Воспитание мисс Грейнджер (СИ)

— Ненавижу это место! Здесь пахнет смертью!
Гермиона поднялась со стула и наклонилась к нему, целуя в здоровую щёку.
— Я схожу за целительницей. Может быть, теперь, когда ты проснулся, нам не придётся надолго здесь задерживаться.
Северус мрачно провожал её взглядом, пока она шла к двери. Ему пришлось бороться с самим собой, чтобы не позвать её обратно. Гермиона отсутствовала около пятнадцати секунд, а затем вернулась вместе с пожилой темнокожей волшебницей с короткими курчавыми волосами.
— Значит, вы уже проснулись, — заметила ведьма. — Как себя чувствуете?
— Дерьмово.
Она ухмыльнулась.
— Эта юная леди утверждает, что вы очень сильно хотите домой.
— Верно.
— Что ж… У вас нет сотрясения мозга или каких-либо травм головы. Мы можем отпустить вас только с условием, что за вами будут присматривать. Вы должны отдыхать, продолжать менять повязки и накладывать мазь.
— С удовольствием, но я не могу пошевелить рукой, — отрезал он.
Кловис посмотрела на Гермиону.
— Ты уверена, что хочешь забрать этого старого брюзгу домой, дорогуша?
Гермиона постаралась не рассмеяться.
— Да, мэм. Поверьте, со мной он будет гораздо покладистее. Просто Северус ненавидит больницу.
Кловис скептически приподняла седую бровь.
— Я могу дать тебе ещё зелий Сумеречного сна. Возьмёшь их с собой на всякий случай.
— Нет! — сразу прорычал Снейп.
Гермиона едва сдержала насмешливое фырканье.
— Спасибо, но это ни к чему. Он сам опытный зельевар. Так что у него в запасах хранятся и более интересные зелья, которые я могу ему подсунуть, если он будет плохо себя вести.
Медиковедьма улыбнулась крайне неодобрительно взирающему на них профессору.
— Я принесу тебе всё, что понадобится для лечения на дому, — в конце концов заявила она, подходя к двери. — И одежду мистера Снейпа.
— И мою палочку! — крикнул он ей вслед.
— Успокойся, Северус, — Гермиона подошла к его койке и села рядом с ним. — Скоро мы уйдём отсюда, — она погладила его по волосам. — Пообещай, что позволишь мне позаботиться о тебе?
— Как только мы уберёмся из этих чёртовых стен! — проворчал он.
— Как только, так сразу! — заверила она. — Ты хочешь на площадь Гриммо или к себе домой?
— Мне всё равно, но у меня лечиться будет намного проще.
— У тебя же есть целебные зелья и всё такое?
— Разумеется.
— Хорошо, — Гермиона наклонилась и нежно поцеловала его. Здоровая рука Северуса скользнула в её густые волосы, и он на несколько секунд прижал её к себе.
— Я ужасный пациент, — предупредил он. — Даю тебе два дня. Потом ты устанешь от меня и начнёшь травить мою еду всякими психотропными веществами.
Гермиона ласково улыбнулась ему.
— Ты постараешься хорошо себя вести, ради меня?
Снейп промычал в ответ что-то неопределённое.
— Мы можем поиграть в сексапильную медсестру и раненого пациента.
Уголок его рта слегка изогнулся кверху.
Зайдя в палату, Кловис застала их за страстным поцелуем. Медиковедьма всплеснула руками и негодующе закатила глаза.
— Что я вам сказала?! Ему нужен покой! Прекратите!
Гермиона стыдливо покраснела и отстранилась. Кловис протянула ей одежду профессора и его волшебную палочку. Целительница положила бальзамы и бинты на маленький столик рядом с кроватью и приблизилась к его обездвиженной руке.
— Когда я сниму чары оцепенения, будет больно. Вы готовы?
Северус кивнул. Около минуты его рука медленно разогревалась, а потом буквально раскалилась изнутри, острая боль в плече пробирала до костей. Он стиснул зубы, чтобы не закричать.
Гермиона с ужасом рассматривала его одежду. Вся рубашка была в крови, порвана и опалена. Она сделала всё возможное, чтобы починить её, но, так и не добившись успеха, просто положила его вещи на свободную койку позади себя.
