Воспитание мисс Грейнджер (СИ)

— Как именно мне трахнуть тебя в зад, малышка? Вот так, или ты хочешь за всем наблюдать?
— Сбоку… — с трудом выдохнула она. — С зеркалом…
Он негромко засмеялся.
— Как в первый раз?
— Да-с-с-сэр…
Когда Северус отстранился от неё, она протестующе застонала, но он быстро заставил её замолчать, закрыв рот поцелуем. Он перекатился вместе с ней на бок, прижимая её спиной к своей груди. Она была обжигающе горячей. Он убедился, что ей удобно, прежде чем невербально призвать зеркало. Потянувшись к столу, Северус на ощупь нашёл баночку с лубрикантом. Одной рукой он подтянул и прижал её ногу к груди, подставляя незащищённую розовую дырочку к свету, и немного отодвинулся, взглянув вниз. Влагалище блестело, увлажнённое естественной смазкой. Бессмысленный девичий лепет снова возобновился.
Её бёдра тёрлись о него и двигались в беспокойном возбуждённом танце. Когда он скользнул в анус пальцами, она закричала, уткнувшись носом в подушку. Больше она не сказала ни слова, только издавала гортанные стоны и завывания. Северус тщательно распространял смазку, а Грейнджер так отчаянно пыталась насадиться на его пальцы, что он не мог стереть с лица улыбку. Её привычные возгласы и мольба смешались в бессвязную массу, а мысли растекались горячим сладким сиропом. Он смазал член и прикоснулся головкой к отверстию.
— Ты готова, моя девочка?
— Да! — от бешеного желания у неё кружилась голова.
Нежно надавив, он вошёл внутрь. На секунду она напряглась, а потом застонала, когда он сразу же скользнул глубже. Его член окутали удушающе плотные горячие стенки.
— О боже мой, Сев-ве-рус… — задыхалась она и бормотала его имя заплетавшимся языком.
Он скользнул рукой по её груди, пощипывая сосок.
— Тебе нравится?
— Да-а-а! — вырвалось у неё вперемешку со стоном.
Даже неприятные ощущения, когда он растягивал её толстым пенисом, смягчались под воздействием зелья. Он прижался грудью к её спине, убирая с лица прилипшие от пота пряди волос.
— Ты как тёплая карамель вокруг моего члена, — промурлыкал он ей на ушко.
Гермиона неистово дрожала. У неё не нашлось ответных слов, поэтому она просто хваталась за его руку.
— Смотри в зеркало, девочка. Взгляни, как ты прекрасна!
Открыв глаза, она увидела в зеркальном отражении Снейпа, жадно наблюдавшего за ней, но единственным, от чего Гермиона не могла оторвать взгляд, были горящие животной похотью чёрные глаза. Его рука скользнула вниз, к клитору, и он начал медленно обводить маленький упругий бугорок.
— Ты восхитительно красива! Ты ведь кончишь для меня ещё раз, пока я буду трахать твою узкую попку?
Она смогла только кивнуть, после чего его губы изогнулись в улыбке.
— Ты не можешь произнести это вслух?
Гермиона открывала рот, хватая воздух, словно рыба, выброшенная из воды, и только спустя несколько секунд смогла издать хоть какой-то звук, похожий на восторженный хрип.
— Невыносимая всезнайка потеряла дар речи. Я навсегда запомню этот день.
— Северус… — жалобно пискнула она.
— М-м-м… Наконец-то, я слышу мою милую девочку.
Удовольствие было всепоглощающим. Он пристально следил за их отражением, не сводя с неё прожигающего страстью взора. Его член был непреклонен, заполняя её и проникая до самого основания. Один из длинных пальцев скользнул во влагалище и дразнил промежность, в то время как большой палец поглаживал клитор. Терзание киски добавляло острых ощущений, а внутренний жар охватил её повсюду.
— Правильно… Просто расслабься… И дыши…
С каждым выдохом она уходила от реальности и освобождалась от стресса, накопившегося за последние дни. Налитая головка члена доставала так глубоко, что иногда она видела звёзды.
— Ах-х!..
Северус поцеловал её в щёку, прокладывая губами влажную дорожку к уху.
— Кончи для меня, Гермиона! Я больше не могу сдерживаться! — на самом деле он мог, но готов был сказать всё, что угодно, лишь бы подтолкнуть к оргазму. — Как же я люблю трахать твою восхитительную задницу! Нет ничего приятнее!
Она улыбалась. Казалось, его вкрадчивый бархатистый голос раздавался повсюду, спускался вниз вдоль позвоночника и обволакивал промежность жидким мёдом. Её пальцы сильнее вцепились в его предплечье. Она чувствовала, как на его руке напряглись все мышцы, пока он играл с её киской.
— Да, малышка! Держись за меня! Не отпускай, пока не кончишь! Вцепись в руку своими маленькими острыми ноготками! Оставь на мне свои следы!
Гермиона не хотела причинять ему боль. И, естественно, не собиралась оставлять на теле Северуса ещё больше шрамов, поэтому она сжала пальцы так, чтобы на бледной коже проступили всего лишь слабые отметины в виде полумесяцев. Снейп усмехнулся, прижавшись носом к её шее. Для него осталось загадкой — ослабела ли она под действием зелья или постаралась избежать его просьбы.
— Давай же, милая, — подбодрил он. — Оставь на мне пару царапин, чтобы я думал о тебе каждый раз, когда их увижу. Я буду вспоминать о том, как был с тобой здесь, в моей постели, и о том, как глубоко мой член входил в твою сладкую попку.
— Скажи, что я тебе небезразлична! — умоляюще прошептала она.
Северус почувствовал, как его сердце пропустило удар. До этого она всегда возбуждалась только от откровенных разговоров. Он начал наращивать темп, лихорадочно соображая, что делать. К сожалению, будучи сзади, невозможно было применить Легилименцию и посмотреть, что в данную секунду творилось у неё в голове. Была ли эта просьба вызвана опьяняющим воздействием зелья, или же она нуждалась в признании по какой-то другой причине.
— Ты — единственная ведьма, о которой я думаю, и наши отношения — единственная вещь, которая меня сейчас волнует, — сказав это вслух, Северус, к своему удивлению, понял, что не лгал. Теперь, когда Тёмный Лорд был повержен и на нём не висело никаких невыполненных долгов, все его мысли чудесным образом заполонила она.
— Я хочу остаться… с тобой… навсегда! — из её уст это прозвучало поразительно искренне.
Снейп знал, что она призналась ему под влиянием зелья, но всё равно после этих слов почувствовал пугающее тепло, распространявшееся где-то в середине груди. «Вечность — это слишком долгий срок, моя наивная малышка». Но пока она находилась под кайфом, он не видел смысла с ней спорить.
— Спасибо, Гермиона, но ты слишком бесценный подарок для такого старого мерзавца, как я.
— Ты вовсе не старый, — обиженно буркнула она.
Он посмеивался, прижимаясь губами к её тёплой коже.
— Но мерзавец?
— Нет.
— Нет?
— Нет! — раздражённо повторила она.
— Видимо, мне нужно накачать наркотиками всю школу. Тогда к концу недели я стану всеобщим любимцем.
Она усмехнулась.
— Сев-ве-рус?..
— Да, моя маленькая львица? — с усмешкой откликнулся он.
— Я уже близко… Пожалуйста…
— Скажи мне, что тебе нужно? — прошептал он ей на ухо, не забывая постоянно поглаживать клитор.
— Не останавливайся… Расскажи мне… что тебе нравится? Чего ты хочешь?
«Что мне нравится?! Ох, дорогая, с чего бы начать?»
— Ты фантазируешь обо мне?
— Постоянно.
— Расскажи, о чём именно… Пожалуйста…
«Чёрт! Насколько же трудно трахать и думать одновременно!» От ощущений сладостной тесноты внутри её задницы легко можно было вообще потерять голову.
— В классе меня посещает настойчивое желание вызвать тебя к себе и нагнуть над своим столом, чтобы показать всем остальным, насколько мокрой ты становишься на моих уроках. Почему только я чувствую явный запах твоего возбуждения, пока ещё выше моего понимания. Как только ты оказываешься в радиусе пяти метров, мой член сразу же начинает реагировать. Видимо, это непроизвольно.
Гермиона не могла остановить полусонную довольную улыбку, появившуюся на её лице от уха до уха.
— Однажды мне это приснилось.
— Что я выставил тебя на обозрение перед однокурсниками?
— Что ты отшлёпал меня перед всем классом. Высек тростью, а затем положил на свой письменный стол и вылизал мою киску.