Воспитание мисс Грейнджер (СИ)
Гермиона плюхнулась на один из кухонных стульев, чувствуя подступающую тошноту.
— О боже мой! Таких подробностей он мне не рассказывал, — поражённо прошептала она.
Римус и Молли многозначительно переглянулись, и Люпин осторожно сказал:
— Северус может не помнить деталей. Круциатус способен серьёзно повредить память и даже разум.
Молли успокаивающе обняла её за плечи.
— Скорее всего, он просто не хотел, чтобы ты волновалась, милая.
Римус кивнул.
— Нимфадора тоже не рассказывает мне всего, с чем ей волей-неволей приходится сталкиваться на работе. Она знает, что это напугает меня до смерти.
— Как он? — спросила Молли, убирая кастрюли в холодильник.
— Не очень, — призналась Гермиона. — Его только выписали из больницы, и он выглядит ужасно. Половина его лица в синяках, но большая часть ран на теле уже начала заживать. А ещё у него вывихнута рука, — слёзы подступили к её глазам, и она снова сморгнула их. — Этот ублюдок вырезал «предатель» у него на груди. Сейчас Северус почти весь перевязан бинтами. Всё это выглядит так… кошмарно!
— Он держится? — серьёзно спросил Люпин.
— Даже не знаю, что сказать. Он принял кучу лечебных зелий и смог поспать прошлой ночью. Может, они и помогли. А может, таким образом он пытался отключиться, чтобы не мучиться. Пойду скажу ему, что вы пришли.
Гермиона поднялась по лестнице и открыла дверь хозяйской спальни. Северус оторвал взгляд от книги.
— Кто там?
— Молли с Римусом. И Тедди, — добавила она.
— Чего они хотят?
Она подошла к кровати и поцеловала его в раненое плечо.
— Молли принесла нам еду. Они волнуются за тебя и хотят убедиться, что с тобой всё в порядке. Хочешь с ними увидеться?
— Нет.
— О тебе написали в «Ежедневном пророке».
Снейп закатил глаза.
— И что на этот раз?! «Бывший Пожиратель Смерти наконец-то получил по заслугам?!»
— Нет. Статья довольно правдивая.
— Вот это новость! Настоящий прогресс для этой вшивой газетёнки!
— Ладно. Придётся сказать, что ты слишком устал и тебе не нужна компания.
— Вот и славно!
Она терпеливо выслушала ядовитые ответы и перед уходом поцеловала его в лоб.
— Я скоро вернусь.
Молли и Люпин совсем не удивились, что Снейп отказался. Они сказали Гермионе, что, если ей что-нибудь понадобится, она может в любое время связаться с ними через каминную сеть. Гермиона заверила их, что сделает это при первой необходимости, а после их ухода задержалась на кухне, чтобы ещё раз перечитать статью. У неё возникло несколько вопросов о причине нападения, в голове прокручивались различные варианты. «А что, если этот человек намеревался убить Северуса, а не просто оставить на нём клеймо? Сколько ещё скрывается беглецов, одержимых жаждой мести?» Она непроизвольно прикоснулась к своему талисману-оберегу, ещё глубже погружаясь в леденящие душу мысли.
«Северусу нужна защита, и я постараюсь ему помочь!» Гермиона встала и направилась в библиотеку. «Нужно срочно найти книгу о защитных амулетах!»
***
«Дорогой Драко!
Ты не мог бы посоветовать мне какого-нибудь волшебника-артефактора, который делает украшения под заказ? Я хочу создать для Северуса талисман-оберег, но думаю, единственное, что он согласится носить не снимая, — это кольцо. Я могу подобрать камень, но мне нужен толковый ювелир.
Г. Г.
P.S. Ты случайно не знаешь, где можно купить форму медсестры?»
***
«Здравствуй, Грейнджер!
Разумеется, я могу посоветовать одного мастера. Он давно изготавливает ювелирные изделия специально для нашей семьи. Или ты забыла, что твой друг — чистокровный волшебник? Отправь мне камень, остальное сделаю я. Северус действительно тяжело ранен? Никогда не мог понять, когда «Пророк» лжёт, а когда пишет правду. Я почти уверен, что смогу найти для тебя униформу. Я так понимаю, ты имеешь в виду маггловскую медсестру? Поскольку мантии целительниц выглядят совсем несексуально. Дай мне пару дней.
