Воспитание мисс Грейнджер (СИ)

— Мерлин! Да! — согласилась Гермиона.
— А вы, профессор? Хотите бутерброд? — спросила она.
Северус с удивлением воззрился на Джинни, явно не ожидая такого предложения.
— Пожалуй, — осторожно ответил он.
— Достань ещё хлеба, Гарри.
— Сколько?
— Сколько вы хотите? — спросила она Снейпа.
— Наверное, два.
Никто и никогда ничего для него не готовил (не считая хогвартских эльфов).
— Кто-нибудь ещё хочет перекусить? — вежливо предложила Джинни.
— Я могу что-нибудь съесть, — вызвался Рон.
— И я тоже, — подключился Гарри, с двусмысленной усмешкой поглядывая на рыжеволосую.
— Ну тогда к чёрту всё это! — сказала Джинни, убирая хлеб. — Почему бы нам просто не поужинать?
Гарри пожал плечами и крикнул:
— Кикимер!
Из кладовки послышались шум и возня, а затем сутулый эльф прошаркал на кухню, выглядя гораздо бодрее и здоровее, чем когда Гермиона видела его в последний раз. Тедди восторженно засмеялся и протянул ручки в сторону эльфа, а его волосики стали зелёными.
— Хозяин Гарри что-то хотел?
— Ты уже приготовил ужин?
— Да. Кикимер приготовил тушёное мясо и булочки.
— На нас хватит?
Старый домовик выпучил глаза и оглядел присутствующих в комнате.
— Кикимер приготовил достаточно.
— Отлично! Можешь подать прямо сейчас?
— Хозяин желает трапезничать с гостями в обеденном зале?
— Нет, нет! — рассмеялся Гарри. — Здесь. Прямо на кухне.
Кикимер поклонился.
— Как прикажете, Хозяин.
Эльф щёлкнул костлявыми пальцами, и еда по волшебству появилась на столе.
— Хотела бы я иметь домашнего эльфа, — пробормотала Тонкс.
Гарри застенчиво улыбнулся.
— Спасибо, Кикимер. Выглядит просто великолепно.
Джинни начала запихивать хлеб обратно в пакет, но Кикимер покачал головой и снова щёлкнул пальцами. Буханка хлеба втянулась обратно в целлофановый пакет, который закрылся как новенький.
— Блестяще, — усмехнулась Джинни. — Благодарю.
Кикимер кивнул и зашаркал обратно в кладовку.
Гермиона пересела с колен Северуса на соседний стул и сунула в рот булочку. На вкус та была как дрожжевой рай.
— О боже мой! Он восхитительно готовит!
Гарри рассмеялся и сел во главе стола.
— Да. Так же вкусно, как в Хогвартсе. Если бы не он, я бы жил на одних хлопьях и мороженом.
Как только все принялись за еду, атмосфера значительно улучшилась. Все с удовольствием наблюдали, как Тедди пытался прожевать булочку. В конце концов Тонкс забрала её, намочила хлеб в рагу и скормила ему кусочки из своей тарелки. Остальные рассмеялись, когда Тедди хлопнул ладошками по столу и создал себе на голове причёску из самых разных оттенков волос.
Пока все наблюдали за малышом, Северус нашёл под столом колено Гермионы и благодарно сжал его. Она улыбнулась и принялась есть левой рукой, так как правой коснулась под столом его пальцев. Неожиданно её посетила мысль, что раньше они никогда по-настоящему не ели вместе. Трапезы в Большом зале не считались. Гермиона смеялась вместе со своими друзьями над причмокивающим губами Тедди, пока Северус держал её за руку, и чувствовала, что такие минуты счастья много для неё значат.
***
Негромкий шум проезжающей мимо машины нарушил благостную ночную тишину. В спальне было абсолютно темно; Северус чувствовал, как Гермиона положила голову ему на грудь. Час назад закончился ещё один раунд горячего секса, а потом она почти сразу же заснула. Северус не спал. Он хотел насладиться ею до последнего, пока мог. Он уже решил, что ни за что не останется здесь на следующий день, пока она будет проводить время со своими друзьями. Он собирался вернуться домой и заодно хотел убедиться, что перед её появлением в Паучьем тупике всё будет готово. «Вероятно, придётся купить побольше еды».
