Год Собаки I. Среди Теней (СИ)

Илья перестроил гитару, подключился и встал у края сцены. Лучи прожекторов сошлись над его головой.
Грег поднял микрофон и проговорил:
— Мы давно не наслаждались реликтовой музыкой древних цивилизаций. Наш гость с Земли приготовил сюрприз… Встречайте!
Илья ждал.
Конферансье объявил:
— Арпеджио. Си бемоль минор.
Прожекторы изменили цвет.
Абуминог начал играть медленное вступление с диссонансного перебора струн, в два такта развернул его в гармоническое. Сделал переход, и я понял, что это фрагменты мозаики: мелодии, ритма и баса сплетенные в аккомпанемент.
И узнал композицию: Илья играл «Единственного».
— О, боги… — выдохнула Фрея. — Как красиво…
Он исполнил несколько тактов и записал цикл, нажав ногой педаль. На полу загорелся голубой прямоугольник. Перебор продолжил звучать сначала, а Илья уже вплетал в него звенящую мелодию. Он снова нажал педаль, загорелся второй прямоугольник. Перебор и мелодия продолжили вместе. Абуминог записал бас и стал накладывать новую партию.
Через минуту звучал целый ансамбль.
Публика постепенно собиралась у сцены, подходя со всех сторон.
Это было любимым развлечением Ильи на Земле. Он мог играть так часами, перебирая в медитации струны.
Вскоре у его ног мигало несколько прямоугольников. Какие-то из них он останавливал, а потом запускал снова. Какие-то стирал.
На каждой новой композиции прожектора меняли схему освещения и окраску.
Это было попурри. Мелодия сменяла мелодию. Одна тема переходила плавно в другую.
Грег в пиджаке конферансье стоял с Принцем у кулис, и они о чем-то переговаривались, глядя на Илью.
Фрея отвела от сцены взгляд:
— Почему такое название?
— Си-бемоль минор? — спросил я. — Не знаю… Он не говорил.
Абуминог последовательно исполнял фрагменты рок-баллад двадцатого века, выдерживая их в одном стиле, словно играл одно большое произведение.
Это было воспоминанием, размышлением о Земле.
За тысячи световых лет от дома.
Здесь. В городе Снов.
#
4.
Мы смотрели на, стоящего в цветных лучах, Илью.
— Один раз я потерял его… — проговорил я.
Фрея вопросительно обернулась:
— Что значит потерял? Ты о своем друге?
Я молчал, глядя на Фрею.
— Что случилось? — спросила она.
— Умер у меня на руках.
— О, боже… — сказала Фрея. — Как?
— Ударили ножом. Истек кровью.
Она снова бросила взгляд на сцену, где абуминог в меняющемся перекрестии лучей, начал новую тему. Зазвучала «Дым опускается вниз». Мы молча слушали музыку, не в силах произнести ни слова.
Илья сыграл завершающее соло и перешел к следующей композиции. Прожектора в очередной раз сменили цвет и позицию.
— Источник вернул его… — прошептала Фрея и замолчала.
Спустя минуту заговорила. Видимо, мой рассказ разбудил в ней воспоминания:
— Знаешь, с этим местом связана грустная история…
Теперь я молчал, глядя в черные глаза.
— Одного Летчика прирезали прямо на балу… — тихо сказала она. — Грег всадил клинок ему в живот, выпустил внутренности, а потом отрубил голову.
Я замер…
Пятый сезон длился всего два дня. Вот почему.
— Он был просто доверчивым ребенком. Не владел никакой магией. Думал, что попал в сказку.
Запись сезона была скрыта, но я легко представил, как все случилось и пережил события, словно Пятым был я сам.
Фрея вздохнула.
— Следующий был взрослым… Сезон развивался неожиданно и интересно. У него были шансы пройти, даже победить… Узнал о случае с Пятым. Случайно… Стер с лица земли город. Перерезал всех, кто был приглашен, до кого смог дотянуться.
Я уже понял, что произошло… Словно ощущал ярость и леденящую скорбь Шестого.
Фрея посмотрела на меня:
— Извини… что говорю об этом.
— Чем закончилось?
— Ничем хорошим. Вмешалась стража Ритуала… Охота, суд, казнь.
