Воспитание мисс Грейнджер (СИ)
— Мне всегда казалось, что ты очень вкусный.
Он ухмыльнулся.
— Расскажи, о чём ты думала?
— О том, что хочу облизать твой член со всех сторон, а затем посасывать яички до тех пор, пока ты не станешь умолять меня взять его в рот.
— Блядь! Я сейчас взорвусь!
— Хорошо. А ещё я могла бы простимулировать простату, если ты от этого сильнее кончишь.
— Грейнджер! — исступлённо выдохнув её имя, Драко кончил себе в руку. Гермиона довольно улыбалась, наслаждаясь сумасшествием, до которого она его довела. Наконец его яички опустились до нормального состояния, и судорожные толчки прекратились.
— Ты очень сексуальный, когда кончаешь, Драко.
— Наверное, ты говоришь этот комплимент всем слизеринцам, — задыхался он.
— Заткнись! Ты и сам знаешь, что это не так!
— Уверен, двоим это ты уже сказала. Осталось ещё шестьдесят.
— Прекрати!
— Скоро приедет мой отец. Если хочешь, могу устроить вам встречу.
— Я передам Северусу твои слова!
Драко рассмеялся.
— Я бы на твоём месте не стал подкидывать крёстному такую блестящую идею.
— Он никогда не согласится делить меня с кем-то ещё! — твёрдо заявила Гермиона.
— Не будь в этом так уверена, — сказал он, кривовато ухмыльнувшись. — В своё время я видел кое-что, о чём тебе лучше не знать. Всё не настолько невероятно, как ты думаешь.
— Хватит, Драко! Ты меня пугаешь!
— Как скажешь. Больше не буду, — он взмахнул палочкой, пробормотав заклинание, и очистил свою руку. — Ты готова, чтобы я нанёс на тебя белый сливочный крем?
— Что? Опять?!
Он тихо посмеивался.
— Вообще-то я имел в виду кремовую мазь Снейпа, но у тебя сразу возникают извращённые ассоциации.
Её щёки вспыхнули ярким румянцем.
— Да, конечно. Я готова.
Драко ещё раз хихикнул.
— Тогда нагнись над краем кровати и подними зад повыше.
Гермиона встала, наклонилась, стараясь скрыть пылавший румянец за завесой густых волос, и приподняла попку.
— Ты прекрасно выглядишь, Грейнджер.
— Будь осторожен. Мне всё ещё больно, — пожаловалась она, буравя глазами покрывало.
Гермиона восторженно вздохнула, как только прохладная мазь коснулась кожи и сразу же смягчила обжигающий жар. Крем быстро нагревался, но, по крайней мере, облегчал острое жжение. Самым главным вопросом, мучившим её, был: «Как мне сидеть завтра на уроках?!»
— Положа руку на сердце, твоя задница выглядит просто ужасно, — прокомментировал Драко, как будто прочитал её мысли.
— Спасибо за честность!
Он улыбнулся.
— Не пойми меня неправильно, твои ягодицы выглядят по-своему возбуждающе, но на них больно смотреть.
— Могу себе представить.
— Я постараюсь достать для тебя какое-нибудь обезболивающее, чтобы на завтрашних занятиях ты смогла сидеть.
— Нет!
— Я, конечно, знал, что ты мазохистка, Грейнджер, но не думал, что настолько!
— Может и так, но я заслужила наказание, и это напоминает мне о том, что я была с ним!
— Значит, боль напоминает тебе о Снейпе? Чёрт, звучит романтично! — посмеивался Драко, втирая крем в её раны. Мимоходом он поглядывал на влекущую блестящую смазку у неё между ног. Внезапно ему захотелось вставить в вагину пальцы… или что-нибудь ещё.
— Должно быть, я стала безумной, как Беллатрикс, но рядом с ним я чувствую себя счастливой!
— Крёстный уже сказал, что влюблён в тебя?
— Нет, потому что это не так. Я даже не уверена, что мы стали друзьями.
Драко неодобрительно покачал головой.
— Не будь идиоткой!
— Вовсе я не идиотка!
— Не кипятись, Грейнджер. В плане чувств он такой же упрямец, как и ты. В этом смысле вы отличная пара.
— Я же сказала, что мы просто трахаемся! Перестань придумывать из этого нечто большее!
— Хорошо, но я всё равно прав.
Она раздражённо закатила глаза.
— Ты закончил, Драко? — ей больше не хотелось об этом говорить. Тем более его аргументы были слишком спорными.
— Да. Ты собираешься спать?
Она кивнула и выпрямилась.
— Я очень устала.
— Ладно, тогда увидимся завтра, Грейнджер, — он не мог отвести глаз от её располосованной задницы, пока она шла по направлению к ванной.
— Сладких снов.
«Во сне я надеюсь увидеть твою милую попку».
Гермиона пошла почистить зубы, надеясь избавиться от оставшегося привкуса мыла. Ей не хотелось думать об очередных догадках Драко, но мысли, как назло, становились всё настойчивее.
Лежа в постели, она долго ворочалась с боку на бок, вглядываясь в темноту. «Ещё несколько дней я не смогу спать на спине». Перевернувшись на живот, она зарылась лицом в подушку и разъярённо зарычала. Ей нравилось спать в постели Северуса… вместе с ним. В этой комнате было слишком тихо, она отвыкла от собственной спальни. «Позволит ли он мне этим летом спать в его постели? Неужели мои чувства теперь всегда будут такими, как сейчас? Почему я постоянно мечтаю находиться рядом с ним? Как я смогу добиться чего-то после школы, если все мои мысли будут вращаться вокруг него? Драко просто охрененно сводит меня с ума! Он всё равно не смог бы понять всех тонкостей наших отношений. И вообще, у нас и так всё прекрасно!» Гермиона не нуждалась в любви. Они были счастливы, и только это имело значение. «Интересно, Северус счастлив со мной?» Профессор казался намного счастливее, чем раньше. Но Снейп никогда не отличался жизнерадостностью, так что трудно было сказать наверняка. «Нужно будет спросить об этом в следующий раз. Если Северус окажется всем доволен, пусть Драко катится подальше вместе со своими домыслами. Это наши отношения, и мы можем делать всё, что захотим. Нравится это остальным или нет».
Гермиона заставила себя закрыть глаза. «В следующий раз нужно будет всё обсудить с ним и не морочить себе голову. Чёрт! И всё равно эти мысли не дают мне покоя!»
Глава 16. Откройся мне
Гермиона поспешила в подземелья сразу же после окончания Нумерологии. Как только она постучала в дверь личного кабинета мастера зелий, оттуда послышалось привычное неприветливое рычание:
— Войдите! — стоило ей переступить порог, профессор приказал: — Закройте дверь, мисс Грейнджер. И подойдите ко мне.
Она покорно подошла к резному письменному столу, с интересом наблюдая за преподавателем. Из примыкающего к кабинету Снейпа класса Зельеварения послышались голоса переговаривающихся между собой студентов. «Что если нас кто-нибудь услышит?»
— Наклонись над столом. Я хочу взглянуть на твои отметины.
Она легла грудью на деревянную поверхность стола, которая казалась холоднее льда. Стоило ему бесцеремонно задрать её школьную юбку, как сердце Гермионы бешено пустилось вскачь.
— Ох… Моя девочка… — сочувственно пробормотал Северус, при этом ловко стягивая её трусики до колен. За ночь рассечённая кожа дополнилась синяками и гематомами, образовавшимися вокруг багровых припухших линий — в целом зрелище выглядело воистину пугающе, но, с другой стороны, обладало своеобразной мрачной, волнующей притягательностью. — Это выглядит… изысканно! Любопытно, каким образом ты сидела на предыдущем уроке?
— Мне было больно до невозможности, сэр.
Он осторожно провёл кончиками пальцев по всё ещё свежим воспалённым краям ран.
— Могу себе представить. В котором часу ты заглянешь ко мне сегодня?
— Загляну к вам или приду на нашу встречу?
Снейп насмешливо фыркнул и решил проигнорировать намёк.
— Прибудешь в мой кабинет.
— Скорее всего, примерно с половины десятого до десяти вечера. Вам подходит это время?
— Хм-м… — задумчиво протянул он, поглаживая её израненные ягодицы. — Вопрос в другом — готова ли ты к нашей встрече? — осведомился он, вытаскивая из верхнего ящика стола анальную пробку.
— Да, сэр.
— Думаю, пришло время немного увеличить мой подарок. Разве это не прекрасная мысль, девочка?
— Прямо сейчас?! — пискнула она. — Неужели это не может подождать до вечера?!