Северус лежал в постели, подложив руку под голову, и лениво проводил пальцами по кудрявым волосам. «Если я засну, то не услышу её дыхания и не почувствую биения её сердца у себя под боком». Её обнажённое бедро лежало поверх его ног, а тёплый, мягкий лобок, покрытый шелковистыми волосками, прижимался к бедру. Ему хотелось просунуть пальцы во влажную щель и почувствовать, как из её тела вытекает его семя, но он продолжал лежать неподвижно, боясь разбудить её. «Ей нужно отдохнуть».
Однако Северус позволил себе небольшую вольность — взяв её за руку, он прижал узкую ладошку к своему сердцу. Закрыв глаза, он нежно поглаживал тонкие пальчики. Цитрусовый аромат её волос смешивался с мускусным запахом секса, и он подумал: «Не проветрить ли комнату, прежде чем она сюда кого-нибудь впустит? Ну уж нет! К чёрту их всех! Они и так понимают, чем мы здесь занимаемся. Наверняка в этот самый момент Поттер лежит у себя в комнате вместе с девчонкой Уизли и начинает новую ветвь на их и так уже перенаселённом семейном древе». Временами Северуса напрягало, насколько эта парочка походила на Джеймса и Лили.
С тех пор как ему приснился тот сон о Лили, воспоминания о ней стали преследовать его гораздо реже. Когда Гермиона пришла к нему впервые, он почувствовал странное потустороннее ощущение извне, словно Лили тоже присутствовала где-то поблизости и разочарованно наблюдала за его извращёнными действиями, развращающими невинную студентку. «В любом случае я не потерплю, чтобы она одобряла или осуждала мою жизнь и мои поступки. Как бы я по ней ни скучал».
Гермионе удалось заглушить гнев и отчаяние, ежедневно кипевшие в нём со дня смерти Лили. Он не собирался упускать второй шанс в своей и без того никчёмной жизни. В своё время он трахался со многими ведьмами из-за разочарования, опустошённости, уныния или просто для развлечения; но, как ни странно, только эта юная девушка, сопящая сейчас на его груди, пробудила в нём что-то… То, что, как он думал, давно умерло. Способность чувствовать что-то, кроме мимолётного облегчения после оргазма. Северус не помнил, чтобы раньше испытывал нечто подобное. Заботиться о другом человеке было для него странно, так как этого он тоже раньше не делал. Постоянно думать о ком-то, прислушиваться и стараться не рубить с плеча. Невыносимая девчонка вторглась в его неприступную крепость и перевернула всё с ног на голову, смущая душу давно забытыми чувствами.
Он потерял Лили, будучи эгоистичным импульсивным юнцом. Он не слушал её, слепо шёл на поводу собственных желаний: заполучить больше запретных знаний, признания и магической силы. Это было главной его ошибкой. Повзрослев, Северус не собирался её повторять. «Знания и сила не согреют тебя по ночам». Всю свою жизнь он отталкивал людей. Это было необходимо для выживания. Но выживание имело смысл лишь тогда, когда было ради чего жить.
После войны Северус почувствовал облегчение, освободившись от Тёмного Лорда и Дамблдора. Его долг перед Лили был исполнен, но он не рассчитывал на последовавшую за этим пустоту. Жизнь шла своим чередом, но он сам, как будто, стал другим. Волшебный мир продолжал раздражать его, и он начал задаваться вопросом: «Неужели всю оставшуюся жизнь я буду чувствовать себя таким несчастным?»
Именно тогда к нему пришла Гермиона и всё изменила. Рядом с ней он чувствовал себя частью чего-то большего. Чего-то настоящего. Живого. Того, что может развиваться, меняться и двигаться вперёд. Сначала ему не нравилось ощущение неопределённости, но чем дольше не происходило ничего плохого, тем больше он успокаивался и учился жить моментом.
Из-за неё вся его жизнь превратилась в свободное падение, и он знал, что однажды неминуемо разобьётся. Тем не менее Северус решил наслаждаться этим волшебным полётом до тех пор, пока суровая действительность не размажет его по земле. Эти чувства стоили того, чтобы за них держаться. За них стоило бороться, даже если они не будут длиться вечно.
Северус посмотрел на её кудрявую макушку. Глубоко в душе он продолжал любить Лили, но теперь хотел быть именно с Гермионой. Его чувства к этой девушке становились всё сильнее, но они всё равно не заставят его забыть Лили. Он не пытался заменить одну другой. В далёком прошлом Лили разбила ему сердце, а Гермиона вернула его к жизни. Северус поцеловал её в лоб, немного подождал, чтобы убедиться, что она глубоко спит, и прошептал: