Воспитание мисс Грейнджер (СИ)

— Давай же, Северус! Я хочу этого! Хочу получить всё, что ты сможешь мне дать!
Болезненно впившись в её плечо зубами, и он закричал, прикусив нежную кожу, а затем громко застонал, наслаждаясь сильнейшим оргазмом. Он сопел и задыхался, прижимаясь к её разгорячённому телу, дышал короткими рваными вздохами, и, наконец, устало прикрыл свои трепещущие веки.
— Останься внутри меня, — попросила она, пока он неподвижно лежал за её спиной.
Гермиона почувствовала, что он просто кивнул.
«Всё, что захочешь».
— Поспи, но позже мы продолжим…
Гермиона лениво приоткрыла один глаз и взглянула вверх на их отражение. Рукой Северус собственнически приобнял её за талию, крепко прижимая к своей груди. Она ощущала за своей спиной размеренное биение его сердца. Внезапно её посетило чувство правильности ситуации и практически идеальной целостности.
— Всё было так, как ты представляла? — тихо прошептал он.
— Да. Даже лучше! Тебе понравилось?
— Ты что, спятила? Конечно, мне понравилось! — Северус почувствовал, как она затряслась от смеха, не издавая ни звука. Посмотрев в зеркало, он увидел, как её юное личико просто светилось от счастья. — Перестаньте так ухмыляться, мисс Грейнджер. Вы выглядите глупо, — он снова уткнулся в её растрёпанные волосы. Эти смешные хвостики удобно открывали шею, и он провёл зубами по её коже. С её губ сорвался хриплый стон.
— Это называется «улыбаться», Северус. Обещаю, что никому не расскажу, если ты когда-нибудь захочешь попробовать.
«Вообще-то за последние пару недель я улыбался чаще, чем за всю жизнь».
Северус взглянул на отражение, на её губах всё ещё гуляла легкомысленная улыбка.
— Довольно! Или я отведу тебя обратно в ванную, снова уложу к себе на колени и научу уважать старших.
Гермиона так и не смогла стереть с лица улыбку, поэтому просто свернулась калачиком рядом с ним.
Северус закрыл глаза и заснул за считанные секунды. Её искреннее, радостное выражение лица откровенно резало глаз. Наверное он забыл, как выглядит счастье. К сожалению, мисс Грейнджер совершенно не вписывалась в привычные декорации его жизни.
  Глава 11. Всю ночь напролёт  
   
Северус проснулся через несколько часов. Его любовница лежала на спине, её правая ножка застряла между его длинных ног. Он улыбнулся, глядя на её сладкое, удовлетворённое лицо. Она выглядела безмятежной…
«И хорошо выебанной».
Одна рука Грейнджер покоилась на её собственной груди, другая лежала в опасной близости от его ненадолго успокоившегося члена, как будто она заснула в тот момент, когда тянулась к нему. Он подтолкнул её изящную кисть ближе к своему пенису.
— Просыпайся, девочка.
Гермиона медленно открыла глаза.
— М-м-м?
— Давай же, милая. Пойдём примем ванную, — тихо пробормотал он.
Постепенно просыпаясь, она потянулась как кошка, её ладонь сжалась вокруг члена, что вызвало на лице девушки сонную улыбку.
— Ох! Как скажете…
— Как твоя задница?
Она дерзко усмехнулась.
— Вы там были, вы и скажите.
Северус покачал головой и раздражённо закатил глаза.
— Я имел в виду, больно ли тебе?!
Гермиона немного поёрзала и кивнула.
— Слегка жжёт, но терпимо. Не сильнее, чем болят мои ягодицы.
— Я тебя исцелю.
Он бодро поднялся с кровати.
— Следуй за мной.
Гермиона переползла на освободившееся тёплое место и позволила профессору помочь ей встать с постели. Взяв девушку за руку, он повёл её в ванную комнату. Пока Снейп наполнял ванну, она тихо стояла в сторонке, потирая руки, чтобы согреться, и переминалась с ноги на ногу на холодной кафельной плитке. Клизма всё ещё лежала в раковине, так и оставленная там с начала вечера. Гермиона настороженно покосилась на неё.
Северус закончил наполнять ванну и подошёл к раковине, собираясь немного убраться. В зеркальном отражении он заметил, что Грейнджер вся съёжилась, дрожа от холода, и забилась в самый дальний угол. Когда он взял в руки клизму, девчонка сразу же отвела глаза в сторону, словно боясь, что он позовёт её и решит ещё раз использовать предмет по назначению.
— Подойдите сюда, мисс Грейнджер.
— Зачем?
— Затем, что я так сказал.
Она неохотно направилась к нему, не желая лишний раз злить своего профессора.
— Почему ты так нервничаешь, девочка?
— Потому что я не знаю, что вы собираетесь со мной сделать.
— Хм-м… Я когда-нибудь делал что-то, что тебе не нравилось? Если это не было наказанием, — быстро поправился он.
— Это сложный вопрос…
— В каком смысле? — спросил он, присаживаясь на корточки и стягивая с неё чулки.
— В том смысле, что… Ох! Святая Цирцея! — воскликнула Гермиона.
Примерно через секунду он понял, что девчонка уставилась на его предплечье. Подняв руку, Северус изучил синюшную гематому с кровоподтёками на месте удара бладжером.
«М-да. Выглядит довольно скверно».
Северус старался не лежать на ней этой ночью, чтобы рука не разболелась ещё сильнее, а к тупой ноющей боли он уже давно привык. Боль была его давней подругой.
— Всё будет хорошо, — заверил он, оценивающе рассматривая своё отражение в зеркале.
Гермиона мягко погладила пальцами огромный синяк на его коже. Тот был тёмно-красным с фиолетовыми вкраплениями. Ей больно было смотреть на его травму. Она наклонилась вперёд и поцеловала край гематомы.
— Что вы делаете, мисс Грейнджер?
— Целую, сэр. Это помогает?
Скептически приподняв бровь, Северус наблюдал, как Грейнджер снова начала целовать его предплечье. Ему пришлось признать, что это оказалось на удивление действенно. В тех местах, где к плоти прикасались её мягкие губы, кожу приятно покалывало. Она сделала так ещё раз. Никто никогда не был к нему по-настоящему добр, и Северус не знал, как на это реагировать.
— Сомневаюсь в эффективности подобных методов лечения…
— Ерунда! — возразила она. — Я вижу, что это вам помогает!
«В конце концов он человек, а не робот! Каждый из нас иногда нуждается в заботе и ласке, даже зловредные зельевары».
Северуса позабавило её смелое заявление.
— Думаю, ты всё равно не сделаешь ещё хуже.
Гермиона улыбнулась про себя и снова поцеловала его. Профессор никогда не признался бы, что в глубине души ему нравилась её привязанность (если на то пошло, он вообще нуждался в чьей-либо преданности). Ему придётся привыкнуть к этому, если он собирался и дальше с ней спать.
— У вас есть что-нибудь, чем можно это вылечить?
— Я — чёртов мастер зелий! Разумеется, да!
Однако Гермиона не испугалась внезапной вспышки грубости. Она знала, что это всего лишь прикрытие. Лёгкую заботу о себе Снейп ещё мог принять, но опекание, судя по всему, пресекалось сразу и на корню. Ей не хотелось окончательно разозлить его. Нежно поцеловав синяк ещё разочек, она прошептала:
— Можно мне нанести мазь, сэр?
— Полагаю, да, — буркнул он. Северус не хотел, чтобы его покидало приятное тепло её губ.
«Чёрт! Не вздумай показывать ей, как сильно тебе это нравится!»
Отвернувшись, он покопался в ящике тумбочки и вытащил банку с мазью от ушибов. Северус передал её Грейнджер, окинув девчонку недоверчивым взглядом.
Гермиона взяла баночку и открыто улыбнулась ему, отвинчивая крышку. Она нежно разнесла сине-зеленую пасту по гематоме, параллельно оставляя лёгкие поцелуи на руке вокруг поражённого места. Выражение его лица ясно говорило, что Снейп не доверял ей до конца и ожидал чего-то плохого.
— Ну вот, — подвела она итог, возвращая ему мазь. — Вам лучше?
«Да!»
— Нет.
Гермиона улыбнулась.
— А мне кажется, что да.
Он ничего не ответил, просто забрал у неё банку и убрал её обратно в ящик.
— Забирайся в ванну.
Чувствуя себя победительницей, Гермиона воодушевлённо прошлёпала босыми ногами по холодному полу и забралась в окружённую паром ванну. Снейп расположился прямо напротив неё, стараясь не погружать травмированную руку в воду. Как только она уселась, он наклонился и схватил её за щиколотку. Она откинулась на противоположный край ванны и закусила губу, стараясь подавить улыбку, когда он начал массировать ей пальцы ног.