Она подошла так близко, что твердое под ее платьем уперлось мне в живот. На секунду показалось, что это не меч…
Ее лицо было совсем рядом с моим, я ощущал анисовое пьянящее дыхание.
— Ты сказала, что Грег твой брат? — спросил я.
— Да.
— И что он убил Пятого прямо здесь…
 
— Да… — удивилась она.
— Как это возможно? — спросил я.
— Что возможно?
— Ритуал проводится раз в год… Но, бывает, и реже. Сейчас тридцать первый сезон. Ты смертная, обычный человек… Тебе должно быть около пятидесяти.
Фрея странно посмотрела на меня.
— То, что я говорю — правда… — спокойно ответила она, но в голосе звенела обида. — Мне столько, на сколько выгляжу.
Я сместился чуть выше к магическому уровню и прошел сквозь Фрею. Задержавшись в ее пространстве на долю секунды. И теперь достоверно знал, как минимум, три вещи.
Она говорила правду. Ее помыслы были чисты. Это в самом деле был меч.
Сердце девушки билось чаще обычного, она была взволнована. Похоже, я ей нравился.
Фрея охнула, обернулась, в глазах мелькнул страх:
— Ты прочитал меня…
— Обычно я так не делаю, — сказал я. — С теми, кто мне нравится.
Она покачала головой.
— Мне пора… А тебе надо переодеться. Для дуэли.
Внутри пробежал неприятный холодок, но я не боялся. Ждал чего-то подобного. Заглянул прямо в глубину ее черных глаз:
— Этого не случится.
— У тебя не будет выбора… — тихо сказала она.
Уходя, Фрея повернулась и бросила тот самый взгляд, от которого волнуются и тают сердца мальчиков:
— Еще увидимся…
Я отвернулся и направился по проходу мимо колонн, огибая пространство зала по периметру. Шел вдоль стены с магическими бра и поглядывал на сцену.
Я хотел зайти со служебного хода, чтобы попасть за кулисы.
И в этот момент в зале погас свет. Остались только бра на стенах и прожектора. Зрители издали крики восторга. Некоторые зажигали в руках магические огни и поднимали их над головой.
Илья начал играть следующую композицию, и я с первых тактов узнал «Страх темноты». Я ожидал привычное вступление, но вместо второй гитары зазвучала скрипка.
Я остановился у колонны и стал смотреть на сцену.
Из ее глубины, из темноты, медленно шла на свет девушка с белой скрипкой, она постепенно подхватывала мелодию. И вот, уже всю без остатка забрала у Ильи.
Он встретил ее, улыбаясь.
Девушка вошла в лучи прожекторов, ее светлые волосы были собраны в хвост. Белый брючный костюм и скрипка меняли свой цвет с каждым тактом в прожекторном свете.
Скрипка словно дышала в ее руках, рассказывая историю странника, блуждающего во тьме.
Илья уступил тему, увел гитару на второй план. И со следующим тактом вступила бас гитара и ударные, а еще через некоторое время рояль.
Музыка закружилась вихрем.
Это подключились музыканты местной рок-группы, незаметно ожидавшие момента в полной темноте.
Сумасшедший вихрь продолжался еще минуту, а потом оборвался. Остались только скрипка и гитара, выхваченные из тьмы лучами прожекторов, они заканчивали свой рассказ, повторяя вступление.
Зрители в такт мелодии качали огнями в воздухе над головами. Скрипка и гитара все больше замедляли темп.
И остановились…
В зале зажегся свет, публика закричала. Музыканты вышли на край сцены и дважды поклонились. Конферансье выкрикнул их имена.
Я не запомнил всех, но обратил внимание, что девушку со скрипкой назвали как-то необычно.
Принцесса Ма.
Илья с девушкой спустились со сцены под рукоплескания. Их окружили зрители и репортеры. Сверкнули вспышки, прозвучали вопросы.
Принц взял у ведущего микрофон и объявил:
— Под волнующую скрипку завершилось выступление наших гостей с Земли… Они отправляются в путь в кромешной мгле… Смогут ли они преодолеть страх темноты? Не погаснут ли в ней юные сердца?
Он подождал, когда смолкнут крики толпы:
— Страх темноты… Куда он приведет их?
И добавил:
— Совсем скоро узнаем… А мы продолжаем нашу программу реликтового андеграунда. Бессмертная группа «Восемь из восьми» подхватывает знамя тридцать первого сезона.