— Я покажу тебе, как перевязывать раны, девочка, — сказала Кловис Гермионе. — Утром, днём и вечером будешь наносить целебные мази и менять ему повязку. Через пару дней бинты больше не понадобятся, можно будет пользоваться только мазями. Раны мочить нельзя! Его кожа всё время должна быть сухой. И никаких ванн!
— А что насчёт душа?
— Только через несколько дней. Когда раны немного затянутся.
— Можно хотя бы протирать его мокрой губкой?
— Да. Можно, если потом хорошенько высушить кожу, но на груди используй антисептик, пока рана будет сырой.
— Ладно.
— Наноси этот бальзам на его плечо в течение нескольких дней. И не позволяй этому упрямцу шевелить рукой, иначе его плечо не заживёт должным образом, — ведьма специально произнесла это погромче, привлекая внимание Северуса, и снова повернулась к Гермионе. — Пусть отдыхает как можно больше. Так он быстрее пойдёт на поправку.
Гермиона кивнула.
— Я всё поняла, мэм.
— Хорошо, я помогу тебе его одеть. Давайте, мистер Снейп! Я знаю, что вы хотите убраться отсюда, да поскорее! Держитесь за меня здоровой рукой.
— Я сам справлюсь, — буркнул тот и медленно наклонился набок, пытаясь сесть.
Медиковедьма лишь раздражённо закатила глаза и покачала головой, но промолчала. Гермиона взяла его носки и опустилась на колени, натягивая их ему на ноги. Северус чувствовал дикий стыд от собственной беспомощности, позволяя ей одевать его в присутствии посторонней ведьмы, но всё его тело так сильно болело, словно его привязали за ноги к лошади и таскали по земле. Кловис накинула на него рубашку, оставив свободным рукав со стороны фиксирующей повязки, пока Гермиона натягивала на его бёдра трусы и брюки.
Гермиона предусмотрительно прикрыла его покрывалом. Сложно было сказать, что ею руководило — желание избавить Северуса от ещё большего смущения или собственничество. «Целители частенько видят пациентов голыми, но я не хочу, чтобы она рассматривала то, что принадлежит мне. Боже! Ну почему я такая?! Наверное, я начала сходить с ума! Северус попал в больницу, а я ревную его к другим!» Она надела на него ботинки. Оставалось только застегнуть молнию на ширинке.
— Хорошо. Вы готовы встать, мистер Снейп?
Северус кивнул и поднялся на ноги; его движения были неуверенными и скованными, но он справился. От него не ускользнул грустный взгляд, которым она посмотрела на его член, когда поправляла на нём брюки. Совсем не тот сексуальный и жадный, как раньше. Однако, когда Гермиона встретилась с ним взглядом, застегнув молнию, он увидел мощную вспышку тепла в глубине её карих глаз. Она начала застёгивать пуговицы на рубашке, а он просто стоял неподвижно, поражённый её нежностью и успокоенный отсутствием жалости или отвращения к нему. Северус боялся, что её чувства угаснут из-за его непотребного вида или неспособности одолеть нападавшего. Умом он понимал, что физически никак не мог защититься от внезапной атаки, но его всё равно не отпускало унизительное чувство поражения. «Я год за годом выживал бок о бок с сильнейшими полубезумными волшебниками, и что теперь?! Меня располосовал и обставил какой-то жалкий беглец в лавке зелий! Это отвратительно!»
Гермиона видела, как Снейп всё сильнее хмурился и медленно закипал. Его явно смущало то, что она о нём заботилась. Она понимала, что, когда они вернутся домой, придётся вести себя с ним предельно деликатно. «Если Северусу надоест слишком настойчивая забота, то он быстро выйдет из себя». Больше всего она боялась, что теперь он будет чувствовать себя инвалидом.
— А я-то думал, что ты умеешь только раздевать, малышка, — тихо прошептал он, глядя на неё сверху вниз.
Гермиона оглянулась на Кловис, но медиковедьма была слишком занята тем, что поправляла кровать.
— Я сниму с тебя всё, как только мы вернёмся домой.
— Не сегодня, дорогая. У меня болит голова, — издевательски протянул он.
Гермиона прыснула и поднесла его руку к своим губам.
— Пожалуйста, будь хорошим пациентом, — она поцеловала каждый длинный палец профессора. — И тогда я сделаю всё, чтобы «лечение» было максимально приятным.