И я снова буду твоим спасителем.
Драко».
***
Гермиона углубилась в чтение книг, найденных в библиотеке Снейпа, о защитных чарах и оберегах. «Придётся украсть три капли девственной крови из шкатулки, чтобы защитная магия была максимально сильной. В любом случае это моя кровь, и я собираюсь сделать всё возможное, чтобы защитить его. Чего только не сделаешь ради любви».
Глава 37. В горе и в радости, в болезни и в здравии
С каждым днём Северусу становилось чуть лучше. К воскресенью почти все раны затянулись, кроме самых глубоких порезов на груди, а покраснение постепенно сходило. Гермиона сняла с него повязки, чтобы кожа могла дышать, и позволила провести целый день без рубашки. Он был одет только в чёрные пижамные штаны и большую часть дня читал в спальне. Той ночью она помогла ему принять душ, но он потратил на это столько сил, что выглядел совершенно измотанным, когда они легли в постель. Всё ещё боясь причинить ему боль во сне, Гермиона отвернулась и немного подвинулась назад, так, чтобы прижаться попкой к его бедру.
Северус перекатился на здоровый левый бок и обнял её непострадавшей рукой. На самом деле он был уже не так плох, раз его член сразу отреагировал на близость, но пока она ничего ему не позволяла. Прижавшись сзади, он заманчиво поцеловал её в плечо, а затем в шею. Гермиона протянула руку назад и погладила его по волосам.
— Северус! Не начинай! Я не хочу случайно получить оргазм во сне.
Он не приставал к ней с того самого злополучного дня, когда случилось нападение. По большей части он чувствовал себя обессиленным и, по правде говоря, уже начал волноваться за своё мужское здоровье. С того дня у него ни разу не возникала полноценная эрекция, даже когда она ухаживала за ним или целовала. «Может быть, нападение нанесло мне гораздо больший урон?» Северус не хотел признаваться в этом даже самому себе, он вообще старался ни о чём таком не думать.
— Я всего лишь хотел поцеловать тебя перед сном, любимая. Значит, ты не мастурбировала с четверга?
— Я не мастурбировала со среды! Так же, как и ты. Не волнуйся, я могу подождать.
«Да? А если у меня больше не встанет? Сколько ты сможешь ждать?»
***
Северус настоял на том, чтобы в понедельник она вышла на работу. Гермиона была рада вернуться в офис, но беспокоилась о нём целый день. Во время обеда она отправилась домой, чтобы проведать его, и обнаружила его в гостиной, спящим в своём любимом кресле. Целомудренно поцеловав его в лоб, она разбудила его и сказала, что разогреет для них немного мясной запеканки миссис Уизли.
Обедали за столом на кухне. Гермиона рассказала Северусу, как прошёл её день, стараясь отвлечь его от тягостных мыслей. Закончив обедать, она вымыла посуду и проводила его обратно к креслу. Не позволив ей так легко уйти, он поцеловал её на прощание. Гермиона растворилась в этом пламенном поцелуе. Они много раз целовались с тех пор, как он вернулся из больницы, но ещё ни разу прикосновения его губ не были столь отчаянными и жадными. Всё же она своевременно остановилась, боясь причинить ему боль или соблазниться на большее раньше времени.
— Что это было? — спросила она, когда он отпустил её.
— Прости, но я больше не выдержу твоих невинных поцелуев, исполненных сострадания.
Она удивлённо моргнула, растерянно глядя на него.
— Сострадания?..
— Чёрт, ты целуешь меня так, словно боишься сломать!
— Я беспокоюсь о тебе!
— Ну так прекрати беспокоиться! Ты заставляешь меня чувствовать себя дряхлым стариком, лет на триста старше тебя!
— Прости. Я не хотела, чтобы ты так себя чувствовал, но ты ещё не здоров.
— Я скоро поправлюсь. Просто пока быстро устаю.
Гермиона кивнула.
— Я тоже скучаю по сексу.
Он грустно вздохнул.
— Дело не в сексе. Я чувствую себя… Не знаю. Бессильным, — он не хотел говорить «импотентом», боясь сглазить, но понимал, что именно этого он больше всего боялся. Даже не в сексуальном смысле, а в общем.