Воспитание мисс Грейнджер (СИ)

— Да, сэр.
Он помог ей встать и вернул трусики на место, проведя пальцем по тонкому хлопку вдоль промежности.
— Если захочешь, то завтра я могу ещё раз тебя отшлёпать.
Гермиона раздражённо зарычала, заранее зная, что она захочет и что после порки останется промокшей насквозь и изнывающей от нереализованного желания.
Снейп иронично усмехнулся и встал, повернув её лицо к себе.
— Если хочешь завтра получить порку, приведи с собой Драко.
Её карие глаза недоверчиво вспыхнули.
— Зачем?
— Потому что мне нравится, как он тебя смущает, и я хочу, чтобы ты привыкла к тому, что за тобой кто-то наблюдает.
Она крепко стиснула зубы, изо всех сил стараясь не нагрубить в ответ.
— Как пожелаете, сэр!
Снейп улыбнулся, наклонился и нежно поцеловал её. Его язык кружил и мягко касался её губ, пока она не разжала зубы и не впустила его. Гермиона погрузилась в сладостный поцелуй, забыв о негодовании. Профессор был лучше любого целительного бальзама, которым он мог её напоить. И возвращаясь в апартаменты старост, она ещё долго чувствовала неповторимый вкус его губ.
***
В итоге Гермиона всё-таки сдалась и попросила Драко в четверг пойти вместе с ней к Снейпу. В начале он смутился и растерялся, но она объяснила ситуацию, после чего увидела понимающую ухмылку на его тонких губах.
Увидев Драко, следующего по пятам за Грейнджер, Северус покачал головой, удивлённый, но гордящийся ею. «Моя безбашенная гриффиндорка!» Он позволил им позаниматься вместе, пока сам оценивал работы первого и второго курсов.
Пару часов спустя глаза профессора заслезились от усталости, и он не мог больше вынести ни одной фразы из бессмысленной чепухи малолетних болванов. Ему срочно нужно было на чём-то отвлечься.
— Вы готовы лечь ко мне на колени, мисс Грейнджер?
Она с трудом оторвалась от книги и удивлённо огляделась по сторонам, явно не ожидая обнаружить себя посреди кабинета мастера зелий, так как слишком глубоко погрузилась в чтение.
— Да, сэр, — промолвила Гермиона, искоса поглядывая на Драко.
Северус повелительным жестом поманил её к себе, а когда она оказалась у него на коленях, стянул с неё трусики и погладил ягодицы.
— Скажи мне, чего ты хочешь.
Гермиона почти физически ощущала на себе пристальный взгляд Драко и его притворное равнодушие, за которым скрывалось томительное предвкушение.
— Пожалуйста, отшлёпайте меня, сэр, — оттого, что она произнесла это в присутствии стороннего наблюдателя, её сердце взволнованно застучало.
— Хорошая девочка. Я разрешаю тебе считать удары, и, если ты намокнешь, позволю Драко отшлёпать тебя следом за мной.
Её глаза широко раскрылись от изумления, а щёки покраснели. «Он же знает, что я заведусь! И знает, что я не могу это контролировать!» Первый хлёсткий шлепок быстро вывел Гермиону из тревожных размышлений.
— Один.
Северус не собирался растягивать порку надолго, и его не волновало, сбивалась ли она со счёта или нет. Он просто желал услышать, как изменится её звонкий упрямый голосок, когда она начнёт бороться с острой болью и нарастающим возбуждением. К тому времени, когда они добрались до тридцати, кожа на его ладони стала неприятно покалывать и болезненно жечь, однако, он не обращал на это внимания и с удовольствием созерцал, как девчонка начала сдержанно покачивать бёдрами —очевидно, она пыталась потереться клитором о его ногу.
— Пятьдесят! — прошипела она, смахивая слёзы с лица. Он остановился, услышав её жалобное всхлипывание.
— У меня устала рука. Попроси Драко, чтобы он продолжил и добавил тебе ещё пятьдесят.
Её сердце забилось ещё быстрее. Она всегда с трудом справлялась с собой, когда о чём-то просила Малфоя. «Попросить?! Ещё пятьдесят?!» Гермиона неторопливо слезла с колен Снейпа и на несколько секунд замерла на месте, смутившись и пытаясь решить, стоит ли подтянуть трусики.
— Оставьте ваше бельё там, где оно есть, мисс Грейнджер, — Северус как будто прочитал её мысли. — Продолжайте. Попросите мистера Малфоя. Вежливо.
Гермиона сделала несколько шагов к Драко и уставилась на аристократические кисти его рук, раздумывая, что сказать. Как только она открыла рот, на её щеках проступил пунцовый румянец.
— Пожалуйста, отшлёпай меня.
— Вы просите недостаточно хорошо, мисс Грейнджер, — послышался голос мастера зелий.
Со смиренным вздохом, она возвела глаза вверх и стала рассматривать потолок. «Чёрт! Он издевается? Видимо, он думает, что я ещё недостаточно унизилась». Она не хотела больше смотреть ни на одного из слизеринцев.
— Драко, я была очень плохой девочкой. Вчера я огрызнулась на тебя и прошу за это прощения. Пожалуйста, отшлёпай меня. Мне это нужно.
Тот самодовольно хмыкнул.
— И сколько шлепков ты хочешь, Грейнджер?
— Пятьдесят.
— Не так давно ты сказала мне держаться подальше от твоего гардероба. Знаешь… это ведь было не очень приятно…
Северус не понимал, о чём они говорили, но судя по тому, как Гермиона заёрзала, можно было предположить, что она нервничала… или чувствовала себя виноватой.
— Я же просто пошутила!
— Я дам тебе двадцать пять за вчерашнюю выходку и ещё двадцать пять за грубую шутку, но последние двадцать пять причинят тебе реальную боль! — Драко мельком взглянул на крёстного, чтобы убедиться, что Северус не возражает, но на губах того играла лёгкая улыбка.
— Прости, Драко! Мне правда очень жаль!
— Извинишься ещё раз, когда я с тобой закончу.
Гермиона беспомощно оглянулась на Снейпа в надежде, что тот скажет хоть что-нибудь, чтобы спасти её положение. Но профессор только приподнял одну бровь, давая понять, что зрелище должно продолжаться. «Да уж… И почему я надеялась на проявление благородства?» Она повернулась к Малфою и сухо кивнула.
— Хорошо.
Драко помог ей устроиться у него на коленях, пытаясь скрыть заинтересованность своего члена. На самом деле такие остроты совершенно не цепляли его самолюбие. Он знал, что Грейнджер шутила, и не принимал это на свой счёт. Но собирался отомстить ей за неосторожность высказывания, которое мог подслушать абсолютно любой ученик школы и начать распространять о нём сплетни, желая испортить жизнь бывшему Пожирателю Смерти. Он задрал её юбку и спустил трусики до колен. Её задница стала ярко-красной после первого раунда со Снейпом. Драко прижал палец к тёплой коже и смотрел, как пятнышко сначала становилось белым, а затем снова наполнялось цветом.
— Можешь считать вслух, Грейнджер. Я не хочу ни на что отвлекаться.
Гермиона остановила себя в последний момент, чтобы не сболтнуть: «Да, сэр». Он шлёпнул по ягодице, и она напряжённо втянула носом воздух. В отличие от Снейпа, Драко не вкладывал в свои удары столько силы. Конечно, это было больно, но не до слёз.
— Один.
Темп был ровным и неторопливым. Гермиона не знала, благодарить ли Малфоя за то, что это не доставляло ей сильной боли, или злиться, потому что это её возбуждало. Если бы Снейп позволил ей кончить, она бы не волновалась, но так как ей нужно было воздерживаться, столь мучительно-сладостная порка только добавляла страданий. Когда она выкрикнула «двадцать пять», Малфой остановился и позволил ей немного отдохнуть. Потянувшись назад, Гермиона потёрла горевшую кожу, но буквально через секунду он небрежно сбросил её руку.
— Опусти руки вниз, — Драко переставил ноги так, чтобы её тело лежало под более удобным углом. — И не сбейся со счёта. Иначе мне придётся начать всё сначала.
После очередного резкого шлепка у неё перехватило дыхание. Она не успела вымолвить ни слова, как он снова её ударил.
— Двадцать шесть! Двадцать семь!
— Нет, Грейнджер. Вначале ты пропустила. Вернёмся назад.
«Ах ты, злобный Хорёк!» После следующего шлепка она злобно прорычала:
— Ай! Двадцать шесть!
Гермиона сопротивлялась и брыкалась так сильно, что к тому времени, когда они дошли до тридцати пяти, ему пришлось ещё раз переместить её и прижать её ноги своим бедром.