Воспитание мисс Грейнджер (СИ)

Северус чуть не прикусил язык. Он всегда умел сдерживаться и контролировать эмоции, но сейчас ему безумно хотелось затрахать её до смерти. От её впечатляющего оргазма у него разболелись яйца. Даже когда Грейнджер начала успокаиваться и обмякла на столе, он всё ещё с трудом сдерживался, борясь с примитивным желанием, которого жаждала мужская природа. Наконец он заставил себя остановиться. В этих условиях ему нужно было оставаться начеку.
— Ты сможешь встать? — прошептал он.
Гермиона устало кивнула, и он развернул её лицом к себе.
— Лгунья, — ухмыльнулся он. — Ты дрожишь, как новорожденный единорог.
Северус потащил Грейнджер к концу секции, где они могли скрыться на случай внезапного появления кого бы то ни было. Прижав её к высокому массивному стеллажу, он подхватил её под бёдра, а она обвила дрожащими ногами его талию. Всего через несколько секунд он вернулся в желанное лоно, погружаясь в него, как в тёплую ванну. Она прижалась к нему ещё крепче. Для баланса в виде опоры они использовали книжный шкаф, благодаря которому он мог входить в неё быстро и резко. На время забыв про опасную обстановку, Северус отдался желанию, думая только о собственном удовольствии.
Гермиона прижалась губами к открывшемуся воротничку его рубашки, посасывая и покусывая кожу на мышцах, выпирающих из напряжённой шеи. Всё ещё ошеломлённая после оргазма, она безвольно откидывала голову в такт фрикциям. Он застонал, когда она легонько прикусила его кожу зубами, но в остальном молчал. Однако она, наоборот, хотела слышать его.
— Не будь таким тихим.
— Мне показалось — это ты боялась, что нас поймают.
Она прикусила мочку уха, не обращая внимания на насмешку.
— Мне нравятся звуки, которые ты издаёшь.
— Сожми внутри мой член. Не выпускай его.
Гермиона чувствовала себя пронзённой мощным тараном. И от этого невероятно счастливой. Она попыталась втянуть его пенис в себя; её мышцы всё крепче сжимали член с каждым новым отрывистым толчком. Довольное рычание рядом с её ухом ясно давало понять, что он оценил усилия. При всём этом она ласково лизала его шею, пока Снейп стонал от наслаждения. Найдя особенно чувствительное местечко, Гермиона впилась в него, поставив там любовную метку, посасывая и покусывая зубами, пока он не зашипел и не задрожал. Его бёдра последние несколько раз судорожно дёрнулись в сладких спазмах, сопровождающих оргазм.
Задыхаясь, Северус медленно опустил её на пол, и его член выскользнул наружу. Он благодарно поцеловал её, не давая ей заговорить. Её язык вступил в упрямое сражение с его собственным, тогда он пожалел, что не заставил её проглотить своё семя. Наконец он с горем пополам оторвался от её губ, глотнул воздуха и одёрнул на ней рубашку, а затем привёл себя в порядок, застегнув брюки.
— Нам лучше вернуться в мои покои.
Гермиона кивнула, радуясь, что скоро они окажутся в безопасности.
Выйдя в коридор, они услышали вдалеке шаркающие шаги и решили пойти в противоположную сторону. Им пришлось возвращаться в подземелья более длинным путем, состоящим в основном из скрытых проходов, о которых знал только он. Северус предварительно проверял каждый коридор, убеждаясь, что путь свободен, прежде чем затащить Гермиону за следующий тёмный угол. Попав на знакомую территорию, он немного расслабился. Вряд ли они могли наткнуться здесь на других учителей, а студенты сами сбежали бы, увидев вдалеке высокий силуэт слизеринского декана. Правда, объяснить, почему посреди ночи он идёт бок о бок со старостой-гриффиндоркой, было бы затруднительно, поэтому Северус всё равно заранее проверял каждый новый коридор. Он втолкнул Грейнджер в свой кабинет и закрыл за ними дверь. Обернувшись, он увидел, что она, тяжело дыша, склонилась над его письменным столом и выглядела крайне уставшей.
— Чем бы ты хотела заняться в течение следующих двух часов? — поддразнил он.
Гермиона укоризненно посмотрела на него. Она не могла поверить, что Снейп предлагает ей ещё один раунд.
— Ты серьёзно?! После всего?!
