с ограждения. Поскользнулся и упал головой на перила, потом ударился плечом о борт колодца, отключился и спиной рухнул в воду.
Я медленно тонул с открытыми глазами.
Сквозь бессознательность видел, что погружаюсь все глубже и глубже, и как Ма нырнула с перил следом. Настигла меня в колеблющихся лунных лучах, подхватила и подняла на поверхность. Подплыла к железной лестнице, спускающейся в глубину черного зеркала.
Встала на подводный ступени и потрясла за плечи.
— Живой? — спокойно спросила Ма.
Я приоткрыл один глаз:
— Вроде да…
— Напугал до чертиков.
— Я не могу умереть или утонуть, — серьезно сказал я. — Хотел почувствовать — каково это…
 
Ма замерла на секунду, а потом влепила пощечину. И сразу же поцеловала меня, ошеломленного, в губы.
— Почувствовал? — осведомилась она. — А теперь, брысь из воды. Ты должен пройти еще полтора круга. Не уйдем, пока не научишься.
Мы поднялись наверх, наша одежда сразу высохла.
И безжалостная Ма погнала меня по перилам почти через каждый шаг сбивая в воду. На этом круге я потерял счет падениям. Я уже ничего не ощущал, ни мыслей, ни боли. На теле живого места не осталось.
Но чувствовал себя хорошо.
Вода моментально восстанавливала силы и баланс.
— Хватит… — тяжело дыша, сказала Ма. — Падать научился… Теперь не падай. Цепляйся и поднимайся обратно.
И снова быстро ударила, сшибая с перил. Я изогнулся в падении и зацепился рукой за поручень. Ма ударила по пальцам ножнами.
Я вскрикнул, но не разжал пальцы. Тогда Ма выбила их скользящим ударом тупого клинка, и я опять грохнулся в воду. Подплыл к лестнице… И пошел к Ма по перилам.
Она опять сбила меня с ног, но я упал на поручень и сразу поднялся. Мы боролись, и у меня получалось все лучше.
Ма сбивала меня снова, и снова, и снова… И так продолжалось до тех пор, пока я не прошел последний круг.
Она вновь замахнулась…
Я остановился, глядя на Ма и ожидая удар, но мне было не важно, случится он или нет. Стоял на перилах, ощущая пустоту и покой. Мне не требовалось удерживать равновесие. Никаких усилий, никакой магии. Ни мыслей, ни эмоций… Ничего.
Ма остановила клинок.
— Вот… Запомни это состояние. Это состояние абсолютного покоя. Абсолютного равновесия.
И сбила меня ударом в воду.
Когда Ма вышибла меня самый последний раз, ударив всей плоскостью клинка по телу, меня отбросило к центру колодца. Я упал и лежал в черной прозрачной воде, медленно погружаясь во тьму.
Ма скинула одежду и нырнула в голубом бикини следом.
Я ждал ее на глубине. Она приблизилась ко мне, и с облегчением увидела, что я улыбаюсь.
Коснулся своими губами ее губ. Обнял. И мы минуту висели так в черной воде. Потом я взял Ма за руку, и мы поднялись к поверхности и воспарили в лунных лучах под круглым окном.
Мы молча парили в свете луны с закрытыми глазами.
И когда открыли их, наши раны исцелились.
#
15.
Вернувшись в комнату смотрителя, я первым делом подбросил дрова в камин, а Ма ушла на кухню, ополоснула посуду и снова поставила чайник.
Где-то раздался царапающий звук.
Я никак не мог понять откуда, и что это. Ма вышла в комнату, замерла и прислушалась, наклонив голову.
— Кто-то скребется в дверь, — наконец сказала она. — Открой.
Я подошел к двери и отодвинул засов, приоткрывая ее на длину цепочки.
На пороге стоял Илья, и его глаза улыбались.
— Ты откуда взялся? — обрадовался я. — Как нас нашел?
Снял цепочку и снова распахнул дверь, впуская Илью. На звук из кухни появилась Ма в голубом бикини:
— Я сказала, где мы будем.
Илья обошел меня и насмешливо проговорил:
— Лошадка и-го-го, копытами цок-цок, крылышками бяк-бяк-бяк, а потом шмяк-бряк-шмяк-бряк…
В одном предложении он пересказал историю моих страданий.
Ма, прищурившись, наблюдала явление Ильи уперев руки в боки.
— Я все видел! — восхищено проговорил он. — Здорово ты его отшперепендякала…
И показал телефон, на экране которого замерла картинка с точки наблюдения, что я сам же и установил день назад.
— О, нет… — сказал я.
Я забыл телефон в студии, а Илья его нашел и научился смотреть потоки. Не хватало еще, чтобы телефон попал в руки Принца.
Наши взгляды встретились.
— Ты живой? — тихо спросил он. — Под водой плакал, наверное, от боли…
Я молча нажал ему на кончик носа.
Он улыбнулся.