Воспитание мисс Грейнджер (СИ)

— Взгляните на свои трусики, мисс Грейнджер. Думаю, вам стоит подарить их Драко на память.
Её лицо стремительно покраснело, как только она почувствовала на ткани запах собственного возбуждения.
— Вы ведь наслаждались, когда он смотрел на вас, не так ли?
Отвернувшись в сторону, Гермиона еле слышно пробормотала:
— Возможно, сэр.
— Ах, «возможно»?! Хм, давайте посмотрим… Высуньте язык, мисс Грейнджер, — в её глазах появился страх, но она послушно высунула язычок. Северус провёл ластовицей по её вкусовым рецепторам. — То, что вы сейчас чувствуете, — это ваше желание быть униженной, мисс Грейнджер. Настолько сильно вы хотели, чтобы Драко увидел, как ваша смазка стекала по моим пальцам. Вы и дальше продолжите мне лгать и скажете, что не возбуждались от вида его твёрдого члена?! Ты знаешь, что я сделаю с тобой, если ты соврёшь мне ещё хоть раз, девочка! Скажешь, тебе не понравилось, что он стал свидетелем твоего распутства?!
Её щёки запылали ещё сильнее, и ей снова пришлось отвернуться.
— Да, сэр.
— Да — что? Я жду нормального ответа!
Гермиона разозлилась так сильно, что слёзы выступили на глазах.
«Что на этот раз я сделала не так?! Он ведь и сам знает ответ! И почему всё это так сильно меня расстраивает?»
Кулаком, в котором были зажаты её трусики, Снейп грубо приподнял её лицо за подбородок и заставил смотреть ему в глаза. В её шоколадно-карих глазах стояли слёзы, а губы были плотно сжаты.
— Да, сэр. Я наслаждалась этим, — выдавила она.
Северус некоторое время изучал Грейнджер. Что-то в его вопросе очень сильно задело её чувства. Применив Легилименцию, он так и не смог понять, что именно вызвало столь бурную реакцию. А значит, девчонка и сама не до конца осознавала, что творилось в её голове.
— Скажи, почему у тебя такой вид, будто ты готова расплакаться?
Гермиона быстро заморгала, и плотину прорвало: по её щекам заструились слёзы, она крепко стиснула зубы, чтобы удержать хотя бы остатки самоконтроля.
«Мои слёзы для него всё равно ничего не значат! Я не собираюсь больше показывать ему свою слабость! Он и так уже слишком много обо мне узнал!»
— Чёрт… — вздохнул Северус и провёл большими пальцами по девичьим щекам, вытирая мокрые дорожки. — Что случилось? Я не буду сердиться, но тебя что-то расстроило. Скажи мне, что именно?
Гермиона открыла рот и попыталась заговорить, но не знала, что сказать.
— Я не знаю. Мне кажется, я чувствую себя виноватой.
— Виноватой? — он нахмурился. — В чём?
Внезапно она осознала причину своих моральных терзаний, из-за чего почувствовала себя ещё более смущённой. Ей не хотелось открываться ему, но от Снейпа бесполезно было скрывать какую-либо информацию. Он всё видел.
— Мне кажется, я чувствую себя виноватой из-за того, что Драко смотрел на меня.
Он поглаживал её по щекам.
— Почему?
Гермиона невольно зажмурилась. Она не могла произнести это вслух, глядя ему в глаза.
— Мне казалось, что я вам изменяю.
Северус был искренне удивлён.
— Изменяешь мне?!
— Да.
— Ты подумала, я разозлился из-за того, что ты приобрела новый опыт?
— Нет… Да… Нет! Чёрт! Я не знаю!
— Ты не принадлежишь мне.
После этих слов её желудок предательски сжался, и Гермионе стало совсем плохо.
— Думаю, именно поэтому я так расстроена, сэр. Хотя меня не должно это волновать. Ведь я понимаю, что мы просто… трахаемся. Ну вот теперь я чувствую себя очень глупо! Пожалуйста, не смотрите на меня так! — все её чувства вырывались на свободу, но она не могла вынести его пристального взгляда. Поэтому ей пришлось снова зажмуриться, чтобы скрыться от проницательных чёрных глаз.
В течение нескольких минут Северус буравил Грейнджер взглядом. Он был растерян и не знал, как себя вести. Она стала привязываться к нему и, похоже, уже начала переживать. С одной стороны — это было чертовски приятно, но с другой — казалось опасным и неправильным. Он не был влюблён и не хотел её обманывать. А его собственнические чувства, которые начали проявляться по отношению к ней, могли лишь всё усложнить.
«Вот только не лги сам себе, что тебе бы этого не хотелось!»
— Опустите руки, мисс Грейнджер.
Обречённо вздохнув, она убрала ладони с лица и начала нервно потирать свои затёкшие плечи.
— Вы понимаете разницу между страстью и любовью? — спросил он.
— Да, сэр.
— И что вы чувствуете ко мне?
— Страсть.
— И, судя по всему, что-то ещё?
Гермиона отвела глаза, избегая его взгляда.
— Вы… мне нравитесь.
Северус был уверен, что для неё было так же странно произнести это вслух, как и для него — услышать. Люди либо терпели его общество, либо использовали его в своих целях, но он никому никогда не нравился.
«Должно быть, я для неё — просто недоступная цель».
Он понимал, что в данный момент за неё говорит похоть. Вожделение, с которым Грейнджер столкнулась впервые, управляло её телом, но он не мог отрицать, что за искреннюю симпатию, выражавшуюся в переживаниях, отвечали её разум и сердце.
— Я тоже… увлечён, мисс Грейнджер. Отчасти поэтому и попросил вас больше ни с кем не встречаться.
Она взглянула на него.
— Это правда?
Ответ прозвучал так, как будто признание убивало его, но Северус не мог устоять перед её доверчивостью и искренностью.
— Да. Я с трудом выносил, когда ты прикасалась к Драко, но мне нравилось, когда он наблюдал за твоим оргазмом. Я могу понять твоё замешательство. Ты новичок в этом деле.
— Подождите. Это значит, что я нравлюсь вам больше, чем секс?
Снейп вздохнул.
— Ты достаточно умна, а я всегда ценил острый ум. Начитанна и, если постараешься, можешь поддерживать разговор и не выводить меня из себя. Так что да, в целом ты мне нравишься, — он выдавил это признание, словно каждое слово давалось ему с трудом.
— Ох… — только и смогла растерянно произнести она. Гермиона испытала приятное облегчение, но было слишком странно думать о Северусе Снейпе как о… друге? Любовнике?
«Чёрт, разве можно считать сальноволосым мерзавцем того, с кем получаешь столько удовольствия и за кого в каком-то смысле… переживаешь?»
— Не думайте слишком много, мисс Грейнджер. Вам стало лучше?
Она кивнула. Её ноги затекли, и Гермиона попыталась пошевелиться, не меняя позы, чтобы немного разогнать кровь.
— Ложись, — бросил он.
Она опустилась на живот и застонала от неприятного покалывания под кожей, пробегающего по каждой ноге. Снейп призвал ту же самую банку с мазью, которую ранее использовал на её руках и запястьях, после чего нанёс гелеобразное содержимое на голени и бёдра. Как только мышцы начали расслабляться, Гермиона тихонько вздохнула.
— Вы готовы кончить для меня ещё раз, мисс Грейнджер?
Повернувшись к нему лицом, она кивнула.
— Да, сэр.
— Перевернись на спину.
Перекатившись, она легла так, чтобы Снейп мог легко до неё добраться, и оказалась прямо под подвешенным к балдахину зеркалом. Она успела забыть, что профессор разместил его там, и, увидев себя, немного удивилась. Её соски затвердели, и она видела в отражении, как сама начала проводить по ним пальцами. Переведя взгляд на кровать, Гермиона заметила, что Снейп откровенно уставился на неё, жадно наблюдая, как она ласкала себя.
— Продолжай, — прошептал он.
Робко улыбнувшись уголками губ, Гермиона начала поглаживать своё тело, провела руками по животу и обхватила ладонями упругие груди. Дразнящими движениями она сжимала и гладила их, перед тем как перейти к более соблазнительной части. Её пальчики обводили соски, но не щипали их, а затем лёгкими, как пёрышко, движениями переместились к центру грудной клетки.
— Смотри на себя в зеркало, — пробормотал Снейп.
Её взгляд тут же метнулся вверх. Зеркало магически расширилось и удлинилось, теперь охватывая всю кровать. Глядя на своё отражение, Гермиона ущипнула кончики сосков, слегка потянув за них, и выгнула спину.