Он насмешливо улыбнулся, обхватил пальцами её подбородок и приподнял её лицо.
— Что случилось с моей маленькой нимфеткой?
— Ей больно! — возмущённо заявила Гермиона. — Моя задница чертовски болит! Ноги дрожат! Даже горло теперь болит и хрипит! Но больше всего отвлекает то, что мне будто бейсбольную биту вставили между ног!
Северус ухмыльнулся и поцеловал её. «Любительница экспериментов».
— Может быть, тогда примем ванну? Ты сразу же почувствуешь себя лучше.
— Ты имеешь в виду… вместе с тобой, да?
Он не выдержал, услышав откровенный страх в её голосе, и рассмеялся.
— Разумеется.
Гермиона на секунду задумалась и несмело кивнула.
— Ну хорошо.
Снейп повёл её в ванную комнату и стал медленно раздевать, пока просторная ванна наполнялась водой. Гермиона вздрогнула, когда он провёл рукой по её заднице, проверяя, насколько сильно та пострадала.
— У тебя не останется синяков. Следы просто нанесены по большей поверхности, чем обычно.
Она провела пальцами по отметинам и нащупала несколько особо припухших линий.
— Думаю, теперь о летнем загаре не может быть и речи.
— Это зависит от того, насколько откровенен твой купальник.
Гермиона смотрела, как он неспешно расстёгивал рубашку.
— Ты когда-нибудь слышал о маггловских нудистских пляжах?
Снейп пренебрежительно фыркнул.
— Почему ты спрашиваешь?
— Однажды я оказалась на нудистском пляже, когда мы ездили во Францию.
Он окинул её недоверчивым взглядом.
— Само собой, я там не загорала! Я просто… наблюдала со стороны. И сейчас почему-то подумала, что о подобном не может быть и речи, пока моя задница выглядит таким образом.
— Не знаю. Мне бы хотелось увидеть твою голую красную попку на пляже.
Она смущённо улыбнулась.
— Только если ты тоже там будешь.
Северус заметил, как её глаза опустились на член, когда он снял брюки.
— Значит, ты бы согласилась обнажиться на публике? Библиотечный секс явно пошёл тебе на пользу.
Она покраснела ещё сильнее, что вызвало у него очередную усмешку.
— Залезай в ванну, пока твое лицо не загорелось окончательно.
Гермиона последовала за ним, двигаясь как можно медленнее: её задница и влагалище буквально кричали от боли при каждом неосторожном движении. Ей показалось, что профессор ехидно посмеивается у неё за спиной.
— Ты смеёшься надо мной? — процедила она сквозь стиснутые зубы, когда устроилась между его ног.
— Вовсе нет, — спокойно ответил он. — Я просто вспомнил, как шлёпал тебя раньше, а потом трахал так сильно, как только мог, после чего ты тоже не могла сидеть в ванне.
Она закатила глаза.
— Если ты имеешь в виду именно тот случай, то это тоже было не смешно!
— Не согласен, это выглядело очень даже забавно, — возразил он.
Гермиона развернулась и прижалась к его животу, чтобы не давить на задницу.
— А тебя когда-нибудь наказывали тростью?
Из чёрных глаз резко пропало всё веселье, его взгляд потускнел, а лицо приобрело закрытое выражение.
— Да.
«Вот дерьмо! Не нужно было напоминать ему об этом!»
— Прости, — прошептала она, целуя его в ключицу. — Я не хотела вызывать никаких плохих воспоминаний. Мне просто интересно, знаешь ли ты, каково это.
— Я никогда не делал с тобой то, что не испытывал сам.
Гермионе сложно было представить, что Снейп мог подчиняться кому-то в сексуальном смысле или подвергаться насилию.
— Северус?.. Могу я задать тебе два вопроса?
— Удивительно. Неужели невыносимая всезнайка ограничится всего двумя вопросами? Полагаю, что после всего… можешь.
Гермиона уставилась на его кадык, проводя пальцами по тонкой жилке на шее.
— Кому ты позволял наказывать тебя?
Он уныло вздохнул.
— Разным людям. Пожалуй, всё началось с моего отца. Затем Тёмный Лорд. Телесные наказания никогда не осуждались среди Пожирателей Смерти. Также нескольким наставникам и наставницам в «Эросе». Хотя там обстоятельства были немного другими. Тогда всё было